"Фантастика 2026-5". Компиляция. Книги 1-29 - Настя Любимка

с Таней рядом и заботятся о нем. Инстинктивно боксер едва заметно шевельнул обрубком хвоста и заскулил. Заскулил как щенок, который радуется возвращению хозяина с работы. Но быстро нотки радости в этом звуке сменились болезненным стоном. Собака задышала часто-часто, словно после долгой пробежки. Затем все медленнее и тяжелее, каждый вздох отзывался болью в горле. Тук-тук, тук-тук… удары сердца становились слабее, но организм боролся до конца. Последнее, что пес успел сделать – это высунуть язык и на прощание лизнуть руку Тани. В следующую секунду Додж почувствовал, что словно падает куда-то. Его окутала темнота, стало холодно и страшно. А потом все закончилось. Его челюсти разжались, язык свободно повис, а дыхание остановилось.

Хаимович упал на пол и закричал так дико и страшно, что девочка в ужасе отшатнулась в сторону. Профессор бил руками по полу, рвал зубами свою одежду и рыдал, содрогаясь всем телом. Слезы текли по щекам Тани, она отказывалась верить, что все это на самом деле. Малышка побежала по лестнице к себе в комнату, упала на кровать и уткнулась лицом в подушку. Ей мерещились безжизненные глаза Доджа, а запах его мокрой шкуры на ладонях был такой сильный, словно пес лежал рядом с ней. Но она знала, что он там, на столе: растерзанный, неподвижный и мертвый.

Минут через десять внизу хлопнула входная дверь. Таня с трудом приподнялась и выглянула в окно. Она увидела, как подстреленная волчица еще шевелится и пытается уползти в лес. Вот Хаимович прошел мимо раненого зверя, пнул его ногой в живот и направился дальше. Альберт Борисович скрылся в стайке и через пару секунд вышел оттуда с лопатой.

А дальше он долго, с невыносимым ожесточением бил умирающее животное, вымещая всю свою злость. Профессор старался растянуть агонию волчицы и целился не в голову, а лупил по спине и лапам. Он рубил и дробил ей кости лопатой, пока, наконец, она не затихла после короткого жалобного предсмертного воя. Но Хаимович не мог остановиться. С безумием маньяка он вбивал тело серого зверя в землю до тех пор, пока не сломал каждую кость. На грязной траве остались разорванная туша, внутренности и перерубленное в фарш мясо.

Вечером рядом с могилой Вени появился еще один маленький холмик. Похоронив четвероногого друга, Хаимович воткнул в землю сломанный черенок от той самой лопаты, которой добил волчицу. К палке профессор прикрутил табличку из фанеры. На ней виднелись лишь четыре большие неровные резные буквы – ДОДЖ.

Эпизод 93. Туристы поневоле

Следующую ночь после расставания с гостеприимным Бадри друзья провели в лесу. Перед рассветом пошел мелкий дождь, но густая листва не дала людям промокнуть. Ночевать без палаток и спальников было так себе удовольствием, но бродяги подбадривали себя тем, что конец их пути уже близок.

На третий день «турпохода» Лена неудачно спрыгнула с камня и подвернула ногу. Пришлось разбить лагерь и двое суток провести на одном месте. За это время парни несколько раз выбрались на охоту и смогли подстрелить небольшую косулю. Ближайшие пару дней все интенсивно питались жареным мясом, пока оно не пропало.

– Я же говорил, что кетчуп пригодится, а вы брать не хотели, – Андрей выдавил немного красной пасты на кусок холодной оленины.

– Ты хотел целый ящик взять. Как бы мы его сейчас тащили без машины? Три тюбика нам как раз хватит на первое время…, – Маша почесала кожу на запястье, где остался красный след после ожога крапивой.

– Знать бы насколько растянется это первое время, – вздохнула Катя.

Шел седьмой день маршрута через Кавказ. Друзья старались экономить силы, хорошо высыпаться и не рвать жилы. К счастью, ни у кого серьезных травм больше не случилось. Один раз бродягам даже повезло переночевать в стареньком туристическом домике с коптящей железной печкой. Судя по состоянию жилища, его забросили задолго до эпидемии.

На восьмой день пути группа добралась до небольшого красивого озера в долине. Все сразу же захотели искупаться, но пощупав воду, быстро передумали. Озеро питалось подземными ключами и даже летом слабо прогревалось. Иван и Макс все-таки решили немного поплавать, остальные ограничились легкими водными процедурами на берегу.

