Фантастика 2026-95 - Павел Шимуро

выхватить удивление на моём лице, но я был непоколебимо спокоен. Во-первых, потому что я умею держать лицо в любых ситуациях, а во-вторых, потому что для меня эта новость не была неожиданностью. Удивлением было лишь то, что я, владелец собственного новостного издания, не узнал об этом первым.

— Даня, это что, правда? — подошла ко мне мама.

Она смотрела на меня в ожидании ответа, сама не замечая как теребит пуговицу на манжете кофты.

— Давай дождёмся официальной бумаги и не будем поддаваться на провокации журналистов, — спокойно сказал я, убирая её руку с несчастной пуговицы.

— Но если ты… — продолжила она, но я аккуратно прервал её:

— То куплю праздничный тортик. Сегодня день твоего триумфа и давай не будем переключать фокус внимания ни на что другое.

Николай, дающий короткое интервью касательно планов по открытию полноценной сети, помахал ей рукой, призывая вернуться обратно к журналистам.

Стоя в стороне от основной массы людей, я молча наслаждался происходящим сегодня мероприятием. Задумка с передачей прав на развитие сети цветочных наследнику Морозовых пока оправдывала себя на все сто.

Николай, как я и предполагал, был полон энтузиазма и решимости доказать отцу свои таланты управленца. Он пустил всю свою энергию и финансовые возможности в дело, за две недели открыв уже третий цветочный. На этот раз в самом центре города. Его амбиции и привитая с детства тяга к размаху привела к тому, что за ближайшие полгода по его бизнес-плану наша сеть должна стать крупнейшей в городе.

— Впечатляющий успех, — раздался рядом знакомый голос. — Полагаю, тут также есть ваш вклад?

— Рад вас видеть, Георгий Сергеевич, — искренне улыбнулся я неожиданному гостю на этом мероприятии. — Вклад мой действительно присутствует. Скромные пятьдесят процентов бизнеса.

Граф Никитин был безупречен. Он стоял в строгом сером костюме, держа в руках огромный букет белых лилий.

— Иван будет крайне зол, когда узнает, где я приобрёл цветы на день рождения его супруги, — озорно хохотнул он.

— Риск — ваше второе имя, — улыбнулся я.

— Ну, какой я бессмертный лис пустыни, если меня сможет поколотить пожилой купец, — рассмеялся Никитин.

— Вот эта тоже пожалуй останется между нами, — усмехнулся я.

Мы немного помолчали. Было видно, что граф пришёл сюда специально, чтобы увидеться со мной.

— Порой мне не хватает твоей компании, Даниил, — покачал он головой. — Жаль, что между вами с Иваном встала работа. И хоть он теперь мой родственник, но признаться по правде я порадовался, когда узнал как ловко ты смог утихомирить его, поставив старшего наследника Морозова во главе цветочного, который Васнецов вздумал уничтожить.

— Спасибо, мне очень ценно слышать от вас эти слова, — благодарно принял я похвалу.

— И заметь, Морозов-младший неплохо справляется, — Никитин указал жестом на толпу аристократов, пришедших на мероприятие в честь открытия нового цветочного.

— У него отцовская хватка, — согласился я.

— Жаль не твоя, — подмигнул он и направился к выходу, а затем как бы невзначай повернулся и бросил: — И кстати, поздравляю тебя с титулом барона. В высших кругах об этом только и говорят.

Посмотрев на Никитина, выходящего с великолепными цветами, я подошёл к флористу и попросил собрать мне большой букет белоснежных лилий. Взяв в придачу элегантную вазу я, под удивлённые взгляды мамы и Морозова, поехал дальше по своим делам.

* * *

Офис агентства «Уваров и Распутина»

— Это для Алисы Сергеевны? — с детским любопытством спросила брюнетка, стоящая за стойкой ресепшн, а затем виновато осеклась.

— Тут есть и ваши, — улыбнулся я и, отделив треть огромного букета, вручил шокированной и смущённой девушке.

— Спасибо, — запоздало раздалось у меня за спиной, когда я пошёл дальше.

Зайдя в кабинет Распутиной, я не нашёл там Алисы и по хозяйски поставил вазу на столик с кофемашиной, налив туда воды из большого графина с водой, стоящего у неё на столе. Зная, что Алиса очень много кичится тем, что питьевую воду ей привозят прямиком из Кисловодских родников, я с особым наслаждением перелил весь графин до последней капли в вазу и поставил в неё огромную охапку лилий.

Воздух мгновенно пропитался ярчайшим запахом.

— О, привет, ты уже тут, — ворвалось в кабинет алое пламы.

Скинув на ходу сумку, она с горящими глазами заявила:

— Представляешь, у брюнетки с ресепшн кто-то похоже появился! Сейчас сидит там с букетом лилий и в облаках витает. Я мимо прошла, так она меня даже не заметила.

— Да уж, это же надо, тебя то и не заметить, — усмехнулся я, косясь на огромный букет у неё за спиной.

— Алиса Сергеевна, там… — заглянула в кабинет та самая девушка и осеклась.

— Всё, бежим, — мгновенно отреагировала Распутина и, схватив меня под руку, уверенно повела в переговорку.

Зайдя в огромное помещение с длинным столом, на котором возвышалась просто колоссальных размеров белоснежная коробка, перевязанная синим бантом, я удивлённо посмотрел на Алису, стоящую рядом. Она просто светилась и её распирало от нетерпения.

— Ну же, открывай скорее, не томи, — легонько подтолкнула она меня под взорами собравшихся работников, которые явно были в курсе происходящего.

— День рождения у меня не скоро, — нахмурился я.

— Уваров, давай уже открывай, хватит в благородство играть, — топнула каблучком она.

Пожав плечами, я подошёл и дёрнул за край здоровенного банта. Тот, кто делал этот подарок явно страдал гигантоманией.

Едва я успел это сделать, как метровые картонные стенки распались на все четыре стороны и раздался оглушительный хлопок. Из коробки вырвалось голубое облако конфетти и серпантина, заполнив пространство комнаты.

— Возьми же меня скорее! — раздался громогласный голос и из голубого облака на меня выпрыгнул человек в огромном карнавальном костюме голубой книги.

— Матерь божья, что это? — вырвалось у меня.

— Это голубой паспорт, наконец-то он твой! Поздравляю! — воскликнула Алиса и радостно захлопала. К ней присоединились все остальные работники.

— Распутина, ты с ума сошла? — с трудом угомонив смех, спросил я.

Пока я хохотал, этот чудик, похожий на синего Спанч-Боба, достал откуда-то торт, выполненный также в виде голубого аристократического паспорта и принялся разрезать, раздавая довольным сотрудникам.

Всё это мне напомнило какую-то гендер-пати безумного шляпника.

— Здорово придумала, правда? — восхищённая происходящим, спросила Алиса.

— Придумала-то ты здорово, вот только рановато, — утирая слезы смеха, сказал я.

— В смысле рано? Уже всё высшее общество говорит об этом. Событие эпохальное. Даже отец говорил об этом за завтраком, — нахмурилась Алиса.

— Слухи о моём титуле сильно преувеличены, потому как эти слухи пустил я, — подмигнул ей, беря кусочек торта и направляясь обратно в её кабинет.

— Кому ты рассказываешь, об этом тоже уже половина высшего света знает, — отмахнулась она, а затем её