Газлайтер - Григорий Володин

книжкой я смогу настроить собственные порталы на манер орнитантов. Благо пространственные стелы Странника у меня уже есть, а устройство местной «норы» я более-менее изучил.

Фолианты бережно кладу в прихваченный ранец. Всё это время Великогорыч смотрит на книги со смесью подозрения и недоверия.

— Что ты собираешься с ними делать, конунг? — хмуро спрашивает тавр.

— Как что? Читать, — вот же странный вопрос.

— А ты умеешь?

— Хм, а ты что ли нет? — Ну вот и обнаружился пробел в воспитании нынешних правителей Тавиринии. Неудивительно, что при всей своей мощи тавры уступили первенство злющим, но умным ликанам, да и не только им. — Знание — это сила, не слышал что ли?

— Это кто так сказал? — Великогорыч задумчиво выдыхает пар из ноздрей.

— Кое-кто очень умный и, следовательно, очень сильный, — отмахиваюсь. — В общем, как закончим с орнитантами, сядешь у меня за букварь.

— Как скажешь, конунг. Надеюсь, я переживу сие испытание, — вздыхает бывший конунг.

Я не сдерживаю усмешки.

— Ты выиграл в десяти кровавых Больмгангах. Уж алфавит как-нибудь одолеешь.

Мы больше не задерживаемся в библиотеке и возвращаемся назад. Прихватываем с собой герцогов и пять книжек из тайника, больше ничего. Когда я проштудирую литературу, то обязательно верну её орнитантам. Нисколько не пожалею о возврате, ведь пернатые к тому времени будут моими подданными, а для своих людей ничего не жалко.

В портальный зал в утробе скалы я возвращаюсь с опаской. И вовсе не потому, что остерегаюсь неожиданной засады в извилистых коридорах. Но кто же эту Веер знает! Вдруг полька вошла во вкус и опять поспорила на какую-то ерунду. Мне и без её ставок хлопот хватает, чесслово.

Но обошлось. Наемница в сторонке о чём-то шушукается с Леной, и эти шепотки не похожи на наставничество мудрой магини, ну да Астрал с ними, лишь бы были заняты.

— Даня, а я сама не смогу пользоваться браслетом Горнорудовых? — тут же подбегает ко мне Светка, теребя стальной обруч на руке. Ну, блин, ни минуты покоя. Ещё и на шею мне вешается, как будто меня не было не час, а неделю.

— Сможешь, когда Камила пробудит в тебе Дар телепата, — обнадёживаю бойкую жену.

— Ого, а это возможно? — сразу загорается она. — А когда это случится?

Думаю, что никогда, но мне же надо её чем-то занять.

— Ой, даже не знаю. А ты с ней пообщайся. Вдруг найдёте решение, — перевожу стрелки, и Светка тут же убегает мучить расспросами брюнетку. Прости, Камилочка, но я тоже не железный, мне иногда требуется отдых от нашей неугомонной блондинки, а потому буду переводить её неумную энергию на тебя, без обид. Мне ведь тоже нелегко — постоянно расширять ваши накопители иногда ой как непросто, но делаю.

— Филин, — в гарнитуре в моём ухе раздаётся голос Дятла. Он со своим отрядом всё ещё охраняет коридор. — Пришёл капитан королевской гвардии. И он… — гвардеец мнется.

— Что? Агрессивен? — настороженно спрашиваю я.

— Да нет, куда там! Бухой он в стельку. И он согласен на капитуляцию.

— Уже? — Хотя чему удивляться? У меня тут в кандалах сидят король с наследником, сильнейший маркиз с дочерью и двое первых герцогов. Давно пора. — Окей, пускай принесут королевскую магическую печать и бланк с гербом.

— Понял, — голос Дятла отдаляется. — Эй, алкаш, неси печать и бланк с гербами! Давай быстрее! А вы, пернатые — уводите своего синяка и проконтролируйте его…

Я же подхожу к Карлану Пятому, сидящему в середине шеренги благородных пленников. Король угрюмо смотрит на меня снизу вверх. Вокруг него пленники сидят в молчаливом ожидании.

— Капитан вашей гвардии объявил капитуляцию, — сообщаю. — А так как другого регента не назначали, то, думаю, он имеет право говорить от имени Авиарии.

— Это прекрасная новость, шевалье! — не преминула воскликнуть маркиза Арисия, проведя рукой по белокурым перьям на голове. — Такому сильному противнику, как вы, и не зазорно проиграть, правда же, Ваше Величество?

— Хорошо, пускай так, — морщится Карлан, даже не глядя на свою будущую сноху. Его лицо по-прежнему угрюмо, но в голосе слышится нота смирения.

Хм, от этой пернатой мадемуазель действительно есть польза. И про библиотеку вспомнила, и короля сейчас подтолкнула сдаваться.

Моё условие, король: ты сохраняешь власть, но становишься моим вассалом, — говорю я, внимательно следя за его реакцией. — Как и вся Авиария.

— Хорошо.

— И мы закрепим соглашение Орлиной грамотой, — усмехаюсь.

Взгляд Карлана становится раздражённым. Конечно же, он до последнего надеялся меня провести. Но я уже покопался у него в голове и знаю все подводные камни. Орлиная грамота с магической печатью позволит мне получить власть над Золотым Драконом, а кто правит Драконом, тот, по сути, правит Авиарией.

— Хорошо, — глухо роняет король.

— Также я заберу с собой заберу как временного заложника принца Вартана.

Король уже ничего не говорит, зато принц начинает ныть под злорадным взглядом своей невесты:

— Папа! Я не хочу с ним идти!

К чему реветь, интересно? Ты же вроде как мужик, хоть и с попугайскими перьями. К тому же ничего нытьём не исправишь, да и со мной принц будет в безопасности от своей возлюбленной… хотел бы я так сказать, но её тоже придётся взять в заложники. Чтобы маркиз де Блан был как шёлковый.

— Наверное, принц, вы не хотите расставаться с невестой? — спрашиваю. — Тогда не волнуйтесь. Мадмуазель Арисия тоже отправится с нами.

— Что! Нет! — вскрикивает маркиз де Блан.

— Да, папочка! — радостно восклицает мадмуазель, хотя чему она радуется, я не очень понял. Вернее — совсем не понял. А читать мысли как-то лень. — Не волнуйся! Всё будет хорошо!

— Дочь, что же тут хорошего⁈ — не понимает маркиз.

— Всё, папочка, всё! — орнитантка горячо убеждает родителя, а тот сокрушённо качает головой, видимо, посчитав, что она сошла с ума. Я тоже заподозрил у пернатой девицы некое психическое отклонение. В моём мире это называлось Стокгольмским синдромом. Впрочем, ничего серьёзного.

Вскоре возвращается делегация капитана с письменными принадлежностями, и мы с королём быстро подписываем Орлиную грамоту. И на этом орнитантскую эпопею можно считать завершённой. Все пленники освобождаются, а моё войско с заложниками уходит в портал. Вернувшись в Японию, я спешу в ангар