Тренировочный день 1-17 - Виталий Хонихоев

— Она была легка, увы —

шалашовка из Москвы.

Кружила в танце с торгашами,

бренчала модными серьгами,

и нэпман, тучный, как свинья,

дарил ей ленты да рублья.

Но вот однажды поутру

пришёл комсорг к её двору.

'Довольно праздности и лени!

Вставай, товарищ, на колени —

перед отчизной, не купцом!

Будь комсомолкой, не глупцом!'

И в руки белые девица

взяла не веер — не годится! —

а боевую винтовку,

сменив гулянку на сноровку.

И на стрельбище заводском

рекорд поставила потом.

Прощай, буржуй и капитал!

Твой час последний отстучал!

Пятилетка мчится птицей,

а девица — мастерица:

бежит, стреляет, диск метает,

и враг пред нею отступает.

Мораль сей басни такова:

Не в чулках девичья слава,

не в кабаках и не в шелках,

а в трудовых мозолях, в лыжах, в беговых кругах!

И пусть Онегин морщит бровь —

у нас иная есть любовь:

к труду, к заводу, к физкультуре!

… и…

Синицына задумалась. Сидящая у окна Воронова смотрела на нее открыв рот. Маслова старательно зажимала уши.

— Что это было? — спросила Надя Воронова: — ты на ходу сочиняешь?

— Уже закончилось? — Алена опустила ладони от ушей: — божечки, Юлька, ты хоть предупреждай, а то меня удар от твоих стихов хватит.

— … к физкультуре и явно выраженной фигуре? — задается вопросом Синицына.

— В натуре. — добавляет Воронова: — архитектуре, прокуратуре, мануфактуре… к труду, к заводу, к физкультуре, и это все есть в рецептуре, а? Вроде «рецептура превращения девушки в спортсменку»?

— Неплохо. — кивает Синицына: — а дальше… скажем так —

Но то не всё! Судьба вела

её к иным ещё делам.

Винтовку сдав в оружпалату,

она явилась к физоргату:

'Хочу, товарищ, послужить

и в волейболе — победить!'

— А есть вообще такое слово — «оружпалата»? И что такое «физоргат»? — хлопает глазами Воронова: — давай слова не выдумывать. Есть же нормальные… винтовку сдав в… оружейную комнату? Нет, длинно. Винтовку бросив точно брату она легла потом в палату… а? В больничную например….

— Боже, куда я попала! — говорит Алена Маслова: — и ты, Брут! Ты чего, тоже у нас поэтесса Печального Образа⁈

— Предавшись мощному разврату оставила винтовку брату. — говорит Синицына и Воронова — кивает головой.

— Мощно, — говорит она: — в стиле Маяковского и Блока. Правда разве бывает мощный разврат? У разврата есть мощь?

— То, что сейчас тут происходит — это и есть мощный разврат. Юлька, пусти меня, я в туалет пойду, а то меня прямо тут вырвет…

— Единица мощи разврата помогает пролетариату. Только тех, кто любит труд — октябрятами зовут. — выдает Синицына.

— Боже, убейте меня кто-нибудь…

Ряд 16, места D-E

— Сотрясение мозга — травма частая. Особенно в контактных видах спорта. Неприятная, но не смертельная. И вообще, если диагноз «сотрясение мозга» поставили, значит структурные аномалии и повреждения головного мозга отсутствуют. Считай повезло. — говорит Жанна Владимировна сидящей рядом Вале Федосеевой.

— Повезло, значит? — повторяет за ней Валя.

— Повезло. — кивает Жанна Владимировна: — это ерунда. Как раньше говорили, если не лечить насморк, то он пройдет за четырнадцать дней, а если лечить, то за две недели.

— Так нету ж разницы!

— Вот и я говорю, что травма пустяковая. Что там у тебя еще?

— Эээ… — Валя смущенно чещет затылок: — переломы ребер. Четырех. Запястье. Голень.

— Закрытые?

— Закрытые-закрытые!

— Ну и ладно, заживут. И вообще, а чего они хотели? Они ж каскадеры, в конце концов! — удивляется Жанна Владимировна: — у них жизнь такая опасная. То в огонь, то в воду, то… с тобой встретятся.

— Жалко ребят. — говорит Валя: — так-то они хорошие… крепкие. И симпатичные. Вот я и…

— Хотела произвести впечатление. — понятливо кивает Жанна Владимировна: — уверена, что у тебя получилось. Любовь — это боль, причинишь сперва боль, потом приласкаешь, он к тебе и привяжется.

— Ну не знаю… — тянет Валя: — я потом хотела извиниться, а он от меня руками закрывался, на задницу упал и ногами отталкивался пока в угол не заполз. И кричал.

— Тут, наверное, дело в дозе. — говорит Жанна Владимировна: — как говаривал Гиппократ — все есть яд и все есть лекарство, дело только в дозе. Научись дозировать насилие и дело в шляпе. Я как медицинский сотрудник вообще бы рекомендовала научный подход, а то ты, Валюша, все нахрапом пытаешься взять, на авось. Это у тебя от ленности и невежества.

— А как надо? — интересуется Валя, наклоняясь к собеседнице: — я уж и так и эдак, а мужика рядом все нет.

— Мрут наверное? — приподнимает бровь Жанна Владимировна и усмехается: — ладно, это шутка была. Как надо? Надо с научным анализом. Журнал себе заведи и записывай. У тебя ж съемки, там дубли — очень удобно для дозированного насилия. Мне кажется, что четыре ребра и запястье это перебор, но если скажем одно ребро сломаешь и потом еще поцелуешь — то наверняка привяжется. Это ж рефлекс — отрицательный стимул — положительный