"Фантастика 2026-191". Компиляция. Книги 1-41 - Александр Фрост

твой, когда новый корабль принимал, как его гонял? Тут, можно сказать, жизнь решается, а ты кидаешься вслепую. Может, вам лучше годик любовниками побыть? Куда торопишься? Получите вы друг друга, томление любовное избудете, а там и решите, надо ли вам рядом по жизни идти? Вот у нас с Вуко…

– А теперь любовь прошла?

Женщина вздохнула.

– Того кружения уж нет… Но мы подходим друг другу. И в жизни подходим, и в постели. Так что подумай хорошенько…

– Поздно уже думать, – махнула рукой Лада. – Может, вы и правы, но у нас уже день назначен, и сейчас мне тащить его в постель будет… странно. Он, действительно, хороший, добрый… а дальше – как судьба!

– Ну, раз судьба… – Мирьяна сняла ожерельице и надела на девичью шею. – Настоящее, старинное… Мне его бабка подарила и сказала, что от той, которая его носит, суженый не уйдёт. У меня дочки нет, пусть тебе будет.

– Как же вы без него?

– Так от меня уже не ушёл, права была старушка. Ты только на улицу в нём не бегай, замочек слабый. Или носи дома, как я, или ювелиру отдай, чтобы новый сделал…

– Смурной ты сегодня какой-то… – Доневич-старший испытующе посмотрел на будущего зятя, когда после застолья мужчины снова отправились в кабинет (сильно сдавший в последние годы Келечич и его жена уехали домой), а дамы, утомившись по хозяйству, пошли спать.

– Начальство вызвало на ковёр, – с кислой миной подтвердил Зленовац. – И обсуждали – не поверишь – тебя!

– Которое из двух? – уточнил Лабутиц, и Радо возгордился собственной проницательностью. Сразу ведь подумал: пещерная внешность генерала обманчива. Из всех военных лишь он не забыл, что товарищ Горан подчиняется и престарелому главе Вендии, и зампреду союзной партии по идеологии.

– Яншич, – судя по блеснувшим глазам, Зленовац вопрос тоже оценил. – Сообщил, что до недавнего времени считал меня своей правой рукой. И даже после конференции на «Победе», где собрались замшелые консерваторы, не признающие нового мышления, не изменил своего мнения. Но скандальный брак с дочерью одного из столпов реакции, да ещё и столь юной, не оставляет иного выхода… В общем, вместо меня на повышение берут Ежвана.

Печальную речь перебил громкий кашель. Поперхнувшийся виньяком Радо долго не мог остановиться и пришёл в себя, лишь когда могучий кулак генерала от души врезался между лопаток. Ежван был тот самый любитель сладких мальчишеских попок, которого год назад взяли в борделе. Вставить его фамилию в статью тогда не удалось – выходит, именно товарищ Богуслав его и прикрыл? Значит, женитьба на молоденькой девушке главного идеолога Народного Союза возмущает, а визиты в бордель к юнцам школьного возраста – вполне устраивают? Как интересно! Яншич по борделям не ходит, положение не то, но вот узнать бы, кого доставляют к нему на дачу тёмными вечерами… Будет что обсудить с Ранковацем и Соколом. А Лабутиц-то с чего ржёт?

– Однако мы, выходит, товарищи по несчастью! – разъяснил генерал, отсмеявшись. – Только ты за свой роман пострадал, а я за чужой. Старшенький-то мой закрутил роман не с кем-нибудь, а с дочкой самого Амнева. Вот и сочли тоже… нездоровой семейственностью.

Доневич заковыристо выругался, а Радо снова поздравил себя с ценной информацией. Трвено Амнев – глава Тогтареи, и, если он породнится с Лабутичем… очень любопытная комбинация получится!

– Наверное, боятся, что отделитесь со всеми запасами экзеприя, – хмыкнул Велько. – Тем более, вы и родом с Тогтареи, абориген, можно сказать…

– Из аборигенов у них одни мамонты, носороги волосатые да пещерные обезьяны, а им летучка без надобности! – возразил отец. – Я ещё понимаю – хонорцы! Они в старые времена своё государство имели, язык свой, хоть и похож на наш… Но тогтарейцы же все из Вендии переселились. Это как самим от себя отделяться!

– Эх, раскусила меня Лада! – Судя по жизнерадостному гоготу, Лабутиц о несостоявшемся назначении ничуть не грустил. – Как раз собирался провозгласить себя потомком угнетённых обезьянцев и восстать, но вот разнюхали и к вам перевели!

– Странно выходит… – Зленовац говорил спокойно, но чувствовалось, что разозлился он не на шутку. – У меня нездоровая семейственность, у вашего сына – тоже, а у некоторых, наоборот, очень даже здоровая. Мне товарищ с Невриды прислал аналитическую записку, так там иные джалнутские города просто семейные поместья какие-то. И не только джалнутские: в Чёрнопартизанске, например, четверо из пяти жителей венды, но правит им чернокожая семья Кондоле. Однако стоило ему об этом заикнуться, как приказали молчать и не лезть не в своё дело…

– Дядя Вукован, а вы у нас на какой должности служить будете, если не секрет? – сменил скользкую тему Велемир.

– Секрет, конечно! – решительно отрезал генерал и, выдержав паузу, делано-небрежно бросил: – Послезавтра принимаю гвардейскую десантную.

Тут уже матюкнулись оба Доневича, причём восхищенно: гвардейская десантная дивизия считалась старейшей и самой прославленной в Союзе. Ещё на второй год партизанской войны с хинтерландскими оккупантами маршал Кордич создал из лучших бойцов ударный отряд для особо рискованных операций. Отряд вырос в полк, затем в дивизию. Именно его бойцы первыми высаживались на Тогтарею и Хонор. И одиннадцать лет назад среди войск, готовившихся к высадке на Джалну, на транспорты погрузился один из её полков.

Наблюдая, как вице-адмирал извлекает из закромов особую бутылку, и украдкой глотая алказин, Нишич думал о менее известных делах гвардейцев. Именно их, наряду с частями госбезопасности, привлекали к приведению в чувство особо лихих партизанских командиров. Из тех, что возомнили себя самостийными князьями, а свои отряды – дружиной для сбора дани с мужичков. Может, товарищ Грдамич опасается столичных военачальников и решил поставить во главе гвардии провинциала без связей в Светлоградово? А из предложенных кандидатур выбрал генерала с самой тупой и зверской рожей?

К тому же выводу пришёл и Зленовац. Однако он ещё помнил, что Амнев в молодости работал с нынешним главой Союза в министерстве финансов и считается членом председательской команды. Выходит, вождь опасается его связки с генералом на Тогтарее, но в то же время считает, что по отдельности обоим доверять можно?

Логика тут есть, но и Хрноевич, поссорившись с престарелыми вояками из бывших партизан, перевёл в столицу несколько молодых генералов и адмиралов. Старейшина Союзного Веча был уверен, что его выдвиженцы в случае чего поддержат своего благодетеля, однако жестоко ошибся. Прочтя приказ министра обороны о том, что Неманя смещён и выполнение его распоряжений является мятежом, все военные объявили о безоговорочном подчинении командованию. Иного и быть не могло. Проверяя провинциальных вояк по заданию Хрноевича, госбезопасность и специально присланные чиновники выбирали самых дисциплининрованных и не склонных к авантюрам.

Зленовацу ли