Фантастика 2025-101 - Михаил Иванович Казьмин

Врачом-педиатром в белоснежном халате и со слуховой трубкой.

Седобородым стариком, одетым в расшитую тысячами звёзд мантию.

Вернулся в свой изначальный облик — и всё это за пару секунд! Образы мелькали чехардой, а где-то в груди я чувствовал, как чужой взор пристально глядит мне в душу.

Чужой, но не враждебный. Пытающийся понять, а не раскрыть.

— Се будет великий властитель тонкого плана бытия! — наконец громко молвил джинн, делая шаг назад. — Я прозреваю, что ему отведено немного лет спокойствия в подлунном мире! Но коли вы поможете сему льдоглазому юноше в самый ответственный момент — вы явите миру то, чего он не видел многие тысячи лет! О чём я сам, живущий под великолепным небом Его, слышал лишь в сказаниях Старших и песнях сладкоголосых гурий на пирах у Великого Хана, да будет мир и покой его вечен, а кувшин всегда полон! Так говорю вам — к выгоде своей и вашей! И никого здесь не минет чаша сия!

Сказав это, джинн каким-то неведомым образом сложил все четыре ручищи на груди и молча вернулся в центр квадрата. А все взгляды скрестились на мне.

Идеальный момент, чтобы сказать какую-нибудь ерунду, которую потом все запомнят и будут повторять в веках. Ну я и не стал упускать такой шанс!

— Чего вы смотрите? Я же говорил, что возглавлю этот мир? Вот! Всем буит только лучше! Зуб даю!

И показал клык, который недавно слегка обломал, жуя орешки.

Не успели взрослые что-то ответить, как Рина запрыгала на месте и заорала:

— Я с тобой! Я с тобой! Станем сами главними, а потом убьём сех плохих!!! Уря!!!

— И эта… победим бедных, во! — вскинула кулачок Лиза. Но потом, кажется, поняла, что где-то в её словах есть проблема. — Ой, нет! Побдим бедность! Дя!

А Сашка лишь молча кивнул, улыбаясь до ушей и показывая большой палец. Это его батя научил. Пацан давно растерял всё своё английское воспитание, хе-хе.

Но потом и Саня всё-таки решил внести свою лепту. И скромно заявил:

— И везьде буит сад! Всё-всё-всё буит касивое! И кошьки!

Все на этой поляне согласились, что это было отлично сказано… А Абдульбари резко оттолкнулся от земли.

Ноги его исчезли, сменившись газовым сизым хвостом, руки раскинулись в стороны, он вновь вырос в размерах, и на удивление кратко прокричал:

— Я и плотник, и маляр! Я и столяр, и гончар! Я строитель и кузнец! Повелитель, швец и жрец! Здесь я именем Его ВСЁ ТВОРЮ ИЗ НИЧЕГО!

И реальность вокруг нас буквально пустилась в пляс!

— Па-а-астаранись!!! — зычно гаркнул Дашков, но батя и так уже подхватил всех нас кинетическим полем и аккуратно оттянул в сторону. Сам генерал, обернувшись огненной вспышкой, тоже вмиг очутился на краю поляны.

И мы все смогли молча насладиться ни с чем не сравнимым зрелищем. Зрелищем, которое уже сотни лет восхищает меня больше, чем что угодно во множестве миров.

Зрелищем чародейского творения.

Воздух над поляной дрожал и мерцал. Прямо из него то и дело выпрыгивали десятки всевозможных инструментов — пилы, топоры, молоты, зубила… что-то электрическое, порождённое наукой Земли.

Эта самая земля — почва и дёрн на поляне — исчезала в никуда, обращаясь разрытыми под фундаменты ямами. Из-под земли тут и там мгновенно вырастали деревья, которые тут же с силой срубали свистящие в воздухе топоры. Затем с деревьев сама слетала кора, ветви и листья, стволы расчленялись на идеально гладкие доски и брусья…

Тут же с треском из ничего собирались каменные блоки, ручьями лился цемент, падал, куда нужно, щебень, сваями вбивались стальные колонны.

Джинн не сотворил нам четыре здания, как можно было ожидать. Плоть от плоти самой магии, он не хуже меня понимал — сотворённое здание не будет вполне настоящим. Не будет «помнить», как его строили, не будет иметь в себе первооснов.

А значит, не будет удерживать в своих стенах магию. А со временем само собой растает, как хорошая иллюзия.

Уверен, и эти материалы, и инструменты — всё это настоящее, утащенное им откуда-то. И даже деревья он выращивает сам. Просто ускоряя их рост в тысячи раз.

— Надеюсь, у соседских дачников сейчас не начали пропадать топоры из рук! — усмехнулся Дашков. — А то на нас в полицию заявят!

Огромный синий джинн, царящий над творческим хаосом, лишь расхохотался.

— Мой великий друг, чья ярость способна сжигать и легионы Ада! Я не первый день, не первый век, не первую тысячу лет творю и строю, прославляя своими чарами Имя Его, нашего Творца и Созидателя! Не оскорбляй же меня сомнениями маловера, о пылающий в ночи костёр! Будь уверен — меня сейчас не видит даже тот браконьер, что решил преступить Его Закон и поохотиться неподалёку, но его внезапно сморил только что дурной сон!

Да уж. Я стоял, закусив губу и искренне восхищаясь. Я никогда не страдал излишним тщеславием и мелкой завистью. Не стремился, как иные пигмеи от магии, топотать ножками и вопить на весь мир, какой я самый великий, какой я о… балденно важный.

Я всегда мог наравне с собственным величием признать величие других. И сейчас смотрел на идеально чистую работу Абдульбари с гордостью.

С гордостью за магическую мысль, породившую такое, и за себя, ставшего значимой частью этой мысли.

Будь сейчас здесь я прежний — посоревновался бы с джинном в строительстве! И посмотрел бы ещё, кто кого!

Ребята же аж пищали от восторга. Особенно Лиза, глядящая, как прямо из-под земли минута за минутой поднимается мрачный чёрный зиккурат. Трёхступенчатая пирамида из больших блестящих блоков — из базальта и обсидиана.

Вокруг пирамиды сложилась ограда из кривых чёрных прутьев, беспорядочно увенчанных пожелтевшими от древности черепами различных существ.

А уж когда на верхушке пирамиды-зиккурата водрузилась здоровущая тёмно-зелёная башка размером, пожалуй, больше меня нынешнего, а три её глаза замерцали болотными огнями, девочка просто неистово захлопала в ладоши и рванулась проверять, как там внутри.

Её удержало лишь отцовское поле — творение ещё не завершилось, тут и там летали топоры и кувалды. Соваться туда всё ещё смертельно опасно.

Материализовавшийся на моём плече Син тоже пристально глядел в зияющий провал этой необычной гробницы.

— Ну всё. — обречённо протянула Настя. — Теперь точно никаких гостей. Не поймут-с…

— Не поймут-с…

Параллельно с Местом Силы для Лизы появились и три других. Для Саши —