Полдня друзья провалялись около озера, загорая и болтая обо всем подряд. Здесь ощущалась какая-то особая энергетика, и покидать это место долго не хотелось. Но к вечеру с севера стали наползать грозовые тучи, и люди забеспокоились о погоде.

– Эх, пора двигать, вдруг ливень пойдет. Надо до темноты в лесу место для ночевки найти, – Иван лениво поднялся, и чтобы взбодриться умыл лицо и смочил волосы.

– Я бы здесь жить остался. Честно! Домик бы на берегу построил, воды пресной – хоть залейся. Вокруг дичь бегает, огород можно свой держать, – мечтательно зевнул Андрей.

Макс посмотрел по сторонам:

– А из чего ты его тут построишь? Пока каждое дерево свалишь и обстрогаешь, полдня пройдет. Так и зима вперед наступит. Надо готовое жилье искать.

– Скучный ты, не романтичный, – Катя разочарованно поджала пухлые губки, глядя на подростка смеющимися глазами.

– Зато практичный. При таком раскладе как сейчас, расчетливых практиков выживет гораздо больше, чем мечтательных романтиков, – парировал Сова.

Маша потянулась, немного размялась и убрала волосы в хвост:

– Давайте до моря дойдем, а там уже каждый решит про себя: кто и где жить будет.

– Странно, дааа…, – Лена задумчиво смотрела на озеро.

– Что? Что странно? – переспросила Маша.

– Ну, вот мы вшестером – недавно знакомы, ну по большому счету. А все время вместе, и кажется, что уже сто лет друг друга знаем. Путешествуем вместе, едим вместе, спим бок о бок, как одна семья, а скоро оп… и каждый сам по себе станет, все по отдельным домам разойдутся. Даже не верится в это сейчас.

Друзья замолчали, размышляя над словами девочки. Первый откликнулся Андрей:

– Во ты завернула, подруга. Я даже не задумывался об этом. Ну, каждый сам по себе точно не останется, мы все равно вместе держаться будем. Ну а то, что жить по раздельности, так это логично. Ты когда подрастешь и жениха себе найдешь, тоже хотя бы по ночам уединения захочешь.

Лена чуть прикусила нижнюю губу, что делало ее лицо особенно милым в такие моменты:

– Ага, женихов-то целая армия вокруг. В ряд стоят, выбирай не хочу…

– Так, давай больше оптимизма, мы ж не одни на планете остались, найдем тебе парня. Для твоего избранника у нас еще вакцина осталась, да, Андрюша? – Лисицина обняла Лену и поцеловала в щеку.

– Угу, сначала пусть женится, а потом уже за антивирусом приходит. На халяву выдавать не буду.

Все с хорошим настроением отправились в дальнейший путь. Но не успели пройти и пару километров, как Лена заметила опасность. Вдалеке виднелась фигура, сидящая спиной к дереву. Друзья остановились и стали разглядывать незнакомца. Казалось, что человек спит. Его голова была опущена, он не шевелился. Местность хорошо проглядывалась, но путники все равно опасались засады или какой-нибудь подставы.

– Давай я один разведаю, а Вы меня прикроете в случае чего? – вызвался Кузнецов спустя четверть часа наблюдения.

– Ну, я то же самое хотел предложить, но раз ты первый заикнулся, то давай, геройствуй, – согласился Иван и хлопнул приятеля по спине.

Андрей, не скрываясь, пошел вперед. Он неторопливо приблизился к человеку, миролюбиво опустив винтовку стволом вниз:

– Эй, приятель, ты живой?

Услышав речь, незнакомец приподнял голову. Затем неуклюже встал на ноги и медленно хромая поплелся навстречу Кузнецову. Ученый прицелился и почувствовал уже привычный толчок прикладом в плечо. Свалить зомби удалось с первого выстрела, но каннибал еще шевелился. Андрей решил приберечь патроны и добил его ножом. Кузнецов внимательно осмотрел труп: зараженный был одет в армейские камуфляжные штаны и тельняшку-безрукавку с бело-зелеными полосками.

– Опа, а это уже интересно, – парень заметил в траве за деревом лямку рюкзака, – так-так, солдатик, удачно мы тебя встретили.

Кузнецов махнул друзьям, чтобы приближались. Когда они подошли, Андрей показал