Студент по обмену, или Принцесса с сюрпризом [СИ] - Наталья Овчар

Корве́ля Астолье́ра. Я доверяю ему полностью, поэтому можешь открыть свою тайну, если посчитаешь нужным. Он не только один из опытнейших магов Ласконии, но и занимается интересными научными изысканиями. Думаю, вам есть чему научиться друг у друга.

Отступление 9. Два одиночества

Просто встретились два одиночества…

Феликс Лаубе

Не бывает случайных встреч.

Каждая из них — или испытание, или наказание, или подарок судьбы…

Авторство не установлено

Жизнь Амитсамина в чужом теле постепенно налаживалась. За два года он полностью адаптировался в другом мире и на улицах вечером уже не шарахался от странного вида девиц в юбках, бесстыдно оголяющих ноги почти до сокровенного, курящих вонючие сигареты и раскрашенных так, как будто у них каждый день — Хэллоуин. Он их просто сторонился, скрывая свою брезгливость за маской полного равнодушия, а его друзья, то есть друзья Мэтью Кларка, в теле которого находилась его несчастная душа, постоянно подтрунивали над ним, предлагая не скромничать и оторваться по полной, как в старые добрые времена, когда своих подружек Мэт менял чаще, чем успевал запомнить их имена.

К счастью для него, приятели все странности списывали на амнезию и активно помогали восстанавливать утраченную память, таская по ночным клубам, на бейсбол или американский футбол. После первых у Ами раскалывалась голова от громкой музыки и бешено мельтешащих световых вспышек, а в чём прелесть наблюдения за двумя командами двуногих разумных, одетых в нелепые одежды и отбирающие друг у друга продолговатый мяч, он за это время так и не смог постичь.

Отучившись, Амитсамин снова был принят на работу в свою фирму, однако на более низкую должность. Это его не сильно расстроило, ведь лучше начать с малого, постепенно приобретая нужный опыт и восстанавливая былую квалификацию, чем сразу наделать ошибок и разочаровать начальство. Босс встретил его приветливо, но предупредил, что благотворительностью заниматься не станет, поэтому Ами приложил максимум старания, чтобы не подвести своего непосредственного руководителя, Колина О’Ши, мужчину не слишком привлекательной внешности, но в принципе не вредного, даже, можно сказать, добродушного. Он первое время направлял его работу, подсказывал и не отчитывал за неудачи. Постепенно Ами втянулся и даже начал понимать шутки О’Ши, сначала совершенно непонятные для него.

Он взял в кредит оливково-серый кроссовер Ford Escap взамен разбитого при аварии, попросив одного из приятелей, Дэйва Томпсона, заново научить его вождению. На счастье Ами память тела и мозговые рефлексы позволили неожиданно быстро восстановить навыки, а правила дорожного движения мужчина выучил без особых проблем.

Всё свободное время он сидел в сети, поглощая информацию о мире, где ему теперь придётся жить, упорно изучая историю, географию и геополитику наиболее крупных государств, решив остальное отложить на более отдалённое время.

Отдушиной, позволившей ему не сойти с ума в этом бешеном ритме, стала Джоан. Они сблизились за то время, пока девушка находилась в больнице. Ами снова и снова просил её рассказывать обо всём, что происходило с его телом в родном мире, пока он находился здесь, вслушиваясь в звуки родного языка, который на всей планете под названием Земля знали лишь они двое. Только это позволяло в очередной раз убеждаться, что жизнь там ему не приснилась, потому что один и тот же сон не мог присниться обоим сразу.

Теперь же, когда Джоан прошла реабилитацию и продолжила обучение в университете, а он работал и получал ощутимо больший доход, чем когда он трудился разнорабочим в больнице, Ами мог позволить себе пригласить девушку в кафе, где они общались и отдыхали от суеты трудовых и учебных будней.

Раз в неделю эти двое встречались в кафе «Frisson Espresso», расположенном между Восьмой и Девятой Авеню — на сорок седьмой Западной улице. Совсем маленькое, уютное кафе с приветливым и доброжелательным персоналом, вмещающее не более пятнадцати посетителей. На взгляд Ами — практически каморка, но Джоан считала, что там самый вкусный эспрессо и самая вкусная миндальная выпечка.

Вот и сейчас они сидели за столиком и разговаривали, ожидая, пока бариста приготовит кофе и подаст вместе с миндальным печеньем две чашки с милыми рисунками на кофейной пене.

— Как твои успехи? Босс не собирается повысить?

— Не думаю, что это случится раньше, чем я достигну хотя бы восьмидесятипроцентного уровня продаж Кларка, — усмехнулся Ами.

— До сих пор не привык, что он — это ты?

— До сих пор вздрагиваю, когда в зеркале отражается лицо, так похожее на лицо повелителя. Расплачусь с кредитом за машину и начну копить на пластическую операцию.

— Тяжело?

— А тебе?

Ами знал, что любовь Джоан к асору до сих пор жива. У неё не было бойфренда, а сам периодически ловил на себе её взгляды с отголосками боли и тоски. Вот и сейчас на мгновение её глаза стали, словно у побитой собаки.

— Я стараюсь об этом не думать.

В этот момент принесли их заказ, пожелав с улыбкой приятного аппетита. Девушка заправила за ухо упавшую на щёку прядь волос и сделала маленький глоток кофе. Её рука едва заметно дрогнула.

— Тебе ведь тяжело видеть моё лицо, я же не слепой. Поэтому хочу изменить его. Или… — замолчал он, не в силах произнести эти страшные для неё и для себя слова.

— Или что? — спросила она, поставив чашку на стол.

— Или больше никогда не встречаться, — сказал Ами и нашёл в себе силы посмотреть девушке в глаза.

— Не лучшая идея, — немного помолчав, произнесла она сдавленно.

— Какая? Первая или вторая?

— Обе. Сейчас изменишь лицо, а через десяток лет снова увидишь его в чертах своего сына или дочери. Генетику тебе пластический хирург не исправит, а вторая… Нас слишком много связывает, Ам… Мэт. Как минимум одно и то же тело, где пребывали наши души. Я знаю твой родной язык, а тебя всегда тянет разговаривать на нём. Ностальгия. Я права или нет?

Амитсамин смотрел на Джоан и видел, что та едва справлялась с волнением. Стараясь выглядеть спокойной, она выдала себя едва заметным движением дёрнувшихся пальцев кистей рук, лежащих на поверхности стола, будто те непроизвольно хотели что-нибудь сжать. Девушка любила его. Или повелителя в его лице. Как поступить? Он не знал, но Джоан права — расставаться с ней мужчина не хотел. И незаметно для себя перешёл на родной язык.

— Ты права. Прошлое не желает уходить из памяти и крепко держит, требуя подтверждения, что вся моя жизнь в Асории не сон, но и привязанность ко мне —