Фантастика 2025-197 - Семён Нестеров

Ладно, разберемся.

Я прошел мимо одной теплицы, второй, и вдруг почувствовал ногой какое-то натяжение. Меня тут же пробил холодный пот. Сразу стало понятно, на что именно я наткнулся.

Ладно, хлопка запала не было, значит, пока все нормально. Посмотрим, что там.

Жестом показал Грому остановиться, а потом осторожно, не делая резких движений, сделал шаг назад. Наклонился, и увидел натянутую поперек двух теплиц леску. Суки, еще ведь темную подобрали, из рыбацких. Специальную такую, чтобы рыба в воде ее не различала, не белую.

Я проследовал пальцами вдоль лески, заглянул за угол теплицы, и увидел присобаченную к ней на проволочные зажимы гранату. Ага, понятно, даже не сигналка. Что ж, люди здесь очень гостеприимные, это однозначно.

Ну, вроде ничего необычного. Просто граната, леска к кольцу и усики разжали. Теперь небольшого рывка хватить для того, чтобы выдернуть предохранительное кольцо, а потом она рванет. Самая простая растяжка, я бы иначе делал бы — на рычаг бы положил, как-нибудь зафиксировав. Ее разминировать было бы гораздо сложнее.

Или, если уж так, то подпилил бы этот самый рычаг, чтобы разминировать можно было только подрывом. А тут какие-нибудь подобные сюрпризы ожидаются? Вряд ли.

Можно, конечно, просто перешагнуть, да только вот если потом отступать придется, быстро убегать, то можно про нее просто забыть и подорваться.

Надежно обхватив руками гранату, чтобы рычаг точно не отскочил, я развернул проволочные зажимы и достал взрывоопасный сюрприз. Потом схватился за усики и согнул из большим пальцем обратно, один за другим. Леска, естественно, провисла после этого.

Все, теперь не взорвется.

Осторожно положил гранату на землю, так, чтобы ее видно было. С собой брать не буду, потому что там вполне может быть взрыватель с нулевым замедлением. Достаешь предохранительное кольцо, и она тут же херачит. Или с подпиленным, что еще хуже — тот хоть вывинтить можно и на маркировку посмотреть. Короче, использовать чужие гранаты совсем уж нежелательно.

— Вот ведь сучье оружие, — пробормотал Гром.

— Понимаю, — ответил я. — Осторожно идем, смотрим под ноги.

Я поднялся и двинулся ко входу. На самом деле растяжка — это даже хорошо. Это означает, что за тылами слишком бдительно никто смотреть не будет.Но даже так мы двинули под углом, чтобы нас разглядеть нельзя было из окна, что в заднюю часть двора выходило. Я подошел к двери, наклонился, обследовал ее на предмет возможных сюрпризов. Тут ничего не оказалось, что и правильно — настораживать и снимать ловушку каждый раз может быть проблемой. А она и ебануть может в случае чего, по распиздяйству, скажем.

А распиздяев даже в армии хватает. А тут понятно дело, что военные сидят.

Я взялся за автомат — он все-таки с глушителем, и меньше шансов, что выстрел в доме переполошит народ снаружи. Пистолет-то точно будет слышно хорошо, а тут еще бабушка надвое сказала.

Пошел внутрь, перекатываясь с носка на пятку, прошел через прихожую и оказался на кухне. Тут все было проще, похоже: кухня, а потом еще одна дверь, которая вела в комнату. Вот там-то они и сидят. И дверь была приоткрыта.

— Блядь, жопой чую будет что-то сегодня, — услышал я негромкий голос из комнаты.

— Да с чего бы? — вопросом на вопрос ответил второй, визгливый.

— Так полный пиздец творится, — ответил первый. — Сперва в Дачном резню устроили, потом в Краснокаменке, да еще и те, что порядок приехали наводить, пропали. Даже сообщить ничего не успели. Точно что-то будет.

— Сидим на жопе ровно, — проговорил третий. — Мы тут для того и караулим, чтобы ничего не случилось.

— Ага, — сказал второй. — Скажите спасибо, что Лирик нас не отправил в Дачное. Слышали же пальбу, да и он вроде как хотел.

— Может, если пошли бы, то спасли пацанов, — сказал третий.

— Да, бля. Там за несколько минут все закончилось. Мы когда ехали, посмотрели трупы. Обгорело все, конечно, но было видно, что вошли и положили все. Поверьте мне, это не импортные. Это наш, российский спецназ.

— Почему?

— Да потому что только наши на такое способны. Не верю я, что импортные прошлись бы, и ни одного трупа не оставили бы своего.

— Ну, тело они забрать могли.

— Да пацаны даже в ответ не постреляли.

То, что их трое всего, мы и так знали, видели с улицы. А от, что они разговором заняты — это хорошо. Очень даже. Я показал Грому три пальца. Мол, на счет «три», а считает каждый сам у себя в голове.

Он кивнул, а я исполнил свой же приказ и рванулся внутрь.

Да, бандитов там оказалось действительно всего трое. Причем, солдат, потому что одеты они были не в спортивные костюмы и кожаные куртки, как это было принято у быков, а в камуфляж. Старый, правда, цифровую флору еще, но это нормально, у нас разве что в «березке» в армии не ходят. А «частники» так вообще сами выбирают, в чем им воевать.

Один сидел на стуле у окна, второй стоял у стены дальше, сложив руки на груди. Третий лежал на диване, заложив руки за голову. Что-то типа бодрянки, походу.

Тот, что у окна, обернулся, я увидел его распахнувшиеся глаза. Рванул с места вперед и тут же врезал ему прикладом, метя в ямку между затылком и позвоночником. Удар получился такой силы, что он ударился лицом в стол и замер.

Второй, у стены, рванулся к кобуре, понимая, что за автомат, который стоял рядом, он взяться не успеет, но я врезал ему ногой в грудь, отбрасывая назад. Тычок такой силы в солнечное сплетение сразу выбивает все желание сопротивляться.

Он опрокинулся обратно на стену, а я уже приставил глушитель автомата к его голове. Повернулся — да, Гром уже успел вырубить того, что на диване лежал.

— Вы кто такие? — просипел парень, которого я держал на мушке. Молодой совсем. Кричать он не мог, потому что задыхался и кашлял.

— В расход обоих, только тихо, — приказал я.

Гром вытащил нож. Ладно, он сам разберется, а мне этого в оборот пока надо взять.

Я схватил его за голову и ударил о стену, а потом завалил на дощатый пол, покрытый пыльным ковром. Вытащил из кобуры пистолет, отбросил его в сторону, после чего зажал рот. Успел заметить, как гвардеец перерезал глотку сперва первому, а потом второму.

Все.