Резонанс 1-11 - Павел Николаевич Корнев

— Погодите! Нас ведь официально в Зимск перебросили! — усомнился я в доводах куратора. — В бумагах следы останутся!

— Именно так, — с недоброй усмешкой подтвердил Георгий Иванович. — Вы совместно с моими оперативниками выпотрошите Зимский губернский банк, примете экспроприированные ценности и сопроводите их в Новинск. Это если официально.

Я озадаченно хмыкнул.

— Экспроприация — это ведь…

— Безвозмездное изъятие чужой собственности, — за меня продолжил Герасим.

Городец ухмыльнулся.

— Всё так. Изымаем деньги у неблагонадёжной публики, замеченной в связях с мятежниками для пресечения финансирования монархистов.

— По декрету о безопасности республики? — предположил я.

— По нему, — подтвердил Городец и зашелестел картой. — Опергруппа выдвинется в банк с аэродрома, вашей команде выделят бронированный автомобиль инкассаторов. Вы будете в нём. Опять же — официально.

— А на деле? — поинтересовался я.

— Не беги впереди паровоза! — потребовал Георгий Иванович. — Вот, глядите! — Он посветил на карту фонариком. — Банк расположен по адресу Тополиная, дом семь. Вам нужно будет присоединиться к остальным не позднее четырёх часов утра. Я вас встречу на месте. Для бойцов особого дивизиона и штурмового взвода комендатуры работать в масках — обычное дело, удивления это не вызовет. Первое время вас будут изображать два моих опера, потом подменитесь.

Герасим пригляделся к карте и произнёс, буквально сняв вопрос у меня с языка:

— Это всё замечательно, конечно, но что именно нам придётся делать?

— Прежде чем мы взяли под контроль Общество изучения сверхэнергии, исполняющий обязанности директора распорядился уничтожить документацию по их наиболее перспективным исследованиям. Вместо этого ответственный за исполнение приказа сотрудник вывез её в Зимск для дальнейшей переправки за границу. Об этом узнали мы, об этом уже пронюхали и в местном отделении республиканского комиссариата.

— И почему его ещё не взяли вы или они? — удивился я.

— Им ещё не удалось его отыскать, а у нас нет полномочий действовать самостоятельно.

— А скооперироваться ради общего дела? — хмыкнул Герасим.

Георгий Иванович встопорщил усы.

— Ведущую скрипку в этом случае станет играть комиссариат, на пользу общему делу это точно не пойдёт. Не уверен, что у нас найдётся что предложить им в обмен за доступ к документации Общества.

— А разве весь смысл не в предотвращении её вывоза за рубеж? — спросил Герасим и не удержался от презрительной ухмылки. — Хотя какие у них там могли быть исследования, право слово!

— В этом и вопрос, — хмуро глянул в ответ Городец. — Узнаем, как далеко и в каких областях Обществу удалось продвинуться, сможем выявить каналы утечки информации из РИИФС. В противном случае выход на внедрённую к нам агентуру получит РИК.

Я уже даже рот открыл, намереваясь заявить, что с этим вполне сможет помочь Горский, но вовремя припомнил наказ Альберта Павловича и прикусил язык. Опять же старикан отвечал за безопасность и контрразведку, имена всех тайных осведомителей он мог и не знать. Или не помнить. Или упустить кого-то, сохранив агента на будущее. А его архив наверняка был уничтожен в первую очередь. И опять же — ещё неизвестно, какую сделку заключили с Леонтием Игнатьевичем. А ну как он и вовсе уже отбыл вслед за своими подопечными в Ридзин?

Неспроста же мне велели забыть, при каких обстоятельствах я видел его в последний раз. Точно неспроста!

Герасим засопел, напряжённо обдумывая услышанное, затем спросил:

— Надо понимать, мне придётся на месте оценивать подлинность материалов?

— Именно.

— А сам беглец? — уточнил я. — С ним что делать?

— В идеале он вас вообще увидеть не должен, — заявил Городец. — Ни он, ни кто-либо ещё. Но если что-то пойдёт не так — берёте живым и только живым.

Я досадливо поморщился.

— С собой его тащить? А транспорт у нас будет?

— Какой ещё тебе транспорт? — фыркнул Георгий Иванович. — Комендантский час в городе! Ножками, ножками! А клиента свяжете и оставите на квартире. Мы на неё анонимную наводку риковцам дадим. Вот держите… — И, предвосхищая наши вопросы, куратор протянул Герасиму небольшой футляр. — При необходимости воспользуйтесь блокиратором, но это только в самом крайнем случае, лучше просто усыпите его хлороформом. И не наследите там! Работайте в перчатках!

Дальше начался инструктаж. Как оказалось, беглец из Новинска залёг на дно в том же районе, где располагалось хранилище Зимского губернского банка, пешком от одного адреса до другого идти было от силы минут десять. Городец дал нам ознакомиться со сделанными с разных ракурсов снимками двухэтажного барака, подходов к нему и соседних переулков, а помимо карты продемонстрировал ещё и материалы аэрофотосъёмки.

— И о соседях не забывайте — объект снял комнату в коммуналке.

Мы обговорили пути отхода и варианты экстренной эвакуации на случай непредвиденных ситуаций, условились о точке рандеву неподалёку от банка и сверили часы, после чего убрали автоматы в багажник и переоделись в поношенную гражданскую одежду. Каждому досталось по брюкам, свитеру грубой вязки и короткой куртке, а вот обувь и перчатки в отличие от прыжковых костюмов менять не пришлось. Оставили при себе и лыжные шапочки, а пистолеты и магазины рассовали по карманам.

— Всё, ехать пора! — поторопил нас Городец.

Евгений Вихрь уселся за руль и завёл двигатель, вездеход рыкнул двигателем и как-то очень уж нехотя тронулся с места, начал переваливаться на ямах и кочках. Когда вывернули из леса на трассу, машина пошла немногим плавней, но и так, пока ехали до города, помотало нас на разбитой колёсами грузовиков дороге преизрядно.

Впрочем, именно что до города нас не довезли. Минут через десять вездеход остановился, и Городец указал на небольшую рощицу.

— Как пройдёте, предместья начнутся.

— А нельзя нас до адреса доставить? — озадачился Герасим.

— Мы в город не поедем, — ответил Георгий Иванович. — Развернёмся и на аэродром махнём, алиби себе обеспечивать. Не бойтесь, не заблудитесь! Только с патрулями аккуратней. Ночью всякое бывает.

— Разберёмся, — пробурчал я и позвал напарника: — Идём!

Мы спустились в кювет, выбрались из него и двинулись к деревьям, а вездеход под рык движка развернулся и укатил в обратном направлении. Я ослабил заземление и прислушался к собственным ощущениям, но энергетический фон оставался стабильным, никаких аномалий и возмущений уловить не удалось.

Едва ли операторов отправят патрулировать окраины отнюдь не самого маленького города в республике, но всё же я решил подобными проверками не пренебрегать и впредь. Пусть куда большую опасность для нас и представляли пикеты ополчения, комендантские патрули и чрезмерно бдительные граждане, но оторваться от них всё же будет несказанно проще, нежели от коллег.

Рощица оказалась совсем небольшой, и Городец