"Фантастика 2026-179". Компиляция. Книги 1-26 - Avadhuta

Греческий пожилой посол медленно поднялся. Он был одет в скромный, но опрятный костюм, и я заметил, что его руки не дрожали. Он держался с достоинством, которое не могли сломать ни годы, ни страх.

— Ваше Величество, — сказал он, — я понимаю. Но моя страна… моя маленькая страна… она не выдержит ещё одной войны. Демонические порталы открываются в Афинах. В Салониках. Люди умирают. Я пришёл сюда не с требованиями. Я пришёл просить. Как человек — человека.

— Оставайтесь, — сказал я тихо. — Когда все уйдут, останьтесь. Вы и сербы. И болгары. У нас будет разговор.

Он кивнул и сел обратно. На его губах дрогнула тень улыбки.

Остальные послы продолжали говорить. Их голоса лились потоком — требования, угрозы, мольбы. Я слушал их, но уже не слышал. Мои мысли были далеко.

— Ваше Величество! — голос французского посла прорвал мои размышления. — Вы не даёте нам выбора! Если вы откажетесь, мы будем вынуждены искать другие пути!

Его лицо было бледным, но в глазах горел фанатичный огонь. Он верил в то, что говорил. И это делало его опасным.

— Ищите, — сказал я спокойно. — Но запомните: когда вы найдёте эти пути, и когда они приведут вас в тупик, моя дверь будет закрыта.

Его лицо исказила гримаса ненависти. Он хотел сказать что-то ещё, но я поднял руку. Жест был лёгким, но в нём было столько власти, что он захлопнул рот, не успев издать ни звука.

— Аудиенция окончена, — сказал я. — Стража, проводите гостей.

Дверь распахнулась, и в зал вошли гвардейцы в белых мундирах. Их сапоги стучали в унисон. Послы поднялись. Кто-то с облегчением, кто-то с ненавистью. Они выходили, бросая на меня взгляды, полные страха и злобы.

Когда последний из них скрылся за дверью, я повернулся к оставшимся — к балканской лиге.

— Ваши правительства, — сказал я, приближаясь к ним, — уже приняли решение? Или вы действуете самостоятельно?

Греческий посол покачал головой. Его седые волосы блеснули в свете свечей.

— Мы действуем в обход. Наши лидеры… они согласились на условия Волунда. Но мы… мы знаем, что это не спасёт нас. Он обманет их. Как обманул всех.

В этом и была трагедия. В том, что они пришли ко мне, потому что им больше некуда было идти.

— Я помогу вам, — сказал я. — Но не открыто. Мои ресурсы ограничены. Моя армия не может воевать на всех фронтах одновременно. Но я могу дать вам убежище. Оружие. Магов. Вы сможете эвакуировать своих людей в Россию. Мы найдём им место.

Сербский посол — молодой человек с горячими глазами и изломанной улыбкой — наклонился вперёд.

— А ваши условия? — спросил он. — Вы ведь не будете помогать просто так.

— Всё просто, — сказал я. — Когда война закончится, я хочу, чтобы ваши народы помнили, кто был с ними в час нужды. И чтобы они знали — Россия всегда будет стоять на стороне правды. Даже если правда горькая на вкус…

Они переглянулись, а затем выдохнули…

— Мы согласны.

Я подошёл к столу и налил им вина. Мы подняли бокалы и молча выпили.

А потом, когда они ушли, я подошёл к окну и посмотрел на город. Снег всё падал, укрывая улицы белым саваном. И это было красиво, чёрт возьми!

Подготовка к свадьбе заиграла на следующий день, как только первые лучи солнца коснулись золотых куполов Петербурга. Город гудел, как веселый паровоз. Улицы были украшены гирляндами и флагами, на площадях уже собирались люди в надежде увидеть императорскую процессию. Я слышал их смех и радость — и это наполняло меня энергией, которой мне так не хватало.

Я сидел в своём кабинете и подписывал указы. Стопка бумаг передо мной росла с каждой минутой — амнистии бывшим охотникам, помилование инквизиторов, распоряжения губернаторам. Пальцы устали, но я продолжал писать. Каждый подписанный указ был ещё одним шагом к грядущей войне. Я знал, что многие из этих людей пригодятся мне.

— Вы переутомляетесь, Ваше Величество, — раздался голос Рябоволова из тени у двери. Его протез тихо щёлкал, и я слышал, как механизм работает в такт его дыханию. — Завтра ваш день. Позвольте себе отдохнуть.

Я поднял голову и улыбнулся. Мои глаза слипались, но я не мог позволить себе остановиться.

— Отдохнуть? Когда мир горит? Когда каждый час промедления может стоить жизни тысячам людей? Нет, Юрий Викторович. Я буду отдыхать, когда буду мёртв. А до тех пор — я буду работать.

Он промолчал, но я видел, как дрогнули уголки его губ.

— Как продвигается подготовка к завтрашнему дню? — спросил я, откладывая перо и растирая запястье.

— Всё готово, — ответил он. — Слуги работают круглые сутки. Повара уже начали готовить. Трансляция будет идти по всей стране. Маги-иллюзионисты установили свои кристаллы в каждом крупном городе. Завтра Россия увидит праздник, которого не было уже очень давно.

Я кивнул. Это было важно для народа. Они должны были знать: Империя жива и расцветает новыми красками.

— Что насчёт даров? — спросил я.

— Губернаторы получили приказы, — сказал Рябоволов. — Специальные отряды пройдут по каждому дому, по каждой семье. Деньги, вино, продукты. Каждый получит подписанный вами документ. Чтобы знали — это дар от Императора.

Я закрыл единственный глаз. В голове мелькнул образ: тысячи домов, тысячи семей, тысячи улыбок. Это не решит всех проблем, но это подарит им радость.

— Хорошо, — сказал я, открывая глаза. — А что насчёт безопасности?

Рябоволов скрестил руки на груди. Его лицо стало серьёзнее.

— Усиленная охрана. Мои лучшие агенты. И ваш клан. Коловрат с группой будет рядом с вами в любой момент. Но, Ваше Величество… — он помедлил, и я услышал, как его голос стал тише, — я бы посоветовал вам не задерживаться на балу. Волунд может попытаться нанести удар именно сегодня. Это было бы символично.

Я усмехнулся. Эта мысль уже приходила мне в голову.

— Знаю. Именно поэтому я и проведу завтрашний день так, будто ничего не случилось. Пусть видят — мы не боимся. Пусть видят, что даже перед лицом тьмы мы продолжаем жить.

Рябоволов кивнул и исчез так же