И пришел Лесник! 25 - Василий Лазарев

никто не трогал. О нас просто забыли все сразу. Яутжа ни разу не пролетели, нолды вообще куда-то пропали. Не знаю кому воздать похвалу за такое везение. Не иначе Ктулху приложил сюда свои длинные щупальца! По словам папаши Каца, я снова как молодой огурец. Крепкий и зелёный, почему зелёный я не понял. Кто их знает этих знахарей, особенно таких, которые хлещут как не в себя. И что самое интересное, они не спиваются при этом. Улей не даёт, казалось всё, белочка пришла и не одна, а с целым зоопарком. И тут на тебе на утро, ты опять здоров, аж зло берёт. Так долго добивался результата. Это всё лирика, Изя тем временем отрастил себя руку, а я миокард. Или наоборот? И мы решились на вылазку. Нужно было заканчивать с этими дурацкими шутками ксеноформов. Пока я валялся, нашли ещё троих. Двое успели вылупиться, но их удалось накрыть пока они не окрепли. Хотя «зрелости» они достигли часа за три. Затем начинали жрать всё подряд. Шторм с Афродитой всех тщательно пересчитали и пришли к выводу, что пятерых можно записывать как пропавших без вести. Так или иначе кто-то видел, как погиб человек. Исчез в пасти червя или даже его растворила кровь ксеноформа, но свидетели были всегда. Судьбу пропавших же никто не знал.

Оголять базу на этот раз мы побоялись. Все челноки загнали в подземный ангар. Лиана успела обучить двух девчонок азам пилотирования нолдовских челноков и приклеила бумажки к кнопкам на русском языке. Так что в крайнем случае они смогут взлететь и дать отпор помогая крепости обороняться. Ремонт, перезарядка, обеспечение энергией, эти задачи лежали на плечах роботов. За время передышки мы успели восстановить потенциал базы и теперь снова могли отразить нападение. Выжившие устроились на минус третьем и четвёртых этажах. Роботы наделали перегородок и создали удобства непосредственно в отсеках или квартирах, как их стали называть.

— К нам делегация, Жень. Ты бы оделся, — Лиана потянулась и встала с постели абсолютной голой. Я залюбовался её фигурой. Вчера вечером мы проверяли моё сердце, и оно выдержало суровую проверку Лианой. Рыжая погоняла меня во всех режимах и пришла к выводу, что я симулянт и лентяй. На сегодня же было назначено совещание. Как жить дальше и кого надо пристрелить за всё хорошее, что с нами произошло.

— А ты?

— Я уже, — она накинула халат и прошла в ванную комнату. Ровно через три минуты она вышла одетой, причёсанной и сверкая белоснежной улыбкой.

— Ты прекрасна, любовь моя, — с обожанием я пожирал её глазами.

— Ну наконец-то родил, а то вчера ночью ты что-то мычал, но я так и не расслышала. Подъём, командир, гости будут здесь через пять минут.

Ровно через пять минут к нам в жилище ввалились несколько человек. Изя с Соней, Шторм с Афродитой и Арес, он оставил свою подругу дома и пришёл один.

— Оклемался? — Соня почему-то спросила Лиану.

— О, да. Я уж думала, что поменяюсь с ним местами. Симулянт. Папаша, а ты никак клешню себя отрастил? Соня, ты уже следи за ним, пусть не суёт куда не надо свои лапы.

— Обидно такое слышать на самом деле! Сами оторвали… — он злобно зыркнул на меня.

— Оторвали Изе лапку, — рассмеялась Афродита, — всё равно его не брошу, потому что он хороший.

— Командир, мысли есть, что дальше делать будем? — спросил гигант сев в скрипнувшее под его весом кресло.

— Будем жить, — ответил я философски. — Но конкретно мы всемером отправимся искать подходы к пирамиде Королевы. Я не хочу дождаться Ктулху с двумя пастями. Последнее чудовище выбило меня из колеи. Ладно большой, ладно зубастый, но плеваться крабами просто западло!

— Я тоже самое сказал, — раздулся папаша Кац. — Крайне отвратительный поступок с его стороны. Хорошо, что он взорвался.

— Да, это здорово. Броневичок наш, я проверил, — сказал Арес. — Странно, но вы никогда не пользовались маскировкой. Почему?

— Объясни, — удивлённо уставилась на него Лиана.

— У него есть блок маскировки, так называемая мимикрия. Он может принимать окрас любой местности, вплоть до полного растворения на фоне её. Я его активировал. Вы, наверное, просто о нём не знали.

— На этой модели не знали, — мы думали, что маскировку нолды сто лет назад на машины ещё не ставили. Оказались, что сами дураки.

— Это обстоятельство значительно упростит нам миссию, — согласилась Соня.

— Тогда прямиком в Дубраву. Сбор около машинки через час. Полностью загрузить все необходимым, заправить… — я запутался, пытаясь, вспомнить разве мы его заправляли когда-нибудь.

— Он на атомной батарее, — скромно напомнил Арес.

— Ну да, батарейки поменяй или чего там надо сделать. Мне необходимо выпить… живчику, — вспомнил я чего мне не хватало.

— Кстати! — оживился папаша Кац. — У меня есть новый рецепт живчика, закачаетесь.

— Главное не упадите, — хохотнула Лиана, — Жень, я пойду с оружием разберусь. Надо загрузить бочку газа на всякий случай.

Через час мы выехали из южных ворот и сразу же включили маскировку. Отличная вещь, как оказалось, броневик тут же слился с дорогой. На земле вблизи нас ещё можно было заметить, а с воздуха, боюсь, что нет. Проехав до развилки, мы повернули налево к Дубраве и остановились на месте исчезновения Пенелопы. Радар ничего не показал, но мы уже знали, что яутжа под своей маскировкой на радаре не отображаются. Арес каким-то образом прокачал радар и сейчас его возможности значительно возросли. Радиус действия увеличился с двадцати километров до сорока. Самым краем мы сейчас цепляли четыре пирамиды стоявших квадратом. Вокруг них радар показывал движение. Множество точек сновало в непосредственной близости от квадрата. Это были яутжа, но мы туда не собирались. Наша цель находилась левее и ближе к противоположной границе стаба. Лиана погнала броневик дальше. Вскоре четыре пирамиды пропали, а их сменили первые две. В одной из них находилась Королева. В пяти километрах ближе к нам радар обнаружил две одинокие точки, но определённо сказать кто это, он не мог. По Дубраве вполне могли разгуливать пара заражённых, но судя по их медленному перемещению скорее всего мы увидели яутжа. Ещё какое-то непонятное пятно обнаружили в лесу ближе к дороге, но радар его так и не идентифицировал.

— У меня руки чешутся поймать их, — признался я. —