Коридор кривых зеркал - Илья Владимирович Рясной

пропаганды». На основании этого, решением Префектуры Центрального округа города Шизополь номер 13998-БРАМС памятник подлежит демонтажу. Лица, препятствующие проведению работ, будут привлечены к ответственности по соответствующим уложениям административного и уголовного трактатов. Прошу разойтись и не мешать работам по окультуриванию района.

– Чё? – донеслось из толпы. – Сейчас мы тебя, свинопотамий выпердыш, так окультурим!

Толпа двинулась вперёд.

Префект в испуге отступил на шаг, но тут же гордо распрямил плечи и крикнул:

– Пять минут вам, чтобы разойтись! Потом начнёт работать полиция!

Заурчали моторы – к вокзалу подтягивались бронированные грузовики и колёсные водомёты.

С чпоканьем гнилой банан растёкся по белому костюму префекта.

Префект всплеснул руками и чуть не упал от неожиданности. Тут же обернулся и на скорости, находящейся на самой грани приличия, устремился к полицейским.

Передовой отряд полиции растянулся в ровную цепочку и сделал несколько шагов вперёд. Это была старая полиция. На лицах служивых было написано – ну и угораздило же меня в это влипнуть. Но служба есть служба.

Я присмотрелся и узнал шкафоподобного офицера, командующего отрядом – это был тот самый лейтенант, который отпустил нас, когда упала шальная бомба с самолёта. Тогда он очень эмоционально проклинал власть, а теперь был вынужден исполнять для неё грязную работу.

Потекли минуты. И становилось понятно, что никто никому уступать не собирается. За это время подтянулись ещё несколько групп протестующих. У многих были камни, металлическая заострённая арматура, короткие стальные метательные снаряды, которые, выпущенные умелой рукой, пробивают пластмассовый полицейский шлем. М-да, дело точно закончится кровью.

Пять минут истекли. Потом ещё пять. Префект орал в мегафон, призывая разойтись, но приказа на разгон пока не отдавал.

И тут на площадь неторопливо выехала мощная машина – внедорожник «Брахмапудр», с затемнёнными бронированными стёклами. На базе этой модели делают бронетранспортёры для ордынской армии. В городе такие машины были только в посольстве Демократической Орды.

Водитель выскочил из внедорожника, с трудом распахнул тяжёлую дверцу. И на асфальт ступил фиолетовый ордынец. Ба, да это же Миротворец! Тот самый гад, который натравил на нас шайку охотников!

Он обвёл глазами толпу. И тут же высмотрел нас. Его не обманул наш грим, наша серая невзрачная одежда. Он сразу распознал в нас землян. И хищно улыбнулся. Подозвал шкафа-лейтенанта и указал на нас. Тот развёл руками, попытался что-то объяснить. Но ордынец резко оборвал его. Лейтенант отдал приказ, и полицейская шеренга сделала несколько шагов вперёд. После чего снова застыла.

Ордынец заорал на лейтенанта, но тот, видимо, включил режим дурака. Тогда Миротворец переключился на Префекта. Тот пожимал плечами, что-то отвечал, но потом закивал, как китайский болванчик, взял мегафон и прокричал:

– Хорошо, мы идём навстречу пожеланиям народных масс! Судьба памятника будет рассмотрена на следующем заседании Префектуры. Сейчас мы отведём строительную технику. Можете расходиться, но только при одном условии! Выдать двух шмуркальских террористов! Вон, в третьем ряду, в серых рубашечках! Да, да! Вон, их вяжите! И идите по домам! Сноса не будет!

Люди вокруг нас расступились. Толпа была плотная. Захотим пробиться через неё – вряд ли нам это удастся. На нас смотрели не враждебно, а больше с интересом.

– Ну, сколько ждать-то?! – нетерпеливо подпрыгнул на месте Префект. – Вяжите лирианских демонов!

Тут с нашей стороны, откуда-то справа, послышался густой громогласный мужской голос, пролетевший над всей площадью:

– Выдать, да? Это тебе хозяин твой ордынский повелел, морда холопья?! Эти люди с нами!

– Не нарушайте порядок! – разорялся Префект. – Делайте, что говорят. Или…

– Или чего, мамин хрен?!

На этот раз гнилым яблоком Префекту, в раже выступившему вперёд, залепили прямо в лоб – надо отметить, в толпе были люди, обладавшие хорошим снайперским броском.

– Это вы все валите отсюда! Мы не уйдём! – послышались крики.

– И никого не отдадим!

Префект отбежал назад, прячась за полицейскими, и закричал на лейтенанта. В результате полицейские сделали ещё пару шагов вперёд. И снова замерли.

Ордынец посмурнел. Обвёл всю толпу злым взором. Полез к себе в машину. И вытащил оттуда массивный тяжёлый тубус. Пригибаясь под его тяжестью, прошёл и встал впереди цепочки полицейских.

– Отойдите, простые люди Шизополя! – крикнул он толпе – усилитель делал его голос рокочуще-громким и зычным. – И никто из вас не пострадает! Мне нужны только земляне!

– Чё? Какие земляне? – послышалось из толпы.

Миротворец многозначительно изрёк:

– Это объёмный гранатомёт «Плазма-шторм». Один выстрел положит вас всех. Раздвиньтесь, и пострадают только эти двое землян. Считаю до пяти. Р-раз!

Он подождал несколько секунд и ещё громче заорал:

– Д-два!

Палец ордынца задрожал на спусковой скобе.

– Убьёшь всех? – послышались из толпы больше азартные, чем испуганные крики.

– Ну, давай, давай, ордынская сволочь!

– Да стреляй, поганец! Вы нас уже убивали!

– Забыли, хари фиолетовые, как мы вас потом из подвалов выковыривали? Так мы повторим!

– Три-и-и!

На лице Миротворца обозначилась какая-то злобная радость. Я видел, что его не остановит ничего. Он действительно будет стрелять по безоружным людям. Как стреляли его предки и уничтожали тех, кого считали существами низшего сорта. Он будет стрелять, и сейчас воодушевлён предчувствием этого сладостного события. И ему вовсе не хотелось, чтобы толпа расступилась. Он брал реванш за поражение шестидесятилетней давности.

– Четырре-е-е!

Палец его начал скользить по скобе.

А люди не уходили. Они только сплотились. Правда, женщинам велели отойти в сторону, и теперь нас прикрывали своими телами здоровые, уверенные в себе мужчины. Они были готовы умереть.

Надо что-то делать. Я просчитывал варианты. Даже со сверхскоростью мы не уйдём из радиуса поражения объёмного гранатомёта. Да ещё люди вокруг не дают манёвра.

– Не стреляй, Миротворец! Мы сдаёмся! – что есть силы крикнул я.

Чёрт с ним, пускай убивает. Защитный комплекс практически на нуле – ни разу так ещё не было. Значит, поле не спасёт нас. Да, не поможет нам вся наша суперсовершенная земная техника. Как и в древности – мы лицом к лицу с изначальным злом, и из оружия у нас только голые руки и уверенность в своей правоте.

– Выходим, не стреляй! – ещё громче выкрикнул я.

– Да кто ж вас пустит? – зазвенел рядом отчаянный и азартный мужской голос.

– Стой уж, – заворковал другой голос, и меня хлопнули по плечу. – Умирать лучше вместе! Но потом им это отольётся слезами! И они, твари фиолетовые, это знают! Смотри, ручонки как его дрожат. Ну, ордынское отродье, чего на спуск не жмёшь-то?!

На миг на лице Миротворца отразилась неуверенность. А потом он ликующе проорал:

– Пять.

Бах!

Удар…

И ордынец повалился как подкошенный, получив деревянной полицейской дубинкой по голове.

– Ишь, разорался. В Орде у себя