Коридор кривых зеркал - Илья Владимирович Рясной

Он был в этот момент искренен. Это был его поединок с Системой. Дело его чести. Но я видел, что он тоже начинает впадать в уныние и, что ещё хуже – его всё чаще посещает скука. А ведь он, однажды заскучав дольше положенного, вполне может отойти в сторону. Плюнуть на всё, не дождавшись обещанного конца света. Он любит, когда всё происходит быстро, победно, весело и интересно. Он не мастер долгих осад. А если он уйдёт, что нам тогда делать? Его энтузиазмом и каким-то сверхъестественным ощущением Рейтинг худо-бедно двигался. Сможем ли мы без него набрать недостающие проценты до того момента, как нас настигнут охотники Орды?..

Часы показывали полпервого ночи. Мы, измученные и угрюмые, возвращались после очередного мероприятия – созерцания массовой драки со стрельбой и взрывами на почве дележа спиртового завода. Рейтинг вырос на одну сотую процента, то есть, если быть честным, фактически остался на месте. Удручённый профессор молчал. И неожиданно ударил по тормозам, остановив фургон на краю пустыря на самой занюханной окраине города. Включив в салоне освещение, он произнёс неожиданно бодро и оптимистично:

– Нет, друзья мои, так не пойдёт! Я же говорил, что ваша методика никуда не годится…

– Это и ваша методика. И до девяноста пяти процентов мы дотянули, уважаемый профессор, – резонно отметил Абдулкарим.

– А где пять? – ехидно осведомился Хлюмпель. – Кто их нам даст?

– Не знаю! – воскликнул я. – Где ещё копать? Мы видели и детей, и взрослых, и власть, и оппозицию. Видели бандитов, мирные демонстрации, бунты, культурные мероприятия, массовые побоища, тюрьмы, высокие кабинеты! И этой нашей привередливой Системе всё ещё чего-то не хватает!

– Я же вам говорил, всё это линейные последовательности! – улыбнулся профессор, глядя на нас, как на малых детей. – Системе нужен неожиданный поворот. Ей нужны люди в тот критический и судьбоносный миг их жизни, когда своими поступками они решают, кем им дальше быть – высшими существами, которых создали Боги для того, чтобы потрясти Вселенную, или всего лишь кляксами в черновой тетради истории!

– Это всё слова, – отмахнулся я. – Красивые пустые слова.

– Вы правы! Нужны дела! Нужно событие! – профессор нервно побарабанил пальцами по упругой приборной панели, лицо его вдруг стало каким-то зловещим и отрешённым, и он повторил: – Событие…

– И где такое взять? – иронически осведомился я.

– Будет событие! Будет! Ха, Рейтинг – это вам не соплёй стену мазать! Будет вам событие!..

* * *

Как-то так неудобно получилось, что нам так быстренько, впопыхах пришлось менять квартиру. И дом. Точнее, то, что осталось от дома и квартиры.

Охотники, видимо, сильно нас зауважали за время всех этих забегов с препятствиями. Поэтому, не мудрствуя лукаво и не предпринимая дурацкие попытки взять нас в плен или застрелить из снайперской винтовки, просто и с размахом шарахнули по нашей квартире чем-то крупнокалиберным.

А в результате обрушился целый подъезд. И мне даже не хотелось думать о том, сколько людей было погребено под завалами.

Везенье – вещь относительная. Охотникам повезло нас найти – нам же не повезло, что нас нашли. Зато охотникам не повезло, что в тот момент стих эфирный вихрь, а для нас это наоборот было везение – сработала система безопасности, включилось поле жёсткости, которое нейтрализовало взрывную волну, осколки и не позволило бетонным плитам раздавить наши бренные тела.

В общем, мы ушли. Целыми, здоровыми и злыми. Интересно, что думают теперь по нашему поводу охотники? Наверное, они сейчас выбирают в своём арсенале оружие помощнее, жалея, что на Бета-Лире из-за неустойчивости эфирного потока ядерное оружие бесполезно. Ладно – это их проблемы. А наша проблема – определить, куда бежать и где дальше скрываться.

Выбравшись из опасного района, мы пробрались на чердак в подвал многоэтажного дома, где выудили припрятанный в тайнике мобильный телефон и позвонили на другой секретный телефон, находившийся в распоряжении Жизнеслава как раз для таких случаев.

Мобильная связь в городе с каждым днём работала всё хуже. И всё чаще вместо гудков и ответа абонента в трубке звучал гордый гимн Свободной Шизады, что означало сбой в эфире. Где-то полчаса нам потребовалось, чтобы дозвониться до Жизнеслава.

Депутат рвал и метал. Его нервы вибрировали, сотрясая эфир.

Я попытался объяснить ему, что произошло, но он перебил меня:

– Знаю я! Всё знаю! Как же они вычислили квартиру?! Ведь не должны были! Я же контролировал всё!

– Что теперь делать? – спросил я.

– Встречаемся в лесу, – сказал Жизнеслав.

Заблаговременно мы разработали в лучших шпионских традициях свой незатейливый шифр. «В лесу» – это означало в припортовом районе, в малолюдном месте, где мы никому неинтересны.

Абдулкарим закашлялся – на чердаке было пыльно. Потом сказал:

– Давай попробуем голографические маски.

Я посмотрел на камни браслета – они мигали, но, вроде бы, должны работать.

– Попробуем, – кивнул я.

После активации масок мы стали толсторожими, голубыми, с затейливыми национальными причёсками шизианами.

Выйдя на проспект Прогрессивного Радикализма, мы поймали такси. Проехали полгорода. Потом пешком покрутились по новым районам, пытаясь обнаружить слежку. Её не было. И можно было идти к месту рандеву.

На стоянке перед грузовым терминалом порта припарковался внедорожник Жизнеслава. Сам депутат прогуливался рядом, время от времени подозрительно оглядываясь. Я помахал ему рукой.

Он сорвался с места. Подскочил и обнял нас от избытка чувств. Видно было, что он искренне взволнован. Тут я понял, что за это время мы стали близкими друзьями. А друзья обязаны переживать друг за друга и при сигнале опасности бросаться на выручку. Он был нашим человеком.

На территорию порта мы попали через гостеприимную дырку в сетчатом заборе. И пристроились на каменной скамейке на пирсе. У наших ног плескалась переливающаяся цветами мазутной плёнки тяжёлая вода, пахло рыбой и водорослями. Покачивались катера и рыбацкие лодки, давно не покидавшие причал.

– Как они вышли на конспиративную квартиру? – как заведённый повторял Жизнеслав.

– Кто-то нас продал, – я задумался и с неохотой дополнил: – Может, профессору наскучило, и он решил так красиво выйти из игры?

– Нет! Он этого сделать не мог!

– Почему?

– Я его видел два часа назад! Он полон оптимизма и пообещал в ближайшие дни догнать рейтинг до ста. Он одержим новой идеей. А в таком состоянии он бы вас не сдал даже под пытками и угрозой обезглавливания. Пока он не закончит дело, которое его захватило полностью, его бояться не стоит.

– Тогда как мы засыпались? Кто на нас стуканул этим волчарам позорным? – грозно сдвинул брови Абдулкарим, припомнив избранные места из его настольной книги «Команда Бешеного снова в строю».

– Не знаю, – Жизнеслав покосился на Магистра