Призрак крепости Теней - T. C. Эйдж

для размышлений, а не для веселья, – очень в духе Илита. Когда Лукары и их союзники захватили Тукор, они лишились возможности вознестись за стол Варина. Зеленые чертоги едва ли могли с ним сравниться.

– Я слышал, моя сестра планирует вскоре приехать сюда, в Расалан, – сказал сэр Маллистер, когда они осушили свои кружки и слуга поспешил наполнить их. – Сегодня утром от нее прилетел ворон. Я полагаю, принцесса Амилия уже устала от Илитора и хочет присоединиться к своему отцу и братьям здесь, в лагере. Мелани, конечно, будет с ней. Возможно, вы продолжите свои ухаживания?

Элион искоса глянул на сэра Маллистера. При первой встрече они поссорились из-за Мелани, и теперь ее брат пытался сделать все по правилам.

– Ну, я… я не уверен, сэр Маллистер, – ответил Элион. – Мы с Мелани всегда предполагали, что наша связь будет короткой, если вообще будет. Так что я не знаю…

– Ни слова больше, – прервал его сэр Маллистер. – Конечно, теперь вы наследник дома Дэйкар. Вы слишком далеки от нас, Монсортов. Мне не стоило предполагать подобное. – В его голосе не было злобы – лишь ясное понимание того, как обстоят дела. – Однако мы становимся богаче… Шахты отца процветают, и я тоже поднимаюсь в рядах Изумрудных стражей – в ближайшие годы я намерен стать капитаном. Со временем наш дом может стать великим, и брак между нашими домами был бы весьма… – Сэр Маллистер коротко усмехнулся и замолчал. – Я перехожу границы дозволенного. Простите меня. Я предоставлю вам самим решать, как поступить. Вам и вашему лорду-отцу.

Элион вежливо кивнул.

– Она не сказала, когда собирается покинуть Илитор? – поинтересовался он.

– Боюсь, что нет. Больше всего она хотела рассказать мне о нашем отце и его недавних успехах, но добавила, что, возможно, скоро окажется на землях расаланцев. Признаюсь, остальное я додумал. Я напишу ей и попытаюсь прояснить ситуацию.

– Пожалуйста, держите меня в курсе, сэр Маллистер. Мне было бы приятно увидеть ее снова, пусть даже как доброго друга.

На этом они расстались, сердечно пожав друг другу руки. Элион вернулся к столу, улыбаясь. Остальные оживленно беседовали, но Веррин, сидевший напротив, тут же заметил:

– Ты, кажется, чем-то очень доволен. Чего хотел сэр Маллистер?

– Ничего такого, что тебе стоило бы знать, дядя.

Элион наблюдал, как мальчик щедро наполнил его кружку элем, кивнул в знак благодарности и осушил ее до дна. Барабаны становились громче. Мужчины стояли перед музыкантами, закинув руки друг другу на плечи, и что-то напевали, покачиваясь.

– Значит, речь шла о леди Мелани, – сказал Веррин, выглядевший далеко не так расслабленно, как остальные.

– Между нами с Мелани все кончено. – Элион посмотрел дяде в глаза. – Я думал, это стало ясно во время нашего путешествия из Варинара.

– Пока ты не забрался к ней в постель в Восточном дозоре, – проворчал Веррин. – Да, я знаю об этом. Риккарду не следовало подначивать тебя заводить отношения, у которых нет будущего. Я уже предупреждал об этом, Элион.

– Да, я знаю. Ты сказал одно, Риккард сказал другое, но все это не имеет значения. Я сам себе хозяин и буду поступать так, как посчитаю нужным.

Он отхлебнул эля, а лорд Канабар издал лающий смешок, отвернувшись от остальных.

– А парень не промах! – громыхнул командующий, от души хлопнув Элиона по спине. – Молодец, Элион! Продолжай в том же духе, и однажды ты станешь достойным главой своего дома. Твой отец может тобой гордиться. Кто знает, возможно, ты пойдешь по его стопам и тоже станешь Первым клинком? Что скажешь, Веррин? Как ты думаешь, мальчик подошел бы на эту роль?

– Излишний вопрос, Уоллис. Я уверен, Элион справился бы превосходно.

– Что ж, давайте посмотрим… – Лорд Канабар грохнул кружкой по столу и посмотрел на Меч Варинара. Похоже, после дюжины кружек эля настроение Уоллиса заметно улучшилось. – Давай посмотрим, сможешь ли ты поднять его, Элион. Если сможешь взвалить его себе на плечо, тогда я…

– Назовете своего первенца в мою честь? – поддел его Элион с хитрой улыбкой. – Думаю, для этого уже слишком поздно, милорд.

Густая борода Канабара затряслась от его смеха. Элион почти что ожидал увидеть, как из нее вылетят птички.

– Давай-ка, встань и возьми его в руки. У меня есть несколько внучек, весьма хорошеньких, между прочим, – подними меч, и я отдам тебе одну из них.

Элион взглянул на клинок и встал наизготовку, чуть согнув колени. Внутри уже плескалось достаточно эля, чтобы принять этот вызов.

– Сядь, Элион, – сказал Веррин с вялой ноткой раздражения. – Меч Варинара – это не игрушка.

– Волнуешься, что он справится лучше, чем ты? – поддразнил Канабар, раскрасневшийся от выпивки и нарастающей духоты в зале. – Брось, Веррин, чего тут такого? Элион, давай! Посмотрим, как…

– Я сказал «нет». – Голос Веррина прозвучал отрывисто и достаточно громко, чтобы несколько человек поблизости обернулись. Первый клинок пристально посмотрел на лорда Канабара. – Может, однажды Элион и получит свой шанс, но пока это время еще не пришло. Он не прикоснется к клинку… И никто не прикоснется, кроме меня.

Канабар посмотрел на него с беспокойством.

– Осторожнее, Веррин, – тихо предупредил он и взглянул на меч, прислоненный к столу рядом с Веррином. Над позолоченными ножнами, вокруг богато украшенной рукояти витала легкая дымка. – Ты уже слышишь его шепот? Воображаешь, что клинок разговаривает с тобой, сынок?

– Конечно нет, – отмахнулся Веррин. – Он у меня чуть больше месяца.

– Тогда в чем, собственно, проблема? Знаешь, твой отец Гидеон позволил мне раз или два попробовать поднять меч. И я полагаю, Амрон позволял то же самое Литиану и Боррусу. А тебе что, нет? – Он не дал Веррину ответить. – Четыре столетия назад, когда Руфус Тайнар был Первым клинком, он даже превратил это в соревнование. Выстраивал в ряд всех рыцарей в праздничном шатре и предлагал поднять клинок с земли. Говорили, что тот, кто поднимет его выше всех, или продержит дольше всех, или пронесет дальше всех, получал награду. Сэр Персиваль Мантор даже нашел себе жену, выиграв одно из таких состязаний. Говорят, Руфус отдал ему свою племянницу, настоящую красавицу.

– Я не нуждаюсь в твоих проповедях, Уоллис, – перебил его Веррин. – И нет, Амрон никогда не позволял мне прикасаться к клинку, да и никому другому, насколько я знаю.

– Как бы то ни было, – Канабар сделал глоток эля, – я вижу, как ты смотришь на него, и это меня тревожит. Ты потеряешь себя, если не будешь осторожен.

– Я прекрасно знаю, как он может туманить разум, – отмахнулся Первый клинок. – Мой отец и дед много лет владели мечом Варинара, и мой брат тоже.