"Фантастика 2025-23". Компиляция. Книги 1-21 - Евгений Дес

горько усмехнулся. – Я обезумел, когда узнал, что она сбежала и затаилась, не желая меня видеть. Знакомо ли тебе чувство, когда от отчаяния готов на многие ужасные поступки, чтобы заполнить ту темноту в душе, что сжирала с каждым днем все сильнее? Знакомо ли чувство одержимости, от которого нет спасения? Именно это испытывал к ней. Но, видимо, я не умею должно любить. Днем искал ее, уничтожал все, что попадалось на моем пути, а ночью убивал, чтобы заглушить рвущуюся наружу боль. Ощущая беспомощность и страх других, напитывался этими эмоциями на жалкие часы, чувствуя себя живым. Убивая, я существовал. Терзая, воскресал. Я не жалею ни об одной загубленной душе.

– Я знаю. Бальтаза́р, можешь еще бесчисленное количество раз пытаться вернуть себе власть и могущество, но когда поймешь, что все это бесполезно, перестанешь бороться. Ты уже готов сдаться, но что-то продолжает заставлять цепляться за воспоминания. Алке́ста не виновата, что ты выбрал другой путь. Она не виновата в том, что тебе ближе хаос, разрушения и смерти. Не таким Высшим хотели бы видеть тебя мойры.

– Мойры, – устало усмехнулся отступник, – кому есть до них дело? Три старухи, сгинувшие в пещере и заснувшие беспробудным сном.

Я промолчала. Не хотела говорить о том, что Кло́то – мойра, отвечающая за настоящее, – начала пробуждаться. Демон тем временем продолжал вести монолог.

– Боги, что погрязли в бессмысленной войне, не обращали внимания на то, что творится на континентах. С них все началось, ими же все и закончится, ведь таковы были последние слова мойр? Я ненавидел богов, ненавидел Зевса, что раскидывался магией так, будто ее было с избытком. Они пожирали друг друга, давясь и смакуя каждый кусок.

– Но зачем тогда ты пошел на сделку с Зевсом?

– Ты-то откуда знаешь?

– Я всегда нахожусь там, где отчаяние и страх, боль и желание покинуть этот мир. На Олимпе этих эмоций с избытком. Но пройдет немало лет, прежде чем все чувства богов захлопнутся на замок. Я приду за каждым из них и заставлю поплатиться за все грехи и хаос, что они сеяли на небесах и земле.

– Какая ты самоуверенная и отчаянная… мне даже начало казаться, будто что-то человеческое в тебе еще осталось.

– Пора, – в ответ лишь произнесла я, изрядно устав от исповеди демона.

– Нет, – выпалил Бальтаза́р, опомнившись, и отполз назад в жалких попытках спастись.

– Мне плевать на твои желания, равно как и тебе было все равно на жизнь других существ. Ты станешь моим главным трофеем, Бальтаза́р, что будет украшать Подземное царство. Твоя душа растворится в Забвении, омоется кровью, очищая от грехов.

– Я не готов… не сейчас…

– Мне плевать.

Выпрямившись, я подхватила с земли косу и замахнулась, рассекая воздух. Голова Михаэля, в теле которого был демон, отлетела в сторону, подпрыгивая, словно мячик. Бальтаза́р не был готов к подобному – ни одна эмоция не мелькнула на лице мужчины, лишь отрешенность, граничащая с меланхолией. Золотистая нить души демона, окрашенная в тонкую сеточку багрово-темного оттенка, взмыла вверх и, извиваясь, устремилась прочь в попытке спастись. Я выкинула ладонь вперед, схватив ее, и потянула на себя, чувствуя, как сопротивляется сущность отступника. Нить души натягивалась и трещала, пытаясь вырваться, но я лишь сильнее сжала кулак и резко дернула ее на себя. Услышала, как пронзительный крик, полный боли и отчаяния, эхом прокатился по поляне. Нить души пыталась сопротивляться, но с каждым движением и рывком ее силы истончались. Я осторожно крутила кулаком, наматывая и укрощая. Когда она полностью оказалась в моей ладони, наклонилась и прошептала:

– Твой сын мог бы тобой гордиться, но ты, как трус, решил сбежать. Обещаю, я не расскажу ему о позорном прошлом отца, только если он сам не захочет узнать об этом.

Нить заискрилась и зашипела. Я лишь тихо засмеялась и, замахнувшись косой, призвала драконов, что смиренно стояли вокруг.

– Пировать.

Зеленый свет отразился в глазах существ. Щелкнув пастью, драконы как один бросились на то, что осталось от тела Михаэля, и начали пожирать его плоть, борясь друг с другом за каждый кусок.

Глава 42

Селестия

Спаси правителя и освободи душу и тело от яда, что медленно будет отравлять тебя.

Когда мы долетели до сердца континента, откуда огненным потоком вырывалась наружу лава, я прикусила губу, увидев истерзанное тело Михаэля. Не дожидаясь, когда дракон приземлится, спрыгнула на землю. Пробираясь сквозь лаву, которая на огромной скорости неслась вниз, не причиняя вреда, я делала мучительные шаги на пути к Михаэлю.

Цепляясь за застывшие породы под лавой, я доползла до возлюбленного, стирая колени. Когда до него осталось не больше метра, рухнула и закричала, срывая голос. Тело правителя вывернулось под страшным углом, руки и ноги изломленными конечностями безвольно лежали, кожа была покрыта множеством уродливых ран, которые местами кровоточили.

Дрожащей рукой провела по щеке мужчины и всхлипнула, услышав тихий стон. Я начала озираться в поисках чего-то, что могло бы помочь правителю, но на много миль над головой простирался лишь небосвод, а землю огненным одеянием укрывала лава. Янтарный дракон стоял чуть поодаль, смиренно сложив крылья и глядя куда-то в сторону. Когда я разрыдалась, пытаясь поднять Михаэля, существо повернуло морду и помотало головой, подтверждая, как ничтожны мои попытки увести возлюбленного от сердца континента.

– Сделай что-нибудь! – выкрикнула я, давясь слезами, но дракон лишь отвернулся и выпустил облако пара.

Я призвала магию природы в попытках воссоздать что-то наподобие настила, который смог бы доставить Михаэля до дворца, но с ужасом осознала, что не могу. Все живое, что оставалось на континенте, – все растения и деревья, что даровали силу дриадам, – было сожжено огнем. Взывать пламя было слишком рискованно: я не могла знать, как отреагирует на него ослабленное тело Михаэля, зависшее между жизнью и смертью. Выругавшись сквозь слезы, подхватила возлюбленного под грудь и, сидя на коленях, попыталась стащить его с места, но лишь рухнула спиной в лаву.

Слабый рык и удары, будто от клюки, послышались откуда-то из-за спины. Обернувшись, я испытала облегчение, увидев приближающуюся Неолину. Вокруг ведуньи образовался шарообразный купол, который не позволял огню и лаве принести женщине вред. На плечах ведуньи был плотно повязан платок, где с кончиков свисали небольшие кисточки, напоминающие овечью шерсть. Так вот как жители континента спасали себя и свои дома от разрушающего пламени – использовали магию отрантусов – диких овец. В их шерсти таились небольшие сгустки, помогающие уберечь все живое.

– Неолина! – выкрикнула я и