Арт 2 - Константин Георгиевич Калбанов

Поэтому я вполне удовлетворился тем, что стащил с пальца пятирангового нападавшего соответствующую «Котомку» и вещи находившиеся в ней. Последние только чтобы не вызвать лишние вопросы по поводу места хранения их бывшим владельцем.

Мы кое-как доехали до постовой станции, где возница наконец приступил к вдумчивому ремонту с помощью местного кузнеца. Дилижанс изрядно выбился из графика, но подобные казусы вполне себе учитывались и такой временной интервал вполне в рамках допустимого. Поэтому к конечной цели нашего путешествия мы прибыли только в первой половине следующего дня.

Сразу видно, что Гайсин расположен вдали от Дикого поля и других разломов. Поганые на такие расстояния не заходят, а обращённых зверей не так много, чтобы город продолжал тесниться в пределах стен. По периметру имеется несколько фортов с постоянными гарнизонами, но это не от зверья или иномирцев, а на случай войны.

Королём городу даровано Магдебургское право. Я что-то такое слышал о подобном в моём мире, но что значит ни в зуб ногой. Ну вот такой я знаток, тут помню, здесь не помню, об этом вообще не слышал, а там в своё время ленился. Вот если в этом мире ознакомлюсь с данным вопросом, тога совсем другое дело. Да и то, к себе домой новые знания в полном объёме унести не смогу. Впрочем, там оно мне и не особо нужно. Как впрочем скорее всего и в другом слое. Больно уж специфические знания.

Основная суть дарованных привилегий заключается в самоуправлении. Город с прилегающими к нему окрестностями являются эдакой автономией, со своим самоуправлением, судом и законами, с главенством королевских. Зато никакие магнаты тут не могут распоряжаться и являются самыми обычными гостями. Причём никакой относительности, именно гости и никаких скидок на влияние в своих землях и королевстве вообще. Власть это та штука, которой никто не любит делиться, и городской совет вовсе не является исключением.

Имеется в городе свои полиция и армия. В смысле, тут квартирует королевский полк, который подчиняется королю, но содержат его за счёт городской казны. И службу он несёт в гарнизоне, занимая форты. Впрочем, совет по ряду вопросов так же может располагать солдатскими штыками.

Гайсин, настоящий рай для наёмников всех мастей. Тут могут скрываться от преследования различные преступники, и убийцы в том числе. И кто бы их ни разыскивал, если розыск объявлен не королевским прокурором, в пределах города, судьбу преступника решал только совет. И только он мог принять решение по выдаче негодяя, или считавшегося таковым.

С одной стороны, столь обширные права способствовали росту промышленного производства и торговли. С другой, обеспечивали постоянный приток нового населения и как результат рост самого города. Время от времени власти выкупали земли у окрестных шляхтичей, расширяя свою территорию. Пришлось даже переносить дальше два форта, а в образовавшемся разрыве строить третий.

В отличии от российских городов здесь турлучных построек не наблюдается и близко, только каменные строения. Или это мне саман не попадался на глаза. Улицы мощёные брусчаткой, никаких булыжных мостовых, не говоря уж о грунтовых.

Признаться, я ожидал враждебных взглядов, но к приезжим отношение вроде как ровное, если только присутствует любопытство, но это нормально. С другой стороны, а могло ли быть иначе, коль скоро действует регулярное сообщение Гайсин-Черкассы. Ведь это свидетельствует о тесных взаимоотношениях, как минимум торговых.

Мы остановились в Гостинице «Красный петух», заняв при этом отдельные номера и вообще, не афишируя наше знакомство. Понимаю Светлакова, мало ли сколько раз ему ещё предстоит посещать этот город по служебной надобности. Я же мог засветиться тут настолько сильно, что в будущем это составит для него сложности. Запомнить же мою внешность проще простого. Шрам бросался в глаза настолько, что все взоры невольно останавливались на мне.

— Ну, что, Роман Тимофеевич, пляшите, — тайком ввалившись ночью в мою комнату, потёр руки дознатчик.

— Вы обнаружили Чесляка? — тут же сделал стойку я.

— Мало того, я знаю, где он будет в самое ближайшее время, — хмыкнул тот.

— Я весь внимание.

— В десяти верстах от города есть имение принадлежащее некоей Катажине Павляк, вдове тридцати лет отроду, на которую положил глаз пан Чесляк. Ему тридцать пять, самое время задуматься о старости. Тем паче, что став землевладельцем он может продолжить своё прежнее ремесло и брать заказы.

— И вам стало известно когда он поедет к ней в гости?

— Разумеется. Ведь мы сами вызовем его к ней. Как думаете, сумеете подделать её почерк? Или это выше ваших правил и чести?

— Правила чести применимы к тем, кто сам им следует. Если бьёшь подло исподтишка, будь готов получить той же монетой.

— Красиво сказано, — удовлетворённо кивнул Светлаков.

После чего выложил передо мной сложенный лист бумаги. Я развернул его и увидел, что тот исписан аккуратным убористым почерком. Я тут же присел к столу и вооружился писчими принадлежностями, сначала попробовал на сухую, потом макнул перо в чернила и начал выводить слова, подражая женскому почерку.

Поначалу выходило вроде и похоже, и в то же время существенно отличаясь от оригинала. Но вскоре начало получаться всё лучше и лучше. Через час, изведя прорву бумаги, я сумел написать копию письма, отличающуюся от оригинала только качеством бумаги, и свежестью чернил. Светлаков взял оба экземпляра, тщательно сличил их, а через несколько минут восхищённо покачал головой.

— Просто невероятно. Если когда-нибудь пожелаете поступить на службу к князю Глинскому, знайте, Суханов, мой начальник, вцепится в вас руками и ногами.

— Вот уж чего я делать не собираюсь ни при каких обстоятельствах. Только минимальный срок на императорской службе. Предпочитаю быть свободным от каких бы то ни было обязательств, за исключением присяги государю.

— Полагаете, что такое возможно? — хмыкнул дознатчик.

— Взнуздать можно любого, и я не исключение. Вот только стоит ли овчинка выделки, — глядя ему прямо в глаза, твёрдо произнёс я.

— Смотрю я на вас, Роман Тимофеевич, и меня не отпускает чувство, что передо мной не недоросль, а взрослый муж. Больно уж по-особому вы держитесь.

— Князь Игорь в пятнадцать лет водил полки против булгар, да бил их в хвост и в гриву, — подмигнул я.

— И таких исторических фактов немало, — кивнув согласился Светлаков.

— Ну вот видите.

— Только в исторических хрониках не поминаются дядьки, воеводы и полковники, что были за спинами