Отражение - Ирек Гильмутдинов

Больше всего внимания, как всегда, досталось нашему зелёному другу — Вул’дану, чья зелёная кожа и клыки вызывали неподдельный интерес, и, конечно же, Лирель — её изящные заострённые уши и кожа, белее первозданного снега, не оставляли равнодушными. Снорри так и вовсе не отрывал от неё взгляда, заставляя эльфийку смущаться.

Дальше последовал пространный рассказ о том, кто мы и зачем прибыли. Естественно, нам не верили, пока я не извлёк фрагмент Сердца, который засиял в моей ладони холодным голубоватым светом. Лишь тогда насмешливость в глазах хозяев сменилась суровой серьёзностью. На меня же смотрели… кто как. Кто с любопытством, кто с опаской, а кто и подозрением.

После всего сказанного никто не стал принимать поспешных решений. Как водится у местных, начался пир — на столах появились копчёное мясо, коренья и странные напитки цвета воронёной стали. Вул’дан со Снорри и Хамви куда-то удалились вслед за Рёгнвальдом, чья довольная рожа, предвкушая хорошую драку, манила их за собой.

— Скажите, уважаемая Радосвета, — я решил удовлетворить любопытство, отвлекая её от Ярого, — ваша крепость движется по вашей воле или следует заданному маршруту, запрограммированному неким компьютером? Может, у вас есть командный пункт с панелями да лампочками? Я бы мог помочь, если имеются проблемы с техникой.

Ну а что, вдруг она проникнется моей добротой и пустит поглазеть. Однако реакция была совсем иной, той, на которую я рассчитывал.

Мгновенно вся лёгкость и радость от встречи с отцом Хельги исчезла с её лица. В её руке возник кинжал из чёрного обсидиана, направленный в мою сторону.

— Я что-то не то сказал? — спокойно произнёс я, не делая резких движений.

— Откуда тебе известно о командном пункте и компьютере? — она произнесла «компьютере» по слогам, будто выговаривая запретное заклинание.

Ярый мягко положил руку на её вооружённую длань:

— Убери клинок, радость моя. Кайлос из иного мира — он знает куда больше нашего. Позволь ему объясниться.

Его слова подействовали, но напряжение не спало — пальцы Радосветы всё ещё сжимали рукоять.

— Докажи, — потребовала она, не опуская оружия.

— Во-первых, я понимаю, что ваша крепость — некий корабль. Как можно догадаться по вашей реакции, вы это и так знаете. Во-вторых, здесь должен быть некий центр управления — помещение с панелями, где горят странные огни. В-третьих. Если вы из года в год движетесь по заданному маршруту — значит, он запрограммирован предками, и вы не в силах изменить маршрут, потому всегда кочуете.

— Пойдём со мной, — внезапно приказала она, а её глаза сверкнули стальным блеском. — Остальные, останьтесь. То место не для чужих.

— Хельга, ты идёшь с нами.

Когда мы покидали кают-компанию, я заметил, как взоры моих спутниц проводили нас с немым укором — беспокоились они уж точно не о моём уходе, а о той, что шла за моей спиной.

Радосвета привела меня в помещение, которое оказалось подлинным командным центром, словно сошедшим с экранов фантастических кинолент о «Чужом». Вот только картина удручала. Повсюду из стен, потолка и пола торчали пучки проводов, оплетённые верёвками, словно паутиной, и подвешенные кое-как. Многие панели давно погасли, а их поверхности покрылись толстым слоем пыли. Металл в некоторых местах проржавел до дыр, обнажая причудливые узоры коррозии. Кресла сменились грубо сработанными деревянными скамьями. Не ведаю, сколько веков они уже странствуют, но моё сердце исполнилось восхищения к инженерам, создавшим сию машину, способную столько времени находиться в движении по вечной мерзлоте.

Меня подвели к месту, где был установлен небольшой экран. Он был не жидкокристаллическим, а напоминал дисплей древнего калькулятора — монохромное изображение, на котором висела надпись: «Введите пароль администратора». Я предположил, что именно так и было. Потому как язык мне был незнаком. Но, увидев моё замешательство, она любезно перевела их для меня. Там было написано «введи код». Так что я почти был прав. А вообще, похоже, они не утратили все знания, раз умеют читать. Это окрыляет.

— Видите? Требуется заветное слово, — повернулся я к ней, полный уверенности, что она его знает. — Возможно, это одно слово или фраза. Также это могут быть и цифры. Есть ли у вас что-то подобное?

Женщина молча обнажила плечо, где красовалась татуировка из цифр, выведенных изящным шрифтом. Их было шестнадцать, и они переплетались с руническими символами. Так, что не сразу сообразишь, что это цифры.

— Это изображение передаётся из поколения в поколение, — прошептала она. — Не ведаю, что оно означает, но, возможно, поможет?

Я ввёл цифры, и чудо свершилось — передо мной открылось подобие операционной системы, напоминающее древний MS-DOS. Далее я погрузился в её изучение. Похоже, принципы построения операционных систем были схожи даже в иных мирах. Понять и разобраться с управлением я смог довольно быстро. Уже через восемь часов непрерывной работы я примерно понимал, как всё функционирует — словно приоткрыл завесу над древней тайной, скрытой во льдах времени. Завораживающее чувство.

Всё это время Хельга пыталась задавать вопросы о мирах, откуда я прибыл, о жизни за пределами Хеймдраллира, но через час сдалась — я так увлёкся изучением систем, что мне было не до её любопытства. Дабы скрасить её ожидание, вручил ей пирожные, которые поначалу были встречены с опаской, но уже через мгновение исчезли без следа, а на меня уставились огромные синие глаза, полные немого требования добавки. Аэридан же возмутился не на шутку и мысленно предупредил, что, если я дам ей хоть ещё один эклер, он всё расскажет Еве и обязательно приукрасит, будто я с ней ворковал. Вот же зависимый фамильяр! Пришлось выдать пирожки с вишнёвым вареньем — иначе он бы точно нафантазировал лишнего, а мне потом отдуваться.

Разобравшись, я попросил Хельгу позвать мать, которая удалилась к гостям, и как только она вернулась, я приготовился к объяснению.

— Итак, видите эту восьмёрку? — ткнул я пальцем в экран, и она кивнула, склонившись над мерцающим дисплеем. — Это и есть ваш маршрут. Узнаёте местность?

Изображение было схематичным, но она быстро нашла знакомые очертания.

— Да, эта точка, — ткнула она в середину восьмёрки, — там наша... Неважно, мы пересекаем её дважды в год.

— Понятно. Так вот, я могу перевести управление на ручное и научить вас самим задавать курс или же сменить маршрут. Но знаете что? Ваша крепость долго не продержится. Вот эти цифры, — указал я на угол