Слабость духа - Мастер_Угвей

которые всё никак не стихали из-за бесконечных и столь же отчаянных попыток десантника освободиться. Вашторр даже подогревал надежду, время от времени ослабляя хватку и давая Дунгара прийти в чувство и взглянуть на мир собственными глазами, чтобы затем пожнать настоящий букет тёмных эмоций, который появлялся, стоило вновь бросить сознание воина в абсолютную тьму отчаяния.

Дунгар держался, но он понимал, что не сможет вечно держать оборону. Однако это и не требовалось, ибо совсем скоро он почувствовал, что его мучения должны окончитсья. Это было едва заметное чувство на границе его сознания, отдалённо похожее на интуицию или чувство опасности, предостерегавшего его перед тяжёлым боем. Воин ощущал грядущую угрозу, но сейчас ему уже было плевать за собственную жизнь. Главное, чтобы демон впоследствии страдал не менее и не смог навредить человечеству…

«Не дождёшься.»

Порождение также ощущало угрозу, нависшую в воздухе, но всё равно пока не подавало виду и не меняло манеру поведения в отряде Десятого легиона, занимавшегося исследованием руин мёртвых ксеносов, расположенных среди гор. Десятки Астартес двигались среди разрушенных и давно заброшенных домов, и пока что демон не решался сделать свой ход.

Дунгар ощущал самые поверхностные мысли Нерождённого, а потому примерно представлял почему — демон верил в свою совершенную маскировку, и просто ждал момента, как Феррус вернётся на корабль вместе с каким-то легендарным артефактом. И именно там Вашторр планировал ударить — находясь на пустотном корабле, где ему была подвластна любая техника, он был бы практически непобедим.

Дунгар, однако, не боялся этого. Пусть демон явно открыл завесу своего плана только чтобы поиздеваться над смертным, но подобное нисколько не изменило его боевой дух. Сын Схеналуса продолжал верить в своего отца и знал, что какое-то порождение Океана душ не способно победить сына Императора. И реальность вскоре это подтвердила…

— Что происходит? — холодным голосом спросил «Дунгар», когда его резко окружил отряд из трёх десятков Астартес, направивших на него свои клинки. И то были не только его братья по Десятому легиону, но также и часть оставшихся Космических Волков и Тысячи сынов. Вашторр, уже посчитавший их за списанную и не представляющую угрозу актив, едва ли обратил внимание, как его окружила эта небольшая армия, ведомая двумя воителями.

Орзмундом, а также Рудольфом, последним великим рунным жрецом Фенриса. И хотя ситуация была вполне напряжённой, Вашторр верил, что в состоянии уничтожить каждого из окружавших одним взмахом руки, отчего сохранял ледяное спокойствие. Вот только Дунгар с каждой секундой лишь отчётливее чувствовал, что демон упускал нечто невероятно важное, что и принесёт порождению большие проблемы и ещё большую боль.

— Происходит то, что на Терре называли справедливостью, — взмахнув своим посохом и вычерчив на земле особый знак, произнёс Орзмунд. — Один монстр, надевший лик нашего союзника, должен быть наказан за все свои прегрешения перед родом людским и за каждую жизнь, которую он унёс. И хотя мы сейчас не можем отомстить тем Нерождённым, из-за которых пострадали наши отцы, но можем испустить свой гнев на тебя, тварь…

— …И можешь быть уверен, что ты не переживёшь его, нечисть, — хриплым голосом ответил Рудольф, уже взявший в свои руки топор и провёдший лезвием по своей ладони. — Потому как мы лучше сами пожертвуем собой, чем позволим порождению вроде тебя уничтожить последний шанс человечества на возвышение. Это вообще последнее, что мы можем сделать, чтобы очистить себя от грехов слабости. Кровью смыть позор.

И прежде чем демон успел вставить хоть слово, чтобы попытаться сохранить свою маску, Астартес сделали свой ход. Вашторр одной мыслью создал вокруг себя невидимый щит, способный защитить его от любой угрозы, но это и не требовалось — десятки космических десантников, подняв свои клинки, использовали их только чтобы пробить собственную грудь и затопить серую землю своей кровью. И хотя вся ситуация казалась сюрреалистичной, однако демон не прожил бы так долго, если бы не знал, насколько большим проблемам подобное могло привести.

Вашторр попытался отчаянно телепортироваться, вот только чужая воля тут же придавила его к земле. Потоки психической энергии мигом нахлынули на двух Астартес, каждый из которых пусть и не имел шанса в битве против сильнейшего демона, но при этом они прекрасно могли исполнить другую роль — стать проводниками более могущественных сил.*

Глаза двух оставшихся в живых Астартес вспыхнули синим и золотым цветом, стоило духам самих Фенриса и Просперо прикоснуться к своим последним истинно верным сынам. То не было псайкерство в чистом виде, и скорее походило на особую форму жречества. Орзмунд и Рудольф принесли в жертву десятки своих братьев, в которых текла кровь жителей древних миров, чтобы на короткий миг получить доступ к великой силе. И судя по тому, как резко оживился Вашторр, он чувствовал разницу между собой и настоящими великими духами, сейчас работавшими сообща.

Разумеется, за всё была плата. Рудольф одним взмахом топора отдал свою руку, пока Ариман выколол себе глаз, принося часть себя в жертву ради нескольких минут могущества. И судя по тому, что даже отчаянные попытки Вашторра не позволили ему вырваться из телекинетической хватки, жертва была достойной. Телекинез сдавливал тело космодесатника, ломая кости и доспех, несмотря ни на какие попытки порождения сбежать.

«Возмездие, — издав холодную усмешку, произнёс Дунгар, на последних силах державшийся в сознании. — И достойная кара для тебя, порождение, за все грехи и беды, что ты устроил роду людскому. Ты недооценил нас, за что и поплатишься.»

Вашторр попытался отбросить раздражающее его сознание десантника в сторону, но укол психической энергии, ударивший по его разуму, помешал ему это сделать. Орзмунд просто направлял свой посох в сторону демона, и мощь Просперо начала постепенно повреждать и разъедать разум Нерождённого, и так сейчас несобранного из-за постоянных попыток Дунгара вернуть контроль над телом. Ариман не был псайкером, век назад потеряв свой дар, но годы совместной службы с Волками научили его многим способам творить чудеса и без помощи личного могущества.

Он успел многому научиться за десятилетия странствий по галактике, и даже стал первым жрецом и шаманом среди Тысячи сынов. И в отличие от псайкеров, для них всегда куда важнее была воля, устойчивость к боли и готовность идти на жертвы, чем умение самому творить чары. Долгие годы существования в качестве сборища опухолей, вызванных болезнью варпа, дали ему все нужные качества, чтобы стать идеальной ритуальной жертвой.

Рудольф же бил куда прямее. Пока Вашторр стоял на месте, он одним взмахом топора рассёк воздух, и лезвие чистой бури