Клинер на полную ставку - Гобоз

— И что ты выбрал?

Антон посмотрел на меня так презрительно, что мне захотелось извиниться.

— Сколько девушек ты видел? — прервал я тишину.

— Порядка шести, темно было. Я не уверен. И я сочувствую им. Их вождь использует по две в день и судя по тому сколько я здесь торчу сейчас он должен… — он почесал затылок и продолжил. — В общем последнюю если ему не пополняют запасы, а их точно пополняют.

— Да. Судя по следам.

— Эххх. Жалко девчонок, если бы я не спалился, возможно, удалось бы накрыть их раньше и спасти хоть кого-то.

— А от кого ты прячешься? От гоблинов?

Антон опустил взгляд и виновато сказал:

— Да хуй его знает. Я это никогда не видел, только слышал, но оно меня никогда не трогало. Только гоблинов. Уносило их во тьму. Туда. — закончил он и указал пальцем в направление за моей спиной.

Я обернулся и впервые услышал плачь и одновременно мотив странной мелодии.

— Что это такое?

— Всё время так, плачут девушки и поют, а потом перестают и… Ну пойдешь дальше и сам всё услышишь. А я останусь тут и буду надеяться, что ты выживешь. — сказал рядовой, подойдя ко мне и посмотрел в сторону откуда доносился плач.

— Кстати, а нафига ты прячешься если за тобой оно не охотится?

— Иногда гоблины сбегают, и чтобы не мешать им в попытках выжить, я раздобыл эту ткань. Камуфляж типа.

Антон договорил и снова надев ткань уселся в углубление стены и захрапел.

— Просто апогей спокойствия и невозмутимости. — сказал я и продолжил свой путь во тьму.

Я шел вдоль тёмного коридора на звуки плача, которые усиливались с каждым моим шагом. По пути я стал замечать различные оторванные части тел гоблинов, пока не уперся в костяную дверь. По первому взгляду было видно, что это не декор, а настоящие кости, скрепленные какой-то жижей и судя по размерам гоблинские. Явно.

Пока я ощупывал странную и ужасающую конструкцию, мелодичный плач прекратился. И вскоре сменился более знакомыми для меня звуками.

Хлюпающими ритмичными сопровождаемые хрипами удовольствия и похоти, которые походили на те которые звучат в хаотичном и смешанным гулом на площади проведения оргии.

Я надавил на конструкцию, и она без особого сопротивления развалилась. То, что я узрел после. Та картина, навсегда оставившая след в моём сознании, яростно убеждала мой разум в том, что я медленно начал сходить с ума. В огнях многочисленных свечей, огромной сросшейся мешаниной полупрозрачного мяса, состоящей из многочисленных образов женских тел, словно груда щебня. Извивалась в непристойных позах отдельными частями своего туловища двигаясь в такт гоблинских тел, которые яростно будто под гипнозом, не осознавая ситуации насиловали выпирающие интимные части тел этой самой туши.

Я упал на колени, не отдавая себе отчета в том, на что смотрят мои глаза. Я очень хотел отвернуться, но моё тело не слушалось. Чем дольше я на это смотрел, тем больше моё сознание кричало мне — "Отвернись".

В момент, когда один из гоблинов победно закончил свои мытарства и развалился на полупрозрачной тушу чудовища, погружаясь в экстаз. Так в этот же самый момент из-за стен со всех сторон начали вылетать призраки изуродованных девушек и хватая гоблинов одного за другим перегрызали им глотки скидывая с высоты об пол. Их тела падали вниз и даже тем, кто ещё не успевал умереть — сложно было позавидовать. Ведь пол, на который они падали, был усеян множеством костей, которые при соприкосновении с упавшими телами гоблинов без усилий протыкали их тела насквозь. Не оставляя и шанса.

Когда как мне показалось, последний гоблин испустил свой дух в агонии захлебываясь собственной кровью — призраки девушек успокоились и принялись спокойно летать по помещению кружа вокруг друг друга напевая ту же мелодию своим плачем.

Я ещё долго сидел, пытаясь не просто переварить увиденное, а хотя бы вернуть себе контроль над телом, которое и без того всё дрожало и отказывалось меня слушаться.

Спустя время мне удалось пошевелить ногой, но я не смог полностью подчинить её и грохнулся вперёд на рядом лежащее тело гоблина. Я упал свои лицом прямо на его живот. И когда это случилось тот очень сильно заверещал, вцепившись в мои волосы руками, но ненадолго. В его глотку вцепилась одна из пролетавших рядом призраков, обрывая его жалкую жизнь уже гарантированно.

Я еле заставил своё тело подняться на ноги. Шея не слушалась меня. Но вскоре мне удалось и поднять голову. Открыв глаза, я замер. Передо мной была одна из них. Полупрозрачная девушка с невозмутимым лицом. Она смотрела мне в глаза и не делала никаких движений. Я тоже не рисковал…

Остальные призраки тоже устремились ко мне.

Та которая смотрела прямо на меня — открыла рот и запела уже знакомую мелодию, больше походившую на колыбель. Но в этот раз без плача. Остальные же призраки девушек летали вокруг нас исполняя поистине самый красивый танец из тех которые мне доводилось лицезреть. Я одновременно был заворожен и вместе с эти испытывал грусть. В этот раз не было никаких пошлых движений. Они просто и невинно кружи вокруг нас.

Когда та, что ближе перестала петь. Все призраки вокруг устремились в направлении единственного прохода за исключением того из которого я пришел и растворились во тьме. Оставалась только она. Положив свои руки на мои плечи, она улыбнулась и вытянувшись вперёд прильнула к моим губам.

Поцелуй был холодный. Обжигая мои губы ледяным прикосновением, она словно передавала образы в мою голову. Наши души слились воедино, и я видел её мысли. Точнее воспоминания. От самых счастливых событий из жизни всех этих девушек. Улыбающихся лиц незнакомых мне людей. Но я чувствовал их сердцем, то, что чувствуют по отношению к родителям. Всё было очень просто и легко. Это были их родители, их друзья, любовь… И в то же время один за другим стали мелькать образы жестоких сцен с гоблинами,