Фантастика 2025-101 - Михаил Иванович Казьмин

Астрал аж клубится от маны. В ушах стоит гул от циркулирующего с огромной скоростью эфира, в носу — стойкий запах озона и стерильности.

А с той стороны, где стоят взрослые, даже сквозь гул доносится явное напряжение. Какофония тревожных мелодий вперемешку с тихим свистом заклинаний, готовых в любую секунду сорваться с пальцев.

Мирон и отец явно собираются защищать нас от любой опасности. Ничего-ничего, батя, не ссы. Я и сам уже не тот, что пару лет назад! И скоро стану ещё сильнее!

— О ты, чьи плечи — небесные горы! Чьи руки — обильные грады! Чьи очи прозревают землю! — гортанно начал ритуал Дашков. — Ты, чьи стопы исходили горизонты! Чьи уста говорили с царями земель и небес! Ты, что лета назад назвался мне другом! Мне, что погубил для тебя демона ночи в пустыне Асфара! Песок пересыпался, мир источился! Срок истёк, прошли заповедные годы!

Я всем телом ощутил, как в астрале поднялась настоящая буря. Не чета той, в которой я создал своё Универсальное Заклинание — тот шторм маны разрушил вообще всё, что было вокруг меня. Но всё равно — эфир взревел ураганом.

И среди этого рёва, на самом краю восприятия, послышались шепотки.

— Ты не справишься!

— Не справится! Ноша его велика!

— Он слаб… даже господин господ не верит в него! Лишь лжёт! Лжёт, как всегда и всем!

— Тёмные судьбы ждут его. Одумайся, маг! Отступись от силы, что погубит тебя!

— Отступись! Живи так, как подобает жить человеку! Сделай верный выбор, не спорь с судьбой!

— Делай выбор, маг! Делай выбор!

Из глубин души вдруг поднялось нечто тёмное. А эти твари явно не просто болтают! Я почувствовал невероятное желание спорить! Доказать им, что мой путь — единственно верный, что я сам сделаю свою судьбу!

Но я смолчал. Сжал зубы и обратился к Источнику. Стал плавно разгонять по телу ману, напитывая ей каждый канал, импульсами посылая в мозг. Это принесло спокойствие.

Я словно окунулся в прохладную ванну в жаркий летний день. И тени отступили.

Тогда я посмотрел на других. И, судя по слезам, стоящим в глазах Рины, её борьба даётся ой как нелегко! Девочка закусила нижнюю губу, плотно зажмурила глаза, вся дрожит.

Но держится! Не говорит ни слова, ничего не отвечает!

Плачет и Лиза. Но плачет не тревожно, не как готова зарыдать Рина. Лиза стоит вся бледная, с широко распахнутыми глазами и смотрит в никуда.

А по щекам катятся слёзы.

— Не слушайте всякую ерунду! — вдруг звонко крикнула Настя. — Ребята! У вас всё получится и всё будет хорошо! Вы сильные, умные, смелые! Не слушайте всяких незнакомых духов!

— Вот именно! — хмыкнул Мирон, отхлёбывая свой кофе. — Родители вас ведь учили, что нельзя говорить с незнакомцами!

— Дочь моя, крепись! — своим звучным бархатистым голосом заговорила и Эльдана. — Я верю в тебя! Я люблю тебя! И всегда буду любить, что бы не случилось. Если тебе кто-то говорит иное, говорит, что ты плохая, что ты зло — они все врут!

И, услышав это, девочки воспряли духом. Шмыгнув носом, открыла свои большие глаза Рина. Стиснула зубы и утёрла слёзы Лиза. Теперь они смотрели за пределы круга.

Одна — на свою маму, кроме которой у неё не осталось родни. Вторая — на тех, кто заменил ей родителей, которых Лиза никогда не знала.

А вот Саша, как ни странно, ни в чьих словах не нуждался. Он держался совершенно спокойно, пристально смотрел на творящийся ритуал, а от него самого будто исходило лёгкое сияние.

Ха! Похоже, ребёнок с ангельской кровью оказался просто не по зубам мелким падальщикам междумирья!

А Дашков тем временем уже завершал свой огромный белый стих, похожий на то, как сказители пересказывают старинные эпосы.

— Дано было тобой нерушимое слово! Когда песок истечёт и сменится, а мир источится на четверть столетия, я позову — и ты явишься в мир! Отзовись же, приди, выслушай мою дружескую волю! Вкуси мой хлеб, раздели со мной вина и травы! Сотвори то, для чего живёшь ты тысячи лет! Взываю к тебе, Абдульбари аль-Асфари! Явись на мой пир!

И ткань мироздания раскололась, кажется, до самого неба.

Глава 6

Нечто из ничего. Часть 2

Воздух сгустился так, что стало тяжело дышать. Но мы все держались отлично — даже ребята, явно чувствующие, какая на них лежит ответственность.

С треском лопающегося пространства в центре квадрата возник прямой вертикальный разрыв. Затем он расширился — и из неба словно вырезали прямоугольник. Будто оно стало твёрдым и превратилось в дверь метров двадцати высотой.

Дверь открылась, а за ней оказался багряный провал. Дыхнуло жаром — я ведь стою именно по направлению открытия «двери». И я первым увидел того, кто показался из-за кромки.

— МИР ТЕБЕ, О, НЕСРАВНЕННЫЙ СТОЛБ ПЛАМЕНИ СРЕДИ БУРАНА! — раздался раскатистый бас, от которого затряслась земля. — ТЫ ЗВАЛ МЕНЯ, И Я ЯВИЛСЯ НА ТВОЙ ВЕЛИЧЕСТВЕННЫЙ ПРИЗЫВ, СПОСОБНЫЙ ВОСХИТИТЬ И САМОГО АЛЛАХА, ДА БЛАГОСЛОВЕННО БУДЕТ ЕГО СТРАНСТВИЕ!

— Ну началось… — устало вздохнул генерал. А потом дверь окончательно распахнулась — и из-за неё в наш мир выбрался настоящий исполин!

Джинн, которого Дашков назвал Абдульбари, в точности походил на стоящую передо мной статую. Только ростом в два десятка метров. В остальном — синий гигант, четыре руки, шесть пар крыльев за спиной, три глаза и три острых рога. И клыкастая пасть…

Не затыкающаяся ни на секунду!

— МИР И ВАМ, О ПРЕКРАСНЫЕ СМЕРТНЫЕ, БОЛЬШИЕ И МАЛЕНЬКИЕ! ДА БУДЕТЕ ВЫ ВЕЧНО МОЛОДЫ И ПРЕКРАСНЫ ПОД НЕБОМ ВСЕВЫШНЕГО, О, СЛАДКИЙ ЕЛЕЙ МОЕГО СЕРДЦА!

— Что он несёт? — раздался за моей спиной шёпот. Кажется, это был Мирон. Воздух так сильно клубился от ауры гостя, что я толком не смог разобрать.

О, эта аура! Уж на что я был Архимаг, а подобное встречал по-настоящему редко! Не берусь утверждать даже то, что сам когда-либо обладал аурой сравнимой мощи!

В ушах играет бравурная нездешняя музыка — пищат бесчисленные дудки, бьют тяжёлые барабаны, от звонких трелей хочется пуститься то ли в пляс, то ли на марш!

И аромат… Аж в животе заурчало! От джинна пахнет, словно передо мной роскошный стол, уставленный изысканными яствами, да ещё окуренный благовониями.

Немного смахивает на какофонию, честно говоря, но аппетитно. Если