Тёмный Хогвартс. Второй курс - ВеенРок

— Я не… Не могу, профессор, — Сьюзен зажмурилась и передала сердце обратно учителю.

— Жаль, очень жаль… Но таковы мои условия для приёма на занятия, — сказала профессор Весс. — Вы, молодые люди? — она направилась к другой парте, где сидели вороны из Дуэльного клуба.

— С ума сойти… Ребят, я не смогу его откусить, — Гарри испуганно замотал головой.

— Тогда не делай этого, — сказал я другу. — Но помни — у двух из семи профессоров тебе необходимо заполучить доступ к занятиям. И если ради одного из них нужно просто съесть кусок сырого мяса, нужно себя перебороть.

Ведь и правда, пусть сердце живое и на вид склизкое, но это не настолько жуткий тест, чтобы от него отказываться.

— На самом деле, Гарри, это кажется не таким уж и трудным… — проговорил медленно Рон в тот момент, когда Роджер Мэлоун смело откусил от сердца маленькую боковую часть. Сам же орган даже с образовавшейся пробоиной в бочине продолжал пульсировать как ни в чём не бывало.

Его соседа, Стефана Корнфута, после этого чуть не вырвало, а сам он наотрез отказался повторять действия своего приятеля.

— Отлично, мистер Мэлоун, — улыбнулась профессор. — Следующие?

— Порой мне кажется, дружище, что ты помешан на еде и способен употреблять её даже вот в таком сыром и живом виде, — сказал Симус своему рыжему другу.

— Да иди ты, — обиделся на это Рон.

Многие отказывались от предложения профессора. Единицы соглашались. Нужно было откусить и проглотить часть плоти, чтобы профессор удовлетворилась увиденным окончательно.

Подходил и наш черёд. А так как я по привычке садился впереди нашей компании, то первыми предстояло быть именно нам с Гермионой.

— Ты справишься, Гермиона? — спросил я участливо.

— Нет… Да… Не знаю, — ответила она в духе всех женщин. — Это очень мерзко, но занятия такие важные и полезные…

— Если хочешь, я могу попросить тебя сделать это, — предложил я девочке, намекая на возможность использовать магию контракта.

Гермиона задумалась, но потом, увидев, как Блейз Забини вытирает кровавые губы после своей мимолётной трапезы, всё же согласилась на мою помощь.

— Да. Это явно поможет мне, спасибо, — кивнула она, сглотнув и отвернувшись от столь неприятного зрелища. — А то мне трудно решиться.

— Тогда, Гермиона, — я нащупал внутри себя ту самую струнку контракта и начал «говорить через неё» — это оказалось делом интуитивно понятным и совсем не сложным, а благодаря этому я мог решать, задействовать ли мне условия контракта в своих словах или же нет, — когда профессор подойдёт и предложит тебе сердце, ты без отвращения возьмёшь его в руки, откусишь и проглотишь небольшую его часть.

Девочка вздохнула и кивнула мне.

— Мистер Голден, мисс Грейнджер? — профессор Весс дошла до нас и протянула нам орган, в разных местах которого уже виднелось пять детских укусов.

Гермиона выхватила сердце и буквально впилась в него своими зубами. Она столь резко сделала это, что красная субстанция брызнула на её мордашку, оставив на той кровавые капли.

— Мисс Грейнджер, не так резко… И, приятного аппетита, видимо, — сказала удивлённо профессор.

— Гермиона, заканчивай, — я отнял у девочки орган, пока та активно прожёвывала достаточно большой кусок сердца.

Руки ощущали, как громадное сердце бьётся ритмическим стуком. Более того, оно казалось тёплым и довольно скользким, что изрядно добавляло мне впечатлений.

Сделав глубокий выдох, я закрыл глаза и тоже откусил сочащийся кусок плоти. Во рту он ощущался мерзко, но я приложил все свои силы, чтобы не показать своего отвращения ни профессору, ни другим студентам.

— Прекрасно, — профессор Весс ласково улыбнулась нашей парте, будто бы умиляясь двум измазюкавшимся детишкам. Ну а то, что измазюкались мы в крови после поедания сырого органа магического существа — это, право, мелочи.

— Ну и… Как? — когда профессор двинулась к соседней парте, где сидели когтевранцы, к нам наклонился Рон, задав интересовавший его вопрос.

— Отвратно, — шепнул я мальчику. — Но сделать это возможно.

— А мне понравилось, — сказала вдруг Гермиона, — но подозреваю, что здесь замешана магия…

— Не-е-е, ребят. Я, конечно, не брезгливый, но мне как-то не улыбается повторять такие вот подвиги. Боюсь, что мой желудок меня неправильно поймёт, так что я пас, — поделился с нами вердиктом Симус.

— Ага, я тоже тогда попытаю удачу у других профессоров, — сказал, сглотнув, Гарри. — Тем более, что их ещё целых шесть штук придёт.

По итогу лишь Рон отважился и вслед за нами испробовал блюдо профессора. Мне даже показалось, что мальчик смаковал вкус плоти у себя во рту, но это скорее всего было лишь результатом моей бурной фантазии.

— Замечательно, — сказала профессор Весс, убирая покусанное сердце обратно в шкатулку. — Тринадцать учеников — прекрасный результат. Вы большие молодцы. Всех вас я назначаю на свои уроки и верю, что сообща мы добьёмся больших успехов, — женщина даже захлопала, а её аплодисменты подхватили некоторые ученики, что не смогли побороть собственную брезгливость. Видимо, они испытали облегчение, так как из-за провала теста их не отругали.

После своих слов профессор Весс взяла в руки книжку, что принесла с собой, и стала зачитывать что-то неразборчивое:

— Si hoc legeris, si hoc nuntium non mittes ad viginti saltem notorum tuorum intra duas horas, ad scholam aeque obscuram et crudelem ibis. Non est jocus! Unus puer litteras non misit, et omnia facta sunt! Nomen est kyle!

Когда она закончила свой речитатив на латыни, внутри меня будто бы взорвался котёл энергии! Все тело пропустило через себя приятное тепло, дышать стало легче, сознание очистилось, а я сам ощущал умопомрачительный прилив сил!

Похожие чувства испытывали и все те, кто отважился отведать сердце гидры.

— Небольшой подарок моим будущим ученикам и демонстрация возможностей Ритуалистики, — улыбнулась профессор. — На этом у меня всё. До встречи, ребятки, не забудьте умыться и привести свой внешний вид в порядок. Сидите, дожидайтесь следующего профессора. И удачи вам.

Профессор покинула наш кабинет, а меня просто распирало от эйфории и чувства силы. Будто бы залил в себя десяток, нет, под сотню энергетиков!

— Ты чувствуешь, Кайл? — Гермиона часто дышала и осматривала свои руки. — Как приятно!

— Ага…

— Ка-а-айф, — протянул с задней парты довольный Рон.

Симус и Гарри глядели на наш приход с небольшой завистью. Возможно, ребята уже успели пожалеть, что не решились заняться сыроедством. Что же, я свой совет дал — они его не восприняли. Бывает…

Пока мы дожидались следующего преподавателя, ребята вовсю обсуждали произошедшее: делились своими эмоциями, оправдывались, готовились к другим профессорам… И буквально через десяток минут дверь вновь открылась.

— И опять второй курс, — сказал дружелюбно профессор Люпин, проходя к учительскому столу.

До