С любовью. Стая - Сергей Анатольевич Кусков

тётка. — Если рейтинги у газеты упадут, снизится читаемость… Из-за ЭТОЙ… — Видимо она хотела припечатать Тулину, но не стала. — Пострадает не ваша семья, и не род Годуновых — как ты правильно заметил, членом которого я тоже являюсь. Пострадает… ВСЁ! Царская власть! Мы — рупор монархизма! А ты…

— Вы хреновый рупор, Анна Германовна!!! — не выдержал и зарычал я. — Ваши статейки, с вашей подачей — их только в курятнике вывешивать! Да и это вредно — куры почитают и от смеха или сдохнут, или нестись перестанут!

Кажется, я её, наконец, озадачил, ибо открыв рот возразить, она тут же его закрыла, не смогла парировать, и уставилась, с интересом ожидая продолжения.

— Кому и что вы хотите доказать своими скупыми отчётами? — слегка завёл себя я для убедительности. — Читателя надо удивлять! Постоянно! Подачей, интерпретацией! Придумывать что-то новое! А у вас… «Вчера в Зажопинске-Сибирском произошло открытие новой свинофермы. Ферма построена боярами Подробиловыми с целью обеспечения работой местного населения. Присутствующая на открытии воевода заявила: 'Открытие данного предприятия улучшит социальную обстановку во вверенном регионе». Где конфликт, Анна Германовна? Где стержень, вокруг которого должен строиться сюжет? ЛЮБОЙ сюжет, а статья в газете принципиально мало чем отличается от коммерческой литературы? Я не могу указывать вам, как писать, хотя, на мой взгляд, вас надо гнать в шею и искать новые, более креативные кадры, но хотя бы не лезьте и не мешайте моей попытке хоть что-то сделать иначе.

Ох и взгляд! Убила бы. Но тётка адекватная в том смысле, что понимает своё место в пищевой цепи, просто пыталась меня построить, как малолетку, настоять на своём видении и своей итоговой корректуре и редактуре. Так-то оно как бы и должно быть по идее, редактор в любом СМИ царь и бог. Но тогда теряется смысл моего соло-проекта, моих попыток внедрения новаций, и с этим смириться я не мог. Так что пусть лучше ручное управление — с одной единственной журналисткой как-нибудь справлюсь.

— Да, давайте начистоту, раз начали, — продолжил я, — вы — человек мамы, и только ей решать по вам. А потому вы просто даёте мне колонку! Одну! Для пробы! Тестирования, если говорить по-немчурски! Я делаю новости так, как вижу, как хочу, привлекая тех журналистов, какие мне по душе. И вы не лезете, не мешаете, не вставляете палки в колёса. Я — отчитываюсь перед мамой за своё, вы — за своё, мы не пересекаемся, любим друг друга, ценим, уважаем, и главное, живём мирно. Если лопухнусь — то лопухнусь, меня закроют. Но это будет решение мамы, а не ваше. Если же у меня получится… Что-нибудь придумаем. Я ведь не собираюсь входить в этот бизнес, мне даром ваша газетёнка не нужна. Мне всего лишь нужна собственная точка вброса информации в массы. Всё. Ну так как, Анна Германовна, мы живём мирно, или вы и дальше сочиняете сказки про белого бычка и мешаете работать?

Редактор главной маминой газеты молчала долго. Затем покачала головой.

— Да, дети растут быстро.

На такое я лишь мило улыбнулся.

— Что ж, если Ирина Борисовна согласилась на эксперимент — кто я такая, чтобы мешать царице-матушке. — Наигранный вздох. — Но, даже несмотря на независимую отчётность, Александр, я всё же попрошу тебя соблюдать ряд правил. Я не про подачу, а… Скажем, общие вопросы.

— Например?

— Например, отсутствие обсцентной лексики. Даже на грани — не надо по граням ходить. Не у нас.

— Принимается, — быстро-быстро закивал я.

— Никакой «чернухи» и сплетен про лиц царской семьи. И семей самых значимых на Олимпе людей страны. Да и вообще полегче с «чернухой».

— Принимается, — повторился я.

— Никаких голословных обвинений кого бы то ни было. Если что-то не подкреплено реальными фактами — не печатаем. Если вы выдаёте ваши домыслы — это должно быть обозначено, как домыслы. Но даже они не могут появиться без причины, а потому даже мысли вы вырисовываете в качестве итоговых выводов логической цепочки, в которой обосновываете право оных на существование.

— Например, нельзя написать: «Боярыня Сухофруктская — дура». Можно только так: «Мы считаем, что данная боярыня является альтернативно одарённой женщиной, потому, что совершила ряд поступков, которые характеризуются, как… Альтернативно одарённые». Как-то так?

— Как-то так, — согласилась редактор и… Немного расслабилась. — Если честно, приятно разговаривать с понимающим человеком. Тебе, Александр Карлович, не дашь столько ума, на сколько ты выглядишь. Но даже и тут я остерегу: в твоём возрасте кажется, что ты — малолетний гений, и что-то, некий предмет разговора, понимаешь лучше других, лучше «этих древних развалин, живущих позапрошлым веком». Поверь, Саш, это не так, и за консерватизмом старшего поколения отнюдь не только брюзжание и нежелание ничего менять из принципа или лени. Мир чуть сложнее, чем кажется юным и нетерпеливым. А потому не кидайся на амбразуры в своей гениальности, или рано или поздно сядешь в лужу, встретив более… Способного человека, который тебя туда макнёт. И мир будет не на твоей стороне — ты сам против себя всех настроишь.

— А вот тут спасибо за мудрость. — Мне не жалко, уважительно склонил голову, ибо тётка реально дельную вещь сказала. Я на волне, считаю (благодаря опыту и знаниям Альтер-эго) себя круче, чем аборигены. Расслаблюсь на волне эйфории, пропущу удар… И местные меня закопают. Да, я знаю некоторые иные методы работы. Но они в совершенстве плавают в этом времени, этой эпохе, лучше знают предмет, законы местного общества, и главное, чаяния своего читателя. Да, не стоит слишком сильно выделяться, дескать, я — уникум, а вы — лохи. Дурную шутку это сыграет.

— Что ж, если договорились — веди сюда свою… Кралю. — Она снова хотела сказать грубее, но не стала. Не любят здесь Тулину; она идеологический противник, с которым наша газета вступала в смертный бой на полях информационной войны, и не раз. Только последний её бой, после статьи с поцелуем, они пропустили, да и то мама (под моим давлением) приказала не лезть. А сколько Милославские и иные оппы били по царице и царской семье через инфополе до этого? И кто грудью вставал на защиту? Она! Сидящая передо мной женщина из одной из далёких младших ветвей нашей фамилии. Да, в «Вѣдомостях» не самые умелые журналисты, но для местной эпохи и не худшие, и до сего дня как-то свою работу выполняли. Мне нельзя ссориться с ней, нельзя хлопать дверью, заставлять или ставить перед фактом. Вонзит нож в спину и не почешется. И сможет, вот что главное! Так что Тулина за дверью, ждёт, а