Фантастика 2026-95 - Павел Шимуро

на моей ладони был написан короткий приказ на испанском. Я не мог довериться случаю и поэтому незаметно приказал одному из игроков завязать шнурки десять раз за матч. Именно поэтому мне нужно было какое-то безобидное условие спора, чтобы мой приказ не нарушал ход матча, не влиял на результат и был незаметен.

— Поздравляю. Вы, русские, умеете рисковать, — протянул мне свой защитный амулет Джеймс, когда игрок Барселоны вновь принялся поправлять шнурки на семидесятой минуте.

— Мы умеем побеждать, — улыбнулся я, кладя редкий артефакт в свой карман. — А теперь давайте насладимся игрой и поддержим Арсенал. Им осталось отыграть всего один мяч.

Сказав это, я по-дружески хлопнул его по плечу и протянул бокал с виски.

Ну а дальше мне уже не составило никакого труда отдать приказ агенту, оставшемуся без магической защиты. Так что после матча, он покорно проследовал с нами в ближайший шумный паб, где под прикрытием толпы фанатов, мы провели подробный и тщательный допрос Джеймса.

— В следующий раз отдавай приказ не просто отвечать правдиво на каждый наш вопрос, но и не задавать своих вопросов, — заплетающимся языком сказал пошатывающийся Мечников, когда мы вышли из паба.

— Может ещё и чтобы не предлагали выпить за Челси после каждого вопроса? — улыбнулся я, смотря на перебравшего с пивом лекаря.

— Даниил, ты бы тоже мог расслабиться и отдохнуть, — махнул он рукой. — В конце-концов это у тебя праздник, а не у меня.

— Сегодня праздник явно был у вас, — рассмеялся я, помогая ему сесть в подъехавший лондонский кэб.

Было забавно наблюдать за Мечниковым, который наконец-то смог расслабиться и как следует отдохнуть.

Всю поездку до аэропорта он без умолку болтал о том, как ему полюбился футбол и какой Хвалынский смелый и отважный мужчина, что решился пойти против Юсупова, бросить всё и исполнить свою мечту — купить целый футбольный клуб.

— Будь я хоть таким же храбрым, то поехал бы к Вере прямо сейчас и во всём признался, — с тоской закончил Мечников, вздохнув и уставившись в окно.

Глава 21

Весь перелёт обратно в Петербург я не смыкая глаз размышлял над тем, что узнал во время этой короткой, но невероятно яркой поездки. Вот уж действительно «приключение на двадцать минут».

Но к моему собственному удивлению, больше всего меня занимали вопросы, совершенно не связанный с творящимся государственным заговором.

Неужели у Мечникова остались чувства к моей маме? А что думает она? Почему тогда, в молодости, она сбежала?

Закончились мои размышления тем, что я решил непременно устроить из встречу, чтобы раз и навсегда поставить точку в этом вопросе. В конце-концов, если Мечников действительно так трепетно относится к маме, как говорило его подвыпившее альтер эго, то он способен стать тем самым надёжным и сильным мужчиной, которому я смогу доверить её.

Приземлившись в Петербурге ранним утром, я не позволил лекарю сесть за руль, учитывая его вчерашние возлияния с агентом английских спецслужб.

— Даниил, мне право очень неудобно о таком просить, но не мог бы ты освежить в моей памяти детали вчерашнего разговора с Джеймсом? У меня в голове россыпь фактов, что я слышал вчера, но есть сомнения в их… кхм… достоверности, — виновато улыбнулся Мечников.

Я не сдержал улыбки, потому что уже давно ожидал этого вопроса. Вместо ответа, я достал телефон и включил аудиозапись.

— Ты записал весь вчерашний вечер? — поразился он, когда услышал голос английского агента.

— Само собой, — кивнул я. — Информация слишком важная, чтобы полагаться на нашу память и личное восприятие.

— Золотые слова, — усмехнулся Мечников. — Вот бы ты мне их вчера сказал.

Говорить о том, что вчера я не раз предупреждал его о последствиях, мне не хотелось. Уж больно приятно было видеть веселящегося и отдыхающего лекаря, который по ощущениям впервые за долгое время позволил себе расслабиться.

Тем временем, на записи Джеймс отвечал на мои вопросы:

— Это моё оружие. Я оставил его после поездки в Российскую империю.

— Ты приезжал в нашу страну? — раздался уже осоловевший голос Мечникова. — Зачем?

— Да, два месяца назад. Мы помогали с планированием и подготовкой убийства вашего аристократа, — ответил англичанин.

— Карамзина? Вы работали с Волком? — уточнил я.

— Кто был целью я не знаю. Про некого Волка я слышал, но мы работали не с ним. Хотя у некоторых людей были татуировки с волчьей головой, — покорно отвечал Джеймс, правда, помимо ответов на мои вопросы, он не отказывал себе в приятных вещах.

В этот момент сидящий на пассажирском сидении Мечников схватил мой телефон и начал спешно проматывать запись.

На моём лице появилась улыбка. Похоже, он прекрасно помнит что сейчас произойдёт. Мечников пытался пропустить момент на записи, где они с английским агентом начали петь гимн футбольного клуба Челси. Причём они выпили уже достаточно, чтобы не обращать внимания на то, что Всеволод Игоревич совершенно не знает слов.

— Дальше не было ничего полезного, — подсказал я, чтобы он не тратил время. — Оружие Джеймс оставил, кто организовал его приезд сюда не знает, но это был не Волк. Австрийцев среди заговорщиков не было, но оружие австрийское было. Приезд сюда был неофициальный. В цели всего этого его не посвятили.

В машине повисла пауза. Был слышен только размеренный гул двигателя и шум колёс.

— Даниил, в первую очередь я прошу тебя уничтожить эту запись, — строго сказал Мечников.

При этом он заметно покраснел, понимая, какие ещё глупости он там наговорил.

— Даю вам слово аристократа, что все услышанное и увиденное вчера не выйдет за пределы этой машины, — кивнул я.

Было в этом нечто особенное и приятное. Это моё первое «слово аристократа» и он может не сомневаться, что я его сдержу.

Благодарно приняв моё обещание, Мечников полностью переключился на обсуждение полученной информации:

— Получается, что люди Волка работали против своего хозяина уже тогда. Но зачем им всё это? Зачем англичанам помогать? Джеймс получается делает это без ведома своего правительства

— Как раз нет, — покачал я головой. — Он спокойно оставил оружие тут, хотя знает что ведётся учёт, значит не опасается последствий со стороны своего руководства.

— А зачем это английским спецслужбам? — нахмурился Мечников.

— Есть у меня одно предположение, но лучше бы я ошибся, — тихо произнёс я.

Во все времена, во всех мирах есть одна истина — англичане всегда себе на уме и им нельзя доверять. А если они убеждают вас, что вы союзники, то стоит быть вдвойне осторожными. Они никогда не допустят даже мысли о том, чтобы признать кого-то выше, значимее, богаче себя. А есть