Обратный отсчет - Токацин

если мои надежды на Хольгера оправдаются — будет очень полезна в вашей работе, — ответил куратор, пристально глядя на химика. — Не беспокойтесь, вы успеете побывать за порталом. Возможно, даже построите ещё несколько. Гедимин, ваши замечания по работе?

— Меня не допустили к сборке активной зоны, — сердито сощурился ремонтник. — А у рабочих отсека недостаточно надёжные скафандры. Их нельзя подпускать к ирренцию.

— Как вы недооцениваете работу Кумалы, — едва заметно усмехнулся Ассархаддон. — Вспомните, в чём вы сами работали с ирренцием. Я уверен — всё пройдёт гладко… Ваша очередь, Линкен.

— Мне сказать нечего, — взрывник широко ухмыльнулся. — Мне нравится эта работа.

— Рад слышать, — отозвался куратор. — А вам, Константин?

— У меня нет замечаний, — сухо ответил бывший командир и снова уткнулся взглядом в стол.

— Тоже неплохо, — кивнул Ассархаддон. — Мы будем часто встречаться — иногда здесь, иногда в рабочих блоках. Держите меня в курсе, если что-то случится. Я отслеживаю ситуацию, но что-то существенное может ускользнуть от моего внимания. Не стесняйтесь выходить на связь.

… «Движение: неподвижный относительно центра Солнечной Системы, а также системы Вендана. Взаимодействие с другими объектами: отсутствует. Параметры…»

Гедимин думал раньше, что привык к странным вещам, но сейчас, читая краткое описание портала на орбите Сатурна, он то и дело останавливался, растерянно хмыкал и думал, не снится ли ему всё это. «Портал. Настоящий. В другую галактику. