С любовью. Стая - Сергей Анатольевич Кусков

а в высоких Морозова народной артистке СССР уступала. Однако буду справедлив, в целом всё равно «вывозила». Да и бог с ним — пусть не дотягивает до идеала, таких, как Людмила Георгиевна много и не бывает, одна на миллионы, но тембр Морозовой и правда стоит того, чтобы над ним поработать. И нафига девчуля с такими данными в офицеры пошла? Талант закапывать? Боярышням в отличие от дворянок служить не обязательно, могла бы и по творческой линии попытать счастья. Но это уже не моё дело, и раз так, попробую помочь девчуле хотя бы в малом, чем смогу. Тем более, мне это ничего не стоит, зато в клане Морозовых, пусть и в Томской их ветви, у меня будет свой человек.

— Класс! — вздел я оба больших пальца кверху. — Отпад! Талант! А раз талант — помогу. Но только мне подумать надо, что для тебя написать.

— А это без проблем, Саш. Думай, — «милостиво» разрешила девушка и довольно заулыбалась. — И это… Твои тебе не говорили, наверное, но мне птичка на хвосте принесла, что Лидия Васильевна планирует тебя попросить поучаствовать в вечере посвящения в качестве консультанта.

— Да ладно! — обалдел я. — И кто ж это такой умный, что ей сию мудрую мысль подсказал? — опасно сузил глаза, но Морозова не повелась, не напряглась.

— Александр, не я! Честно! — И в знак искренности перекрестилась. — Додуматься до того, чтоб к тебе подойти могла — грешна. Но вот советовать полковнику Годуновой, кузине царицы — это точно мимо меня.

Скорее всего, правда. Ибо ну кто она в масштабах страны? Да никто! Но сама эту мысль тётьЛида тоже вряд ли «родила».

— Ладно, разберёмся. И это… Подумаю, чем тебя озадачить, иди пока, а то мои, видишь, на тебя как агрятся?

— Что делают?

— Злятся, блин! — вспылил я, но на себя, что язык как помело.

— Спасибо, Саш! — Эта стервочка, не стесняясь, подалась вперёд, сбагрила меня в охапку и смачно поцеловала в губы — я ничего сделать не успел. И даже подумать. А успел бы — а я, блин, ничего и не сделал! Это ж гидроцилиндры, а не мышцы!

…Да и не сильно хотелось что-то делать, если честно. Зайкам стресс в виде потенциальной соперницы на будущее не повредит, а я так и так обожаю сильных женщин.

Морозова свалила в закат, в смысле покинула стадион, но Соль с Селеной насчёт вечера и меня ничего не прояснили — не в курсе. Ну да, первый курс, да без семейных связей в столице. Позажиматься с ними после отработки, как уже сказал, не получилось… Так что вечер напрасный.

Единственная радость — вчера мою вечернюю сказку слушало на одного человека больше. Ага, к Маше и Ксюше и периодически посещающей (не всегда, но место застолблено) мероприятие Жене, добавилась новенькая будущая постоянная слушательница — другая Ксюша. Ввиду изменения состава, пришлось начать сказку про Элли (Ксюша-раз настояла на этом выборе) сначала, чему все сёстры отнюдь не огорчились. Наоборот, всячески повествование дополняли деталями из предыдущей версии, которые я уже забыл.

* * *

Москва, Маросейка, здание Разбойного приказа

— Сядь, Саш. Разговор будет серьёзный, — огорошила Оля с порога. Я прошёл и воровато присел на край кресла, правда, не стал выпендриваться, рядом с нею. До того сорок минут ждал в приёмной, но не в обиде — сестрёнка и в правду занятой человек, у неё были посетители.

— Вот возьми, — протянула мне белую папку. — Это твои документы на клуб «Перекрёсток». Я подписала, по доверенности от мамы. Теперь ты — рабовладелец, ваши договорённости с Сусловыми имеют законную силу, можешь делать с ними всё, что захочешь. Но повторюсь, их проблемы теперь тоже на тебе. Кое-что сделать в качестве помощи я смогу, но я не мама, и сильно на много не рассчитывай.

— А мама знать этот род пока не хочет, — закивал я.

— ПОКА — да. — Интересно, Оля знает, что мама разрешила мне заделывать Суслику ребёнка? По профессионально бегающим глазкам не скажешь, может как знать, так и нет.

— Хорошо, понял, — придвинул я папку к себе — просмотрю позже.

— Я что хотела поговорить. Этот разговор… В общем… — Вздох. Оле было не по себе, лёгкая растерянность, а я не привык видеть старшую всегда уверенную в себе сестру такой.

— Что-то по той убийце? — сделал я пробный выстрел, и, кажется, угадал, Оля вздрогнула.

— Не совсем, — проговорила она, чуть подумав. — Но когда мы обсуждали убийство, и немного раньше в мамином кабинете, ты рассказывал мне про галактику, количество звёзд и прочее. Помнишь?

Я пожал плечами. Для меня это был незначительный эпизод. Для местной аборигенки Оли те откровения тянули на таинство. Да, я снова не слежу за языком… Но смущаться от этого не хотелось.

— Про чёрные дыры говорил, — перечисляла сестрёнка. — И ту дыру, что в сердце нашей галактики. Стрелец А. Я не записывала, так запомнила — четыреста миллионов масс солнца. Верно?

Кивнул. Всё же специфика ментовского менталитета — запоминать кажущиеся неважными мелочи.

— И знаешь, я не выдержала, обратилась в Преображенское, к тамошнему профессору, завкафедрой астрономии. С вопросом, может ли всё это быть верным с точки зрения НАШЕЙ науки? И он ничего не смог возразить на твои слова. Да, подтвердить не мог — признал, наука пока технически до этого не доросла. Но ошибок и фундаментальных противоречий в аргументах не нашёл, всё, что ты сказал, ВОЗМОЖНО с точки зрения нашей науки.

Я закивал, про себя размышляя, что это сейчас за попадос? Ибо наследнице престола сверхдержавы больше делать нечего, кроме как интересоваться подобной хренью? А это хрень, как ни крути; её интерес к хобби и бесполезным знаниям больного на голову братца иначе как её собственным хобби не назовёшь. Но она подошла за разъяснениями не после завтрака, не позвала вечером к себе в комнату на «поболтать за рюмкой чая», а вызвала на Маросейку, где решает вопросы государственной важности. А это «ж-ж-ж» неспроста.

— В ответ он мне рассказал о дошедшем до него «снизу», с другой стороны, запросе некой журналистки, Радомилы Тулиной, — продолжала Ольга. Пронзительный профессиональный взгляд, но я не «прогнулся», глядел с равнодушием. Ибо абсолютно не скрывал ни факт нашего разговора, ни тему. — Бог весть, что ты ей там наплёл, бог весть, что из этого она пересказала профессору, но факт — и с той стороны тот был очень высокого мнения об этой информации. Да, ещё его люди передали мне «пересвеченную» твою модель галактики; если тебе ещё для чего-то понадобится —