Atomic Heart. Миссия ХРАЗ - Харальд Хорф

— Вывод тут простой, — усмехнулся Нечаев. — Нам всем очень повезло, что ХРАЗ не рискнул убивать Сеченова, а лишь упрятал его в цифровой зиндан.

— ХРАЗ бы убил Сеченова без колебаний. — Блесна покачала головой. — Он создан из ДНК убийц, садистов и прочих маньяков. Для него человеческая жизнь ничего не стоит. Зато своя — очень даже! Кто-то или что-то не позволило ему убить Сеченова.

— Думаешь, это та же неизвестная сила, которая вернула тебе личность? — П-3 скользнул взглядом по небольшой вмятине на груди Блесны, оставшейся от удара вражеского робота. Вмятина неторопливо исчезала, выравниваясь изнутри.

— Думаю, да, — кивнула Блесна. — Больше некому.

— Почему же этот некто не оторвал ХРАЗу башку? — насупился П-3. — Раз он такой всемогущий, мог бы одним ударом всё закончить! Ну или хотя бы помог нам хоть чем-нибудь!

— Хватит спрашивать это у меня каждый день, хорошо, любимый? — Блесна сделала комичный жест, словно мультяшка, не знающая ответа на вопрос из области квантовой физики. — Спросишь у него сам, если когда-нибудь встретишь!

— Встретишь его, как же! — хмуро пробурчал Нечаев, беря оружие на изготовку. — Я столько не проживу. Если только на том свете!

— Хватит уже, а? — совсем по-человечески вздохнула стальная балерина. — Что ты к нему прицепился? Если бы не он, ты так бы и бегал за пряниками по Лимбо, а я считала себя роботом.

— Ладно, идём дальше, — сдался П-3. — На этот раз ХРАЗу далеко не уйти. Центр управления «Волной» находится в следующем отсеке. Оттуда бежать некуда.

— Это меня немного настораживает, — призналась Блесна, пропуская Нечаева вперёд. — Почему он не попытался удрать с острова?

После участившихся атак ХРАЗа в спину стальная балерина начала двигаться в арьергарде их маленького отряда. Это принесло результат: крайний раз чёрная балерина появилась из люка потолочной вентиляции, выпрыгивая в тылу у П-3, но столкнулась с близняшкой и ничего не смогла сделать. Эффект внезапности был утерян, и ХРАЗу пришлось срочно отступать так же, как пришёл. Чёрная балерина запрыгнула в вентиляционную шахту и взорвала её за собой, отгородившись от возможной погони. С того момента Блесна страховала тыл Нечаеву постоянно.

— Странно, что ХРАЗ до сих пор не взломал эти ваши протоколы внутриличностной безопасности. — П-3 перемещался по финальному отрезку минус третьего этажа, приближаясь к последнему его отсеку. — Он же теперь Властелин «Коллектива», почему он ничего не может сделать с какой-то там программой?

— С программой он может сделать всё что угодно. Поэтому моя близняшка его и слушается. — Блесна резко развернулась в сторону бокового прохода и ударила налобным лазером. Луч перерезал пополам чёрного «Вовчика», изготовившегося за углом для атаки, и две половины робота с тупым грохотом попадали на пол.

— Вот только мой мозг — это не программа, — продолжила стальная балерина, лёгкими шагами догоняя П-3. — Взломать его ХРАЗ не может.

— Ты имеешь в виду свой нейрополимерный ИИ? — не понял П-3.

— Я имею в виду свой настоящий биологический мозг, — терпеливо объяснила Блесна. — Живую ткань с нейронами, синапсами и всем прочим! Если ты помнишь, любимый, то я вообще-то не робот! Я живой человек в теле робота!

— Ну прости. — Нечаев насупился. — Не хотел тебя обидеть. Я помню, помню! Только, если честно, ни хрена не понимаю. Про какой живой мозг ты говоришь? Когда ты сидела у меня в Нейроперчатке, ты находилась внутри Нейпрополимерного ИИ, я достал его из разбитой балерины, из этой самой, в которой ты сейчас! Хочешь сказать, что твой мозг всё это время находился в её голове?! И мы вот так вот запросто оставили его валяться там, в кабинете Сеченова?

— Не всё так просто, любимый. — Блесна окинула пристальным взглядом двухметровый блин стального люка, запирающего вход в последний отсек. — Человеческий мозг невозможно пересадить в нейрополимер. Как существуют ХРАЗ и Сеченов, для меня загадка. Какое-то объяснение есть, но я далека от его понимания.

— Погоди... — Нечаев остановился у массивного люка и посмотрел на жену: — Хочешь сказать, что этот нейрополимерный ИИ, внутри которого ты сейчас находишься, — это не твой мозг?

— Не мой, — подтвердила Блесна. — Это вообще не мозг. Это нейрополимерный ИИ робота, ты всё правильно говоришь. И во второй близняшке находится точно такой же нейрополимерный ИИ, который сейчас во власти ХРАЗа. Но не на все сто процентов. Потому что Сеченов создавал этот ИИ индивидуально под мою ДНК. И агрессивный Массив ХРАЗа в него не вписывается.

— Ничего не понимаю, — признался П-3. — Можешь объяснить попроще? Для самых одарённых?

— Пожалуйста, любимый! — хихикнула Блесна. — Живой мозг скопировать нельзя. Что угодно можно, а мозг — нет. Поэтому Сеченов, когда понял, что не может спасти меня на операционном столе, спас только мой мозг. И поместил его в специальные условия. Это некое секретное хранилище, личный тайник Сеченова, даже я не знаю, где находится. Технология, которую он разрабатывал, чтобы научиться спасать таких, как мы с тобой, ещё не завершена. Поэтому моё сознание фактически находилось в забытьи. Но моя рефлекторика, подкорковые центры, моторика — всё функционировало. И Сеченов связал их со специально изготовленным под мою ДНК нейрополимерным ИИ, который поместил в двух роботов-близнецов. Все эти годы я не ощущала себя человеком, но видела, слышала и фиксировала всё, к чему имела отношение. Теперь, когда некто вернул мне сознание, я делаю всё то же самое, только осмысленно и по своей воле. Так понятно?

— Так гораздо лучше, — оценил Нечаев, стуча прикладом по стальной плите люка. — Толстая хрень, не меньше полуметра... Руками не выдернешь... То есть ты управляешь балериной дистанционно? Даже там, в Нептуне, под водой? И здесь, под землёй? И сигнал не теряется?

— Мой мозг находится в нейрополимерной оболочке, идентичной по составу нейрополимерному ИИ балерин-близнецов. — Блесна сделала пару шагов назад и обернулась к Нечаеву: — Отойди-ка от люка, любимый!

П-3 отошел в сторону, и стальная балерина, изящно изогнувшись, вновь активировала налобный лазер. Луч упёрся в стальную плиту бронедвери и принялся прожигать в нём вход.

— Мозг передаёт биологический сигнал нейрополимерной оболочке, та переводит его в волновые колебания Массива, — продолжила объяснения Блесна, неторопливо выжигая в люке овал размером с человеческий рост. — Массив мгновенно распространяет эти колебания по всему «Коллективу». В результате мой сигнал столь же мгновенно достигает нейрополимерного ИИ, находящегося в голове робота-балерины везде, где есть Массив. А он есть везде, где есть роботы.

— Но ведь у нас на пальцах кольца! — снова не понял Нечаев. — Мы с тобой носим бета-коннекторы! «Коллектив» нас не видит!

— Не видит, — с хитрецой подтвердила Блесна. — Но это не значит, что нас нет! Он не видит наших сигналов, но они никуда не делись и по-прежнему существуют.

— То есть если эту тебя-балерину поместить куда-нибудь под землю, на глубину в десяток километров, да ещё так, чтобы нигде не было роботов, балерина отключится? — глубокомысленно теоретизировал Нечаев. — Так, что ли?

— Так. — Блесна прожгла половину