Хиван — амбассадор - Василий Васильевич Горобейко

чтобы прикрыть товарища. Вовремя! Передовая тварь с разбегу влетела по грудь в воду и отскочила. Похоже, водные процедуры в ледяной горной речке пришлись ей не по вкусу! Но не успел Иван обрадоваться, как близость добычи пересилила нежелание мокнуть и мерзнуть. Тварь бросилась в воду и прыжками кинулась к не успевающему выбраться на берег Микаэлю. Поздно! Забелин успел выровнять дыхание и поймал голову твари на мушку. Дважды оглушительно хлопнул выстрел, и труп трупоеда исчез за изгибом реки.

В тот момент, когда Микаэль наконец выбрался на берег, а Иван закончил перезаряжать свой «зверобой», на берег выскочили три опоздавшие твари. Не дожидаясь новой атаки, Забелин разрядил в трупоедов весь магазин, хорошо зацепив одного из них и перебив лапу второму, после чего бросил ружье в кобуру и поудобней перехватил автомат, снимая его с предохранителя. Стрелять не пришлось. Получив отпор, твари скрылись в приречных зарослях.

— Ты как? — поинтересовался он у йоруба. — Ехать сможешь?

— Думаешь, они вернутся? — поинтересовался Микаэль, возвращаясь от реки с полными фляжками.

— Почти уверен. Если до сих пор не отстали, то и дальше не отвяжутся. Я на холме демона видел, это он трупоедов на нас натравил. И не факт, что эти «собачки» были у него последними. Так что нужно двигать дальше.

— Демон? Ты о чем?

— Прости, забыл, что ты, как и я, из «чистого мира». В общем, это такой гориллоподобный ящер из тварей Тьмы. Помнишь того мужика, которого Каджис у штольни заметил? Вот это он и есть.

— А трупоеды? Это ты так этих терапсид называешь?

— Не знаю, кто такие эти твои терапсихи, но те твари, что нас преследуют — трупоеды. Их так Бирюков и Пикетт называют, они с ними еще в прежнем мире навоевались. Ладно, хватит болтать, добавь газу и давай дальше по этой странной дороге покатим. Интересно, куда она ведет?

— Она никуда не ведет и скоро кончится! Это не дорога. Это сайгачья тропа. Они нашли водопой и удобный брод, вот и мигрируют из года в год одним маршрутом, сбиваясь на подходе к реке в плотное стадо. Так меньше шансов быть унесенным течением или попасть на обед к крокодилу или бегемоту.

— Миша, ну какие тут крокомоты?! Это Мир Цитадели, здесь даже мух нет!

— Мух и крокодилов нет, а инстинкты остались! О! Вот и конец твоей «дороги». Куда дальше?

Дорога, или точнее миграционная тропа сайгаков действительно неожиданно кончилась. Очевидно, такое расстояние от водной преграды антилопы считали достаточно безопасным и разбредались в разные стороны по степи для кормежки. Надо и беглецам выбирать свое направление. Иван вспомнил карту и принял решение.

— Давай на север. Тут параллельно реке «радиалка» идет на Суук. Так что мы ее никак не пропустим! Да и от тварей так будем подальше держаться.

С юга по-прежнему сквозило леденящим кровь холодом.

30

Дорогу заметили издали. Да и трудно не заметить двухметровую стену, выросшую перед тобой. Минут двадцать потратили на поиск удобного места для подъема, а потом просто на приличной скорости под острым углом перевалили через водоотводную канаву и взлетели по откосу на трассу. Остановились рядышком, отдыхая и оглядываясь.

— Всё! Считай, выбрались. Где-то через час в посольстве будем. Туда эти трупоеды не сунутся, а если сдуру полезут, то мы их из пулемета сможем десятками косить! — облегченно заявил Микаэль.

— Не кажи гоп, пока не перепрыгнешь!

Ледяные иглы по-прежнему впивались в позвоночник Забелина, более того, последнее время чувство опасности возросло, а чувство чуждого, злобного взгляда буквально выпивало остатки сил. Да и источник этого давления как-то расплылся. То ли их охватывали кольцом, то ли…

Никаких «то ли». С юга в их сторону неслось сразу не менее десятка черных силуэтов, растянувшихся полумесяцем. Причем крайние в строю трупоеды уже почти достигли придорожного кювета в метрах ста впереди и позади беглецов.

— Черт! Накаркал! Не проскочим! Давай на север, там где-то дорога на Гиси должна быть, если не промахнемся, то по ней сможем оторваться и потом уйдем на Валгаллу! — последние слова Иван кричал, уже слетая по насыпи на полной скорости.

Забелин ругал себя последними словами. Расслабились после реки, катили не спеша, а потом еще торчали соляными столбами на самом видном месте — дух переводили! Вот и нарвались! Эх, буквально десяток секунд, и все! Их бы уже было не догнать! Скорость по идеально ровной трассе даже у Мишкиного мотоцикла такая, что ни одна тварь не достанет. Полчаса, максимум час, и они бы уже были бы в безопасности, а теперь…

Дорогу на Гиси они нашли и даже неплохо оторвались от погони. Вот только ненадолго. Пришлось снова останавливаться, ослаблять жгут и пить обезболивающее. А затем, вновь почувствовав проснувшимся седьмым чувством приближение смертельной угрозы, спешно затягивать жгут на онемевшей ноге и гнать вперед, стараясь оторваться.

Дорогу Забелин запомнил плохо. Ехал вслед за Микаэлем уже даже не на силе воли, а на родовом гуранском упрямстве. Одурманенная избыточным приемом обезболивающих голова почти ничего не соображала. Все силы уходили на то, чтобы не свалиться с «Арго» и не потерять из виду напарника. Сзади обижено и как-то тревожно хныкал медвежонок, но сил даже на пару ласковых успокаивающих слов уже не было. Краем сознания Иван отметил проплывшие в отдалении руины разгромленного северными мстителями селения, даже ощутил запах паленого пластика, но и все. Эмоций не было никаких.

Наконец, когда справа начал сереть горизонт, дорога привела их к броду через Вебигу. Или все же корректнее называть ее Тунгом? Эта мысль вяло проплыла по тихой болотине сознания Ивана, не вызвав даже мелкой ряби чувств или образов. Так — просто риторический вопрос. А вот «Арго» воду очень даже замутил! Не справившись с резко возросшим давлением на руль, Забелин потерял равновесие и рухнул в воду, придавив мотоциклом многострадальную левую ногу.

Воды на перекате было не много, едва ли до колена, но это когда стоишь, а не когда валяешься в ледяной воде на боку, не имея сил выбраться из-под двухколесного друга. Все что получилось сделать — перебросить правую ногу и, приняв полусидячее положение, отстегнуть от сиденья почти захлебнувшегося Жирха. А вот удержать подросшего питомца сил уже не было. Вырвавшись из рук своего кормильца, Жирх мигом ушел с головой под воду, а потом неожиданно вынырнул метрах в пяти ниже по течению и, отчаянно