Тень серого дома - Галина Александровна Ивина

понедельник. Термометр в этот день поднялся до безжалостной отметки в тридцать пять градусов. Семиэтажное безликое здание встретило их хмурым взглядом. Люди входили и выходили из больницы и выглядели настолько обыденно и удручающе, что Клим тут же захотел сбежать.

На ресепшене толпилась куча народу. Все суетились и возмущались. Медсестры ходили туда-сюда, пронизывая наполненный холл, словно белоснежные облачка.

Клим обнаружил для себя единственный плюс. В просторных коридорах, пусть и не оснащенных кондиционерами, сохранялась комфортная температура.

В справочной им назвали этаж и номер палаты Августа. Ребята поднялись в большом лифте, битком набитом другими пассажирами. Компанию им составили обычные посетители и медперсонал с подозрительными колбами и контейнерами из нержавеющий стали.

Август лежал в отдельной палате. Пока они шли к нему по длинному коридору, Вита сказала, что родители у него с деньгами и мать всегда выкупает для него лучшее место.

– Изображает, что так заботится о нем, – с презрением заметила она. – Лучше бы мужику своему запретила сына колотить.

Клим вспомнил, что девушки упоминали отчима Августа.

– Где его родной отец?

– Уже лет десять там. – Вита показала пальцем на потолок.

Палата Августа была светлая и просторная. В такой хоть все лето можно прожить. Клим бы точно не отказался переселиться сюда из своего закутка. Но его мать ни один день здесь не проплатит. Обычным следователям подобные привилегии и не снились.

Август лежал в кровати, накрытый теплым одеялом, и, кажется, спал. Вид у него был жалкий. Большая накладка на переносице, раздувшаяся посиневшая скула и забинтованная голова.

Климу стало неловко за то, что злился на него из-за отказа идти на болото. Еще и по телефону наговорил гадостей…

Вита подалась к Лии и прошептала так, что Клим все услышал:

– У него сотрясение и перелом носа…

– Плохо, – сочувственно отозвалась Лия. – Теперь нескоро встанет.

– Чего вы шепчетесь? – раздался слабый, но по-прежнему насмешливый голос Августа. – Я давно не сплю.

Вита обрадовалась его словам, как будто продолжала оставаться его девушкой. Впрочем, и Лия сделалась чрезмерно счастливой. Клим только плотно сжал губы и недовольно выдохнул. Чего они так радуются? Когда ему досталось от «Серой дамы» и от гуля, никого не осчастливило его пробуждение. Августа просто отчим побил… к тому же не в первый раз.

Август с усилием принял сидячее положение. Хмурясь и временами хватаясь за голову, он поинтересовался причиной их посещения и напомнил, что не хотел показываться в таком плачевном состоянии.

– Я знаю, что не просто так, – сразу обозначил он понимание ситуации.

Клим невольно отметил, что он хорошо соображает, хоть и стукнутыми мозгами.

– Ты прав, – признала Вита и быстро объяснила ему то, до чего они додумались.

Август выслушал ее и с подозрением посмотрел на Клима, как будто это была его бестолковая идея явиться в больницу.

– И как вы собираетесь узнать, в каких районах нападал монстр?

– Через больничные карточки пострадавших! – воодушевленно пояснила Лия. – Они хранятся у лечащего врача. Нам осталось попасть в его кабинет.

«Крутой план», по мнению Клима, был весьма посредственным и опасным. Когда он высказал свое мнение, девушки предложили ему придумать что-то самому. С сочинительством планов у Клима было хуже, чем с их критикой, поэтому он с видом оскорбленного непризнанного гения отмахнулся от предложения.

Таким образом, план Лии получил звание «крутой». Заключался он в том, что Август должен прийти в кабинет врача, выманить его в коридор и задержать там минут на пять.

– В больнице десятки врачей, – логично отметил Август, почему-то не спеша отказываться выполнять роль приманки. – Какого именно мне отвлекать?

– Я позвоню и узнаю, – с готовностью отозвалась Вита.

Через минуту она дозвонилась больничному секретарю и представилась журналисткой из городской газеты. Она сказала самым серьезным голосом:

– Я хочу знать, кто занимается пострадавшими с неопределенными причинами их критического состояния. Собираюсь задать врачу пару вопросов.

Договорив, она убрала смартфон в задний карман джиннсовых шортиков и просияла.

– Маргарита Светлова, шестьсот одиннадцатый кабинет.

Клим удивился тому, с каким бесстрашием, граничащим с безрассудством, Август согласился отвлечь Маргариту Светлову. Он попросил лишь об одном – чтобы ему помогли встать с кровати и довели до нужного кабинета.

– А то у меня голова кружится.

Конечно, ему помогли! Ведь другой приманки у них не имелось. Клим бы ни за что не согласился на такую незавидную роль. По его мнению, задача перед Августом стояла слишком сложная. Во всяком случае, он бы точно не справился.

Приятелям пришлось подняться выше. В отличие от первого этажа, на шестом, предназначенном для личных кабинетов врачей, было необычно тихо и спокойно. У Клима возникло ощущение, что из больницы он переметнулся в обычный офис.

Они искали шестьсот одиннадцатый кабинет, отслеживая нумерацию по возрастанию. Добрались до шестьсот седьмого, когда из шестьсот пятого вышла пожилая медсестра. Она посмотрела на них с осуждением и сказала, что пациентам находиться здесь нельзя.

Ребята притворились, что уходят, повернули к лифту и выглянули оттуда – разведать обстановку. Пожилая медсестра ушла дальше по коридору. Перестраховавшись, они дождались, когда она зайдет в другой кабинет, наверное самый дальний, под номером шестьсот пятьдесят, не меньше. Только потом снова отправились на поиски.

Едва они выглянули из своего укрытия, как из шестьсот одиннадцатого кабинета вышла другая медсестра. Молодая и встревоженная, со смартфоном, прижатым к уху. Она шла, жестко отбивая ритм каблуками. За ней плыло эхо ее шагов.

Ребята спрятались, рассчитывая на то, что она, как и предыдущая, пройдет мимо. Но молодая медсестра завернула к ним. Как обычно в нестандартных ситуациях, Клим растерялся и забыл все слова. Однако Виту появление медсестры не сбило с толку.

– Ой, не знаю, кажется, мы ошиблись этажом, – протянула она, с тоской глядя на цифровое табло над кабиной лифта. На нем высвечивалась цифра «2» и не спешила меняться.

– Я говорила, что надо выйти на пятом, – поддержала ее Лия, – но меня никто не послушал. Теперь придется спускаться по лестнице.

Клим заметил, что встревоженная медсестра кинула на них быстрый безучастный взгляд. Убедившись в их безобидности, она полностью погрузилась в разговор с каким-то парнем, приглушенный голос которого он слышал сквозь динамик.

– Уже спускаюсь, только не делай глупостей, – говорила медсестра.

Она выждала паузу, слушая, что ей отвечают. Пока слушала, смотрела на цифровое табло таким взглядом, будто хотела заставить лифт подниматься быстрее.

– Если ты подерешься хоть с одним медбратом, я тебя брошу! – она повысила голос и тут же кинула встревоженный взгляд на стоящего рядом Клима. – Он просто мой друг. Друг!

Наконец дверцы лифта открылись, заканчивая пытку взволнованной медсестры. Вслед за ней никто не зашел, но