Отморозок 9 - Андрей Владимирович Поповский

class="p1">Мы быстро скинули с себя гражданскую одежду — рубашки, джинсы, кроссовки. Все это Педро сунул в мешок и забросил в кабину. Вместо этого все надели черные защитные тактические штаны, футболки, разгрузки, тактические ремни с флягами и подсумками, легкие куртки того же цвета, и горные ботинки с жесткой подошвой. Я проверил оружие, запасные магазины, нож, компас на руке. Чало проделал то же, молча, сосредоточенно.

Распределяли груз быстро, без слов. Я забрал основное: М-16 с оптикой, глушитель лежал отдельно, запасные магазины к винтовке, кольт и глушитель к нему, гранаты, мины, аптечку, бинокль, ПНВ, сухпай. Чало: АК, рации, еще магазины, воду, веревку. Рюкзак с материалом для вязки. Педро повесил на плечо свой АК, взял подсумки с патронами, гранатами и ПНВ. Остальное оставили в машине.

Все вместе нарезали и натаскали длинных веток, укрывая пикап. Через пять минут он превратился в большой невзрачный куст, вросший в землю.

— Хватит, — сказал Педро, отступив на несколько шагов и критически осмотрев результаты наших трудов. — С дороги точно не увидят.

Он повернулся к горам, на секунду замер, прислушиваясь, и махнул рукой.

— Я иду первым, — сказал он подтягивая ремень автомата. — Ты за мной. Чало замыкает. Дистанция — пять — семь шагов. Не теряемся.

Мы гуськом двинулись вверх по сухому руслу. Педро шел налегке, и несмотря на рану, двигался достаточно легко и уверенно. Он пользовался ПНВ, и поэтому видел больше нас. Я держался за ним, стараясь ступать в его след. Чало замыкал, иногда оглядываясь назад, контролируя тыл. Гравий хрустел под ногами, но в горах, в темноте, этот звук не уходил далеко увязая в складках. Через полчаса мы вышли на гребень. Педро сразу присел, я опустился рядом. Чало замер у нас за спиной не выходя наверх.

— Вон там, — Педро мне показал рукой куда-то в черноту, — через два перевала будет поселок. Поместье дона Альберто выше, на склоне. Главное — успеть туда до рассвета. Потом уже выйдут пастухи и крестьяне в поля и тогда нас кто-то может заметить.

Мы пошли дальше. Педро вел нас по звериным тропам, по краям оврагов, через сухие русла, обходя открытые места. Время от времени он останавливался, прислушивался, вглядывался в темноту. Где-то за гребнем ухнула сова. Ветер тянул с севера, сухой, колючий.

Часа через два я почувствовал, что ноги наливаются тяжестью. Педро шел ровно, не сбавляя шага, но я видел, как он иногда прижимает руку к раненому плечу. Чало дышал ровно, но тяжело.

— Сколько еще? — Приближаюсь и спрашиваю шепотом.

— Час. Может, полтора. — пожимает плечами Педро

Мы перевалили через очередной гребень, и Педро вдруг опустился на корточки, вжался в землю. Я рухнул рядом, Чало замер за спиной.

— Поселок, — прошептал Педро, кивнув вниз.

Я поднес к глазам бинокль. В долине, у подножия горы, темнели пятна строений. Кое-где горели редкие огни — окна, фонарь на столбе. Выше, на склоне, угадывалось большое здание с высокой оградой. Поместье. Отсюда, с гребня, оно казалось игрушечным, но, по рассказам Педро, я знал что на самом деле, оно довольно большое.

— Нам туда. — Педро ткнул пальцем вправо, где склон порос лесом. — Дальше идти по гребню нельзя, могут заметить, а по склону можно спуститься ближе. За час до рассвета нужно занять позицию.

Мы спустились вниз по склону, обходя поселок по широкой дуге. Лес здесь был гуще, стволы сосен и эвкалиптов, переплетенные колючкой. Педро шел медленнее, иногда останавливаясь, чтобы свериться с местностью или прислушаться. Когда небо на востоке начало светлеть, он нашел подходящее место — неглубокий овраг, заросший колючим кустарником, откуда открывался вид на поместье, но само укрытие оставалось в тени.

— Здесь.

Мы спустились в овраг, сели на сухую землю. Педро снял с плеча автомат, потер плечо и поморщился. Чало прислонился к склону, и закрыл глаза. Я выполз на скалу так чтобы остаться скрытым в густом кустарнике, и достав бинокль, навел его на поместье.

В сером предрассветном свете дом дона Альберто выглядел внушительно: основательная каменная ограда, кованные железные ворота, несколько построек во дворе, главное здание — двухэтажное, с широкой верандой. На крыше — антенна, во дворе — две машины: большой черный внедорожник и белый пикап. У ворот — будка для охраны. Вся территория усажена аккуратно постриженными кустами и цветами. Там даже есть небольшой действующий фонтан.

— Видишь? — тихо спросил Педро пристраиваясь рядом

— Вижу.

Он подвинулся ближе, показал пальцем.

— Вон там — вход для гостей. Там — хозяйский. За домом — сад. Паулину и Эрнесту, скорее всего, держат во флигеле. Или в самом доме. Там дальше домик для охраны. Клетки для собак пустые, значит они еще бегают по поместью. Днем их загоняют обратно в клетки.

Обращаю внимание на две пустые клетки для собак. Это осложнит дело, но ничего, справимся. Понаблюдав еще некоторое время, я опустил бинокль и вернулся в овраг. Уставший Чало тихо посапывал, привалившись к земле. На востоке разгоралась заря. Педро сел рядом.

— Сегодня ночью идем туда, — тихо говорю ему. — Днем лежим тихо. Сейчас ты и Чало отдыхаете, я на посту. Смена через три часа.

Педро кивнул, достал флягу, сделал глоток, передал мне.

— Дон Альберто, — сказал он, глядя на серую громаду поместья, — думает, что мы еще ищем его сумку с товаром. А мы уже пришли за его гостями.

Я промолчал. Солнце еще не показалось, а в долине уже запели петухи. Где-то внизу хлопнула дверь, залаяла собака. Новый день начинался.

* * *

Я проснулся сам. Без толчка, без резкого вздрагивания — просто открыл глаза и сразу понял, где нахожусь и зачем. Солнце уже ушло за середину неба. В овраге стояла тень, прохладная и плотная. Чало лежал, отвернувшись к склону, дышал ровно. Педро лежал чуть выше, спиной к кусту, и смотрел в бинокль на поместье.

Я подполз к краю, лег на живот, достал свой бинокль.

— Движение было? — тихо спрашиваю его.

— Было, — так же тихо ответил Педро. — Смотри сам.

Навожу бинокль. Поместье днем выглядит иначе. Ночью оно казалось мертвым, сейчас — жило. Медленно, лениво, как сытый зверь. Каменная ограда, метра два с половиной, сверху торчат заточенные металлические штыри. Главные ворота — тяжелые, распашные. Рядом — будка. У ворот сидит охранник. На коленях — помповое ружье. Не игрушка — короткий ствол, скорее всего что-то вроде старого «Ремингтона» или его мексиканского клона. Сидит расслабленно, но не спит. Курит.

Я повел бинокль правее. Во дворе — движение. И сразу нашел их. Паулина и рядом с ней девочка лет