Голоса времени - Джеймс Грэм Баллард

работу. За окном кабинета управляющего директора мистер Селлингс, как обычно, произносит напутственную речь перед троицей начальников отделов. На улице десятки людей, давних и хорошо знакомых клиентов мистера Годдарда, покупают продукты, отправляют письма, обмениваются слухами.

По ходу развития сцены мистер Годдард постепенно подвигался все ближе к ящику – его интерес привлекли две или три разворачивающиеся сцены. Преимущество наблюдательного пункта заключалось в том, что благодаря некоей странной особенности то ли архитектурной композиции, то ли перспективы он мог рассмотреть едва ли не каждую из миниатюрных фигурок с множества точек и под разными углами. Высокие окна банка позволяли видеть каждого из сидящих за своими столами служащих; форточка в глубине открывала вид на хранилище, ряды депозитных ячеек на полках за решеткой и одного из младших кассиров, развлекающегося чтением бирок. Для наблюдения за широкими этажами универмага было достаточно всего лишь наклонить голову. То же относилось и к магазинам поменьше, состоявшим обычно не более чем из двух помещений, – ему вполне хватало задних окон и форточек. От внимания мистера Годдарда не ускользало ничто. В задних дворах он видел составленные рядами велосипеды, швабры уборщиц в ведрах у подвальных дверей, наполовину полные мусорные баки.

Первая из привлекших внимание мистера Годдарда сцен имела отношение к заведующему складом универмага, мистеру Дюрранту. Мельком просматривая банк, мистер Годдард обнаружил его в кабинете управляющего: подавшись к столу последнего, заведующий складом активно объяснял ему что-то. Обычно Дюррант был среди тех, перед кем горячо распинался мистер Селлингс, так что в банк он мог отправиться только по неотложному делу. Между тем управляющий как будто пытался всячески от него избавиться: отворачивался, перекладывал бумаги на столе. В какой-то момент Дюррант, галстук которого успел сбиться набок, вдруг вышел из себя и сердито повысил голос. Управляющий встретил этот порыв молча и с невеселой улыбкой покачал головой. В конце концов заведующий складом повернулся и направился к двери, но, прежде чем удалиться, бросил на хозяина кабинета укоризненный взгляд.

Выйдя из банка, он, словно позабыв о своих обязанностях в универмаге, решительно зашагал по Хай-стрит. Возле парикмахерской Дюррант остановился, вошел и завернул в кабинку, в которой брили крупного мужчину в клетчатом костюме и зеленой фетровой шляпе на голове. Мистер Годдард наблюдал за ними через застекленный люк в крыше. Человек в кресле, местный букмекер, слушал Дюрранта молча, откинувшись на спинку, а когда заведующий складом закончил говорить, небрежным жестом предложил ему сесть.

Сложив два и два, мистер Годдард с интересом ждал продолжения разговора. Увиденное подкрепляло подозрения, навеянные в последнее время рассеянным поведением заведующего складом.

Однако как только букмекер снял полотенце и поднялся, внимание наблюдателя привлекло нечто более важное.

Непосредственно за универмагом находился небольшой тупик, отделенный от идущего со стороны улицы переулка высокими деревянными воротами. Он был завален упаковочными ящиками и разнообразным мусором, а его дальняя сторона упиралась в заднюю стену ящика, отвесную скалу, поднимающуюся в далекую высь. Застекленные окна грузового лифта выходили во двор и были дополнены на пятом этаже небольшим балкончиком.

Именно этот балкон и привлек внимание мистера Годдарда. Двое мужчин возились там с неким деревянным устройством, в котором можно было распознать раздвижную лестницу. Общими усилиями они подняли ее и с помощью веревок вытянули вдоль стены до точки, находившейся примерно в пятнадцати футах над их головами. Удовольствовавшись достигнутым, мужчины закрепили нижний конец, привязав его к перилам балкона, после чего один из них, раскинув руки и держась за стену, поднялся на самый верх.

Пытаются сбежать из ящика!

Мистер Годдард подался вперед, с изумлением наблюдая за происходящим. От верхней ступеньки лестницы до края ящика оставалось еще семь-восемь дюймов – то есть тридцать-сорок футов для мужчин на балконе, – но их предприимчивость впечатляла. Мистер Годдард замер, наблюдая, как они растягивают канаты.

Где-то далеко пробило полночь. Мистер Годдард посмотрел на часы, затем, не заглядывая больше в ящик, подтянул лампочку к потолку и опустил крышку. Потом поднялся, взял ящик, осторожно убрал его в сейф, закрыл дверцу и, выключив свет, неслышно вышел из комнаты.

На следующий день, в магазине, мистер Годдард совершил свой обычный обход, раздавая неизменные порции дружелюбия и ободрения как продавцам, так и покупателям, в полной мере используя банальные мелочи, ставшие известными ему в результате наблюдений за прошлый вечер. При этом он выискивал взглядом мистера Дюрранта; вмешиваться не хотелось, но его не оставляло чувство, что если жизненные обстоятельства заведующего складом не изменятся решительным образом, его контакты с букмекером приведут в скором времени к трагедии.

За все утро никто на складе Дюрранта не видел, но в начале первого мистер Годдард заметил его у главного входа. Заведующий складом остановился, растерянно огляделся и в глубокой задумчивости побрел между выставочными образцами.

Мистер Годдард вышел и как бы ненароком оказался рядом с ним.

– Чудесный денек, не правда ли? Все уже начинают подумывать об отпуске.

Дюррант рассеянно кивнул, продолжая рассматривать альпинистское снаряжение, выставленное в витрине отдела спортивных товаров.

– Правда? Хорошо.

– Вы ведь куда-то собираетесь? Наверно, как обычно, на юг Франции?

– Что? Нет, не думаю, что мы в этом году куда-то поедем. – Дюррант двинулся дальше, но мистер Годдард не отставал.

– Жаль. По-моему, вы вполне заслужили хороший отпуск за границей. Надеюсь, никаких неприятностей? – Он испытующе посмотрел на заведующего складом. – Если я могу чем-то помочь, вы обязательно скажите. Буду только рад ссудить небольшую сумму. Старику, как я, деньги особенно ни к чему.

Дюррант остановился и задумчиво уставился на него.

– Спасибо, Годдард, – сказал он наконец. – Вы очень добры.

Тот пожал плечами и смущенно улыбнулся.

– Не стесняйтесь. Я, знаете ли, своих всегда поддерживаю. Вы уж извините, но как насчет пятидесяти? Вас устроит?

Дюррант слегка прищурился.

– Очень даже устроит. – Он помолчал, потом негромко спросил: – Это ваше личное решение или Селлингс подсказал?

– Подсказал что?

Дюррант шагнул ближе, сократив разделявшее их расстояние, и в голосе его зазвучали резкие нотки:

– Вы, должно быть, следите за мной уже несколько дней. Вы все обо всех знаете, так, Годдард? И мне чертовски хочется доложить о вас куда следует.

Мистер Годдард отступил. Как же спасти ситуацию? Он вдруг заметил, что они совершенно одни. Люди, останавливавшиеся обычно возле витрин, толпились у входа в переулок за магазином; издалека долетали крики.

– Что там, черт возьми, происходит? – рявкнул Дюррант и, присоединившись к толпе, попытался заглянуть в переулок.

Мистер Годдард поспешно вернулся в магазин. Продавщицы поглядывали в окна и взволнованно перешептывались, а некоторые даже вышли из-за прилавков и собрались у служебного входа