Удивительные истории об искусственном интеллекте - Александр Александрович Прокопович

– Ты вернулась! – проквакал электронный замок входной двери.

– Я дома! – вторила ему Агата, скидывая полусапожки в прихожей.

«Вот оно… блаженство! Без каблуков…»

* * *

Агата подняла жалюзи.

Острый трезубец Лахта-центра вонзился в серо-дымчатое одеяло из облаков. Для конца октября – даже светло.

Когда коробка была открыта, оказалось, что устройство в прозрачном футляре действительно небольшое. С ладонь! Внешне оно напоминало детскую заводную игрушку. Пластмассовый корпус блестел золотой краской. Рыбка.

Агата давно хотела робота-помощника. И дело тут даже не в рекламе, которая лилась отовсюду: помощник электрика то, помощник-бухгалтера се… В описании помощника-психолога имелась одна важная функция – мимический анализ. Именно поэтому Агата его купила.

Она поставила «рыбку» на зарядку, забросила таблетку в кофемашину. Уже через пять минут «рыбка» мигала глазами и дергала хвостом:

– Я – ваш персональный помощник Зик-Зик!

Из рыбьего «спинного плавника» появился маленький пропеллер и зажужжал пчелой.

– Привет, Зик-Зик! – Агата обернулась на поперхнувшуюся кофемашину. – Ну, показывай, на что ты способен.

К ее изумлению, Зик-Зик завилял хвостом, точно послушный песик, метнулся под самый потолок и под старинную песенку «Безумного лягушонка» стал облетать комнату зигзагами.

* * *

Обошлось без пробок на воздушных развязках. Агата припарковала свою белую электрическую «букашку» возле главного корпуса.

Она с любопытством крутила головой, потому что давно не была в учебно-тренировочном центре «Кавголово». Пять лет? Или даже семь? Они с папой приезжали сюда покататься на лыжах…

Как тут все изменилось, многое перестроили. Грандиозно! Только Кругловское озеро да корабельные сосны – старые знакомые.

Мимо пробежала заплаканная девушка с лыжными палками. Коричневая длинноногая дворняга с обвисшими боками перегородила Агате дорогу. Потянула в ее сторону носом и визгливо залаяла.

– Каштанка, фу. – Девушка с палками остановилась. – Не бойтесь! Она не кусается.

На крыльце главного корпуса стоял Александр Михайлович. Прятал подбородок в вязаный полосатый шарф. Агата помахала ему. Похудел дядя Саша – всегда был стройным, атлетичным, а сейчас худоба его не красила, выдавала возраст. Вокруг зеленых глаз разбежались морщинки.

– Умница! Примчалась к старику на помощь. – Он стиснул гостью в объятьях, засмеялся.

* * *

В холле с ярко-голубыми стенами и бордовыми кожаными диванами было светло и безлюдно. На подоконниках в блестящих лотках зеленели кустики ремонтантной брусники, густо усыпанные ярко-красными ягодами.

– Мои девчонки сейчас вкатываются в тоннеле с искусственным снегом. Подождем их в столовой. Скоро обед. Хочешь? – Александр Михайлович подошел к автомату с напитками и взял два зеленых чая.

Горячая жестяная банка с чаем приятно грела руки:

– Спасибо.

* * *

Столовая с видом на озеро и лыжероллерную трассу была просторной. Несколько девушек и юношей уже обедали. Агата и Александр Михайлович сели в углу, из которого хорошо было видно все помещение.

В столовую вошла светловолосая курносая девушка и направилась к служебной двери кухни. Дородная повариха в белом колпаке и прозрачной маске, прикрывающей рот и нос, вынесла миску с едой. Девушка взяла ее и, выходя из столовой, кивнула тренеру и Агате.

– Это Полина Быстрова. Пошла Каштанку кормить, собаку местную. С поварами сговорилась, чтобы для дворняги диетическое готовили… Видите ли, у той слабый желудок.

«Та самая девушка, которую я видела заплаканной на парковке», – отметила про себя Агата.

– Не будем время терять – сразу и введу тебя в курс дела, – откашлялся Александр Михайлович. – Все как раз с Поли и началось. Она у нас – лучшая в команде юниорок. Да что там – лучше всех в национальной сборной!

Немного помолчав, Александр Михайлович продолжил:

– Так вот, в сентябре на отборочных соревнованиях ей подкрутили прицел винтовки. Отстреляла хуже некуда. У нас один щелчок – это почти три миллиметра. А если сразу пять? Точно подкрутили! Да, после пристрелки все было хорошо… А в стартовой зоне – я еще отметил для себя – все пять винтовок девчонки поставили на одну пирамиду. Мы так называем стойку для лыж, оружия… И чужих рядом не было. Вот и делай выводы… Собрал я их после отборочных, расспросил строго. Даже на видео все разговоры записал. Никто не признается. Значит, кто-то солгал… Надо было уже тогда бить тревогу! А вчера, опять у Полины, – пропала розовая шапка! Ну, знаешь эти спортивные причуды… На всех важных соревнованиях она в этой розовой шапочке бегает. Шапка у нее была в руках, когда шла одеваться. Всю раздевалку обыскали. И опять же, заметь, никого из чужих не было. Только моя команда.

Агата стилусом делала заметки в электронном блокноте.

– И это еще не все! Вчера пострадала не одна Полина. – Александр Михайлович допил чай и смял в руке пустую банку. – В изотонике Юли Вороновой – в то же самое время, когда пропала шапка Поли, – нашли слабительные: магнезию и лактулозу. Возили на экспертизу… Хорошо хоть Юля не много выпила, почувствовала странный лимонный вкус…

В столовой появились три девушки в одинаковых спортивных костюмах. В руках одной – планшет, три головы почти прижаты друг к дружке. Девушки задержались у входа – никак не могли оторваться от экрана.

– Морочат себе голову чепухой! – покачал головой Александр Михайлович и зашептал так, чтобы никто из девушек его не услышал: – Это Маруся, Кристина и Юля. Маруся Цветкова – та, что в центре с планшетом, высокая, с кудряшками. В последнее время она меня расстраивает, результаты в беге ухудшились. А ведь лыжи – ее сильная сторона. Эта тройка в одной комнате живет на сборах. Маруся – как мамочка девчонкам. Ее родители на севере, она – старшая в многодетной семье.

Девушки оставили планшет на столе, взяли подносы и двинулись к линии раздачи. Агата заметила, что Маруся несколько раз припадала на левую ногу. Да нет, показалось.

Александр Михайлович беззвучно постукивал по столу пальцами:

– Две другие – светленькая (в оранжевых кроссовках) и темненькая (волосы собраны в хвостик) – Кристина Рыбакова и Юля Воронова. Кристина только сегодня из лазарета вышла – две недели там с ядреным вирусом провалялась. И всю суматоху вчерашнюю пропустила. И то хорошо: надеюсь, ее можно вычеркнуть из списка возможных пакостников… Юля в команде крепкий середнячок. Пришла из хорошей спортивной школы, блистала там. Правда, у нас плохих не держат… Не видел, чтобы она с кем-то ссорилась. Никогда не пойму, о чем она думает: ругаю на тренировке – она улыбается, хвалю – улыбается. Это в ее изотонике было найдено слабительное.

Девушки взяли обед, уселись. Планшет установили на середину стола, чтобы всем было хорошо видно.

Александр Михайлович тронул Агату за локоть:

– Это моя последняя юниорка –