Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

это признавала. Сантарийские юноши смотрели на молодых валлонок не без удовольствия. А в соседней Лаутаме, где было много валлонских поселений, браки между детьми воды и детьми земли уже стали обычным делом.

– С ума сошли! – возмущалась Зана. – Только идиотам могут нравиться эти белёсые дылды.

– Почему? – удивилась Гинта. – Ведь нравятся же валлонам наши девушки.

С этим Зана спорить не стала.

– А разве ты не выбегаешь во двор, когда по деревне проезжают валлонские воины? – поддела сестру Мина

– Ну, парни у них и правда ничего, – авторитетно заявила Зана. – Мужчинам идёт высокий рост. А что хорошего, когда жена выше мужа? Ихние девицы просто неуклюжие оглобли! И одеться как следует не умеют.

Сантарийки предпочитали платьям юбки и жилеты, оставляющие открытыми их гибкие, изящные торсы. Причём жилеты обычно не столько закрывали, сколько просто поддерживали грудь. Что больше всего поражало валлонских мужчин в сантарийках, так это сочетание высоких, пышных бюстов с восхитительно тонкими талиями. Несмотря на то, что дети земли как правило не могли похвастаться высоким ростом, они почти все были длинноноги, а походка сантарийских женщин отличалась такой грацией, что многие валлонки действительно казались рядом с ними неуклюжими. Впрочем, сыновья земли тоже не зря заглядывались на высоких пепельноволосых красавиц с нежной матово-белой кожей и ясными, прозрачными глазами. Гинта не раз слышала, что дети от смешанных браков как правило красивы, здоровы и среди них много способных к таннуму. Может, как раз в них-то и достигнуто равновесие стихий, о котором мечтали боги, когда создавали человека…

В Ингамарне до сих пор строго следовали древним обычаям, новые веяния сюда проникали редко, да и валлонов здесь почти не было. Боялись они этого края – его непроходимых лесов, диких зверей и колдунов. Построили, правда, святилище своего бога в Мандаваре, но большинство местных жителей обходили его стороной. В Ингамарне, как и сто сорок лет назад, молились своим богам, а в храм Живого Бога только из любопытства заглядывали. Каждый раз, встречая валлонов, Гинта удивлялась – зачем они так много на себя надевают? Сантарийцы предпочитали минимум одежды. В жару мальчишки, юноши и даже взрослые мужчины обычно ограничивались набедренными повязками, а девочки и молоденькие девушки надевали ещё и юбки, чаще всего короткие. Женщины и девушки постарше тоже не стеснялись ходить в коротком, но как правило с возрастом длина юбки увеличивалась. Фасонов было столько, что и не перечесть, но сантарийки предпочитали юбки, которые держатся не на талии, а на бёдрах, обожали кокетливые разрезы по бокам и всевозможные оборки, красиво разлетающиеся при ходьбе. В последнее время вошли в моду юбки с неровным подолом – сзади и спереди длиннее, чем с боков. Жилеты носили и маленькие девочки, и женщины, но вообще-то сантарийки не считали обязательным закрывать грудь. Так что даже многие замужние женщины ходили в одних юбках, украсив шею и грудь лишь бусами. Украшения – бусы, браслеты, кольца, серьги – в Сантаре носили все: и мужчины, и женщины, и дети. У сантарийцев не было такого подчёркнутого противопоставления мужской и женской моды, как у валлонов. Мужчины тоже иногда носили жилеты, правда, несколько иного покроя, чем у женщин. Если не было жары, и те, и другие иногда поддевали под жилеты тонкие рубашки. Конечно, штаны были преимущественно мужской одеждой, но женщины ради удобства тоже иногда их надевали – например, в лес или для верховой езды. А в холодный сезон разницы между мужской и женской одеждой практически не существовало. Все носили длинные меховые штаны, сапоги и куртки. Гинта слышала, что валлонки до самого последнего времени вообще не признавали такую одежду, как штаны, и даже верхом ездили в длинных платьях. Теперь дети воды многое перенимают из сантарийской моды. Дядя Таввин говорил, что в столице все модницы ходят в жилетах, а на хортах ездят в узких, облегающих брюках. А детская одежда у валлонов уже давно похожа на сантарийскую. Коренные жители Сантары тоже со временем кое-что позаимствовали у своих незваных гостей. Например, широкополые шляпы, украшенные перьями, перчатки, которые валлоны даже в сильные холода предпочитали рукавицам, и сапоги с отворотами.

И у валларов, и у гиннаров были роды божественного происхождения. В глубокой древности боги и богини нередко становились возлюбленными достойнейших из людей. Естественно, что их дети, полубоги, превосходили простых смертных умом, красотой, силой, дольше жили и как правило обладали какими-нибудь необыкновенными способностями. Они становились могущественными правителями, искусными колдунами. Поговаривали, что у валлонов божественных родов больше не осталось. Всех потомков водяных богов перебили во время одной из войн. Их считали злыми демонами, которые сеяли среди людей смуту и разврат. Когда Гинта спросила у деда, правда ли, что потомки линнов были коварными и злыми, он пожал плечами:

– Не знаю. Думаю, всё это игры валлонских правителей. Этих абеллургов.

– Про наш род тоже говорят, что он к богам восходит. Не хотелось бы, чтобы нас вдруг тоже объявили злыми демонами. Но ведь тому, кто ведёт себя достойно, этого можно не бояться, да?

– Всякое бывает. Иногда и хороший человек становится жертвой несправедливости.

– А наш род действительно восходит к богам?

– Ну… Доказать это уже трудно, – засмеялся дед.

Он не любил разговоров на эту тему, зато старая Таома в божественности правителей Ингамарны не сомневалась. Впрочем, не только она. На севере Сантары всегда говорили, что этот славный древний род особенно любим богами и неудивительно, что в Радужном замке постоянно рождаются красивые, одарённые дети, многие из которых становятся нумадами или хотя бы колдунами. Знаменитого нумада Диннувира считали полубогом. Его могила находилась в Мандаваре, между святилищем Гины и статуями близнецов.

Изваяния близнецов в Сантаре были повсюду. А поскольку в разных минах легенду о первых людях рассказывали по-разному, изображали их тоже далеко не везде одинаково. Чаще всего это были двое юношей: один белокожий и светловолосый, другой смуглый и черноволосый. Такое изваяние и стояло на священном участке Гины в Мандаваре. Подобные статуи красовались чуть ли не в каждом селении Ингамарны. Их обычно ставили у входа в деревню или около хатанги – дома, где собирался совет старейшин.

В краю Белых гор обоих близнецов изображали смуглыми и темноволосыми. Гинта удивилась, когда увидела такие статуи во время осенней поездки в Улламарну.

– Выходит, они оба – дети земли? – спросила она у деда. – Они же ничем друг от друга не отличаются.

– Отличаются, – усмехнулся дед. –