Фантастика 2026-168 - Светлана Волкова

— Сестра Эхуан. Что, если она приказала добавить в кувшин слабительного, а кто-то подменил его на яд?

— Кто? — усмехнулся Иочжун. — Служанка? Откуда бы она взяла яд?

— А откуда его взяла Эхуан?

— Я велю допросить её прислугу, лекарей и всю прочую обслугу дворца. Найдём, не сомневайся. Я понимаю, ты боишься, да и кто бы на твоём месте не боялся… Но этого не повторится. Найти вторую столь же испорченную девицу непросто, и сегодняшнее послужит предостережением всем остальным. Так что бы ты хотела?

Безопасности, мрачно подумала я. Возможности есть и пить, не гадая, не забьюсь ли я в судорогах после следующего глотка. Но как раз этого ты мне обеспечить и не можешь, так упорно отказываясь смотреть в лицо реальности.

— Мне кажется, ваше величество уже принесли мне подарок, — я указала на внушительных размеров ларец, что стоял в углу комнаты. Когда император только появился, евнухи внесли его за ним, да так и оставили.

— Ах да, я и забыл. Это украшения, — в тоне Иочжуна скользнула едва слышная просительная нотка. — Не носи того, что подарил тебе Тайрен. Тебе больше пойдут эти драгоценности.

— Как скажете, ваше величество, — я сложила руки в жесте почтения. — Я отложу подарки его высочества для Лиутар.

Его величество поморщился, но кивнул.

Глава 18

Ствол деревца, если нежен он, гибок, упруг,

Шёлковой нитью покроют и сделают лук.

В том, кто исполнен вниманья к другим и тепла,

Доблесть в таком человеке опору нашла.

Если я мудрого разумом вижу и сам

Тут же его поучаю я добрым словам,

Будет добро он послушно творить до конца;

Если ж случится учить от природы глупца,

Скажет, напротив, такой, что я вовсе не прав:

Каждый в народе имеет свой собственный нрав.

Ши Цзин (III, III, 2)

— Сегодня утром допросили фармацевта И Кошона из отдела врачевания, которого супруга Эхуан посетила после своего выхода из-под ареста, — доложила Усин. — Говорят, он признался, что она и правда обращалась к нему по поводу слабительного. Но при этом рассматривала другие снадобья и спрашивала, для чего они предназначены. Тогда велели осмотреть его запасы и обнаружили пропажу вытяжки из луковиц красного осенника. Её добавляют в мази от болей в суставах, но если его проглотить, он очень ядовит.

— Что с фармацевтом? — я откинулась на спинку невысокого длинного дивана.

— Его величество приказал сослать его вместе с его отцом. Но вроде бы остальную семью трогать не будут.

А потом тихонько подкинут им деньжат и устроят судьбу детей… Хотя, может, наградой будет лишь то, что они избегнут обвинения в соучастии. Я побарабанила пальцами по подлокотнику. Фармацевт, лекари, отдел врачевания — часть Высшей службы кормления, обслуживающей гарем… Всё это звенья одной цепи, опутавшей Внутренней дворец, и я была готова поклясться, что знаю, где находится замок от неё — во дворце Полдень.

В какой момент яд заменил лекарство, и злая, но не опасная для жизни шутка обратилась покушением на убийство? Что бы случилось, если бы всё пошло, как планировалось, и я была бы мертва? Да примерно то же самое, полагаю. Виновница вычисляется на раз-два, её оправданиям, когда все улики против неё, никто не верит, все удовлетворены, никто не стал бы копать дальше. Но Эхуан не был нужен мёртвый император, вот в чём закавыка. Пусть она и не блистала умом, но что риск за компанию со мной отправить к предкам и его, не нулевой, догадаться было не так уж и сложно. В гареме есть только один человек, который в случае смерти государя выиграет больше, чем потеряет. Но беда в том, что доказательств против него — неё — у меня не было никаких. Подозрения и умозаключения к делу не подошьёшь.

— Прибыла госпожа Благородная супруга, — доложили от двери.

— Проси, — я поднялась.

Благородная супруга пришла по делу — как оказалось, она выполнила своё обещание подобрать мне дам. «Пока всего двое, а там посмотрим», — добавила она, и я кивнула, рассматривая скромно склонивших головы девушек. Дочки-внучки чиновников, казавшиеся совсем одинаковыми в своих форменных синих халатах, с напудренными лицами и схожими причёсками. На Земле бы могли сказать «как инкубаторские». Девушек отправили устраиваться на новом месте, на втором этаже моего дворца уже готовы были комнаты для них, а госпожа Тань пригласила меня выпить чаю в саду Безмятежности.

— Дни всё теплее, пусть сливы и вишни уже отцвели, но всё остальное цветёт и распускается. И во дворец уже доставили первый весенний чай. Опробуем?

Я ничего не имела против. Мы устроились в той самой беседке на сваях посреди пруда, в которой мне так хотелось побывать в бытность мою комнатной девушкой императрицы. Над прудом веял свежий ветерок, над водой уже появились блестящие серебром и зеленью стрекозы. Летом, в жару, тут, должно быть, очень приятно.

— Я слышала, что его величество оказал сестре милость и сделал ей большой подарок? — с улыбкой спросила госпожа Мэйли.

— А, да.

Его величество действительно расщедрился, видимо, приняв своё обещание возместить мне пережитое всерьёз. И это были уже не побрякушки, не ткани и даже не новый титул. Теперь мне принадлежали пятьсот дворов — парочка-троечка деревень, как минимум.

— Честно говоря, я даже не знаю, что мне со всем этим делать… Никогда не владела дворами.

— Собственно, сестре ничего и не нужно с этим делать. Там уже есть свои управители и старосты, сестра просто будет получать доход. Если есть желание, ты сможешь потребовать и проверить отчёты, а если его величество отпустит — то и съездить осмотреть свои владения. Хотя тут надо посмотреть, как далеко они находятся.

Я покивала. Я ещё ничего не знала про свои новые приобретения. Мне просто вручили указ с цифрой и перечнем названий. Надо будет попросить в Императорской библиотеке карту. Должны же здесь быть карты.

— У сестры прибавилось забот, — с улыбкой сказала Тань Мэйли.

— Ну, хоть будет чем заняться на досуге. У меня тут куда больше досуга, чем мне бы хотелось.

— Увы, скука — вечная беда Внутреннего дворца. Хотя нам, старшим жёнам, особенно скучать не приходится, но вот рядовым наложницам только и остаётся, что заполнять свой досуг шитьём, играми и сплетнями.

— И если бы только им, — я поморщилась. Гарем бурлил от слухов, и что ж удивляться, что их темой в последнее время была почти исключительно я. Моим слугам даже не нужно было собирать