Зверолов. Том 2 - Александр Валентинович Рудазов

по своей биологической программе в составе группы, либо ищет группу, к которой может примкнуть. Вне группы они ни секунды не остаются в покое — инстинкт требует срочно влиться в какой-нибудь коллектив, и особь мчится в поисках оного куда глаза глядят. Не спит и не ест, пока не найдет себе товарищей — и многие в таких поисках умирают от голода и усталости.

Конечно, консортик тоже внешне оставался спокоен. Но только потому, что консортики и не способны передвигаться. А этот жук-гоблин… кажется, это какой-то аномальный субъект.

На следующий день всех пойманных жуков-гоблинов собирались развезти обратно по их ульям, чтобы те не погибли. Но к удивлению Трооста, этого не потребовалось — и все благодаря аномальному. Получивший с легкой руки Иржичковой кличку Троцкий, жук-гоблин на закате вышел из оцепенения и… принялся командовать остальными.

Жуки-гоблины собрались вокруг и тоже на какое-то время впали в оцепенение. Потом вышли из него и очень слаженно, явно в составе новой группы, принялись выкапывать из земли консортика.

Троост им не препятствовал, но наблюдал очень внимательно. Когда жуки-гоблины дружно подняли это растение-актинию и повлекли куда-то прочь от «Нимрода», за ними последовали дроны-разведчики.

Теперь жуки-гоблины действовали уверенно, не паникуя. Двое отделились от остальных и изучали местность, еще трое стали фуражирами, а семеро остальных тащили консортика. Они двигались так целые сутки и прошли в общем счете пятьдесят семь километров, остановившись лишь в небольшой, усеянной скалоподобными образованиями низине, которая пришлась им по душе. Здесь двое жуков-гоблинов стали заботиться о консортике, еще шестеро занялись строительством, а остальные принялись спариваться.

Троост остался очень доволен. Судя по всему, эксперимент увенчался успехом, он стал свидетелем зарождения нового улья. Зверолов скрупулезно зафиксировал каждую деталь и подробно описал все случившееся. Консортологи этим очень заинтересуются.

Однако сообщать им Троост пока не стал. Он ведь не разрешил загадку. Улей образовался совсем не так, как он предполагал, ключевой фигурой стал вовсе не консортик.

— … Здравствуйте, Росси, — сказал зверолов, когда в его допреальности появился убеленный сединами старец в легких, струящихся одеяниях. — У вас найдется пара минут?

Эмилио Росси благосклонно кивнул. Ведущий консортолог ЕСС жил и работал на Шеоле почти пятьдесят лет и за это время лишь дважды летал на Землю. Его бесконечно увлекали ульи этой уникальной совокупности жизнеформ, и на его долю приходилась добрая половина открытий в этой молодой науке.

— Меня интересует улей на широте минус четырнадцать и долготе сто семьдесят пять, — сказал Троост.

— Улей 137, — кивнул Росси, промедлив самую малость. — Да, есть такой. Средних размеров, двадцать один вид. Ничем не выделяется. Вас интересует что-то определенное?

— За ним велось наблюдение? Не замечалось ли чего-нибудь необычного?

— Как я вам только что сказал, он ничем не выделяется, — терпеливо ответил консортолог. — Открыт и занесен в базу данных в 2426 году, присвоен порядковый номер сто тридцать семь. Зафиксирован двадцать один вид, уникальных нет. Вы обнаружили что-то такое, о чем мне следует знать?

— Возможно, кое-что, — неопределенно произнес Троост. — Я пока не уверен, это может оказаться случайной аномалией. С вашего позволения, я проведу еще несколько тестов, и если мои наблюдения подтвердятся — немедленно вам сообщу.

— А вы умеете заинтриговать, — сказал Росси. — Хорошо, буду ждать с нетерпением.

Престарелый консортолог исчез из допреальности Трооста, и тот снова углубился в изучение данных по улью 137. Все было в открытом доступе, и с Росси зверолов связался только на всякий случай — узнать, нет ли чего-нибудь, что в инфосеть не попало.

Какое-то время он размышлял. Можно продолжать эксперименты, теперь конкретно на обитателях улья 137. Привезти консортика оттуда, понаблюдать. Но делать это придется вручную — консортики, в отличие от жуков-гоблинов, наружу не вылезают, а внутри улья любой дрон сразу будет атакован.

На большинстве других планет такая проблема не возникает. Дроны-разведчики крохотные и неаппетитные, их не воспринимают как добычу или угрозу, хотя порой и глотают просто по случайности, путая с планктоном или насекомыми. Дроны-охотники же — очень умные и надежные машины, повредить которые способно только особо крупное или сильное животное.

Но обитатели ульев Шеола реагируют на тех и других крайне агрессивно, и атакуют, едва обнаруживают, так что охотиться чрезвычайно трудно. Феромонная защита не помогает, этим существам все равно что-то не нравится в земных машинах.

Другое дело — люди и, как оказалось, серраны. Уже на следующий день средний флаер «Нимрода» приземлился неподалеку от улья 137. Тот действительно ничем не выделялся на общем фоне. На деревьях-волосках висели установленные землянами системы наблюдения, но было их не очень много, потому что на Шеоле пятьсот сорок ульев консортиков — а ведь не исключено, что есть еще и необнаруженные.

Вряд ли, впрочем. Консортики — это не муравьи, их ульи размером с маленькие города, и большая часть была нанесена на карту еще в первое десятилетие изучения Шеола. Последний был найден семь лет назад, и то его пропустили только потому, что он расположен в узкой расселине и не виден с воздуха.

Урс Таркас остался дежурить во флаере. А Троост, Стувейра и на этот раз еще и Иржичкова зашагали по вязкой, густой массе, которая на Шеоле играет роль земли. Вокруг таскали всякий мусор жуки-гоблины, возводили какую-то постройку слюнодувы и волокли куски мертвого тяни-толкая мясорезы. Улей 137 находится неподалеку от полярных степей, и его фуражиры часто добывают колесников.

— Что будем делать? — осведомилась Стувейра. — Опять полоть сорняки?

— Да… — рассеянно ответил Троост, проходя мимо панцирных стражей. — И немного осмотримся. Надо выяснить, был ли аномалией тот жук-гоблин или что-то аномальное есть в самом улье.

— Возможно, все жуки-гоблины имеют шанс стать офицерами, — предположила Иржичкова. — Ведь это же так работает в других сообществах Шеола.

— Не совсем… но мы примем это в качестве рабочей гипотезы.

Других объяснений пока и не было — изнутри улей 137 выглядел точно так же, как все остальные. Они у консортиков не идентичны — ульи разбросаны по всей планете, так что немного различаются в зависимости от рельефа, климата и окружающей фауны.

Но не слишком сильно, поскольку природные условия Шеола не так разнообразны, как на Земле или Осоре. Если не считать покрытых «хитином» полярных шапок, где ульев консортиков нет, почти весь Шеол представляет собой однородный субстрат.

В улье 137 не было жуков-дилеров и некоторых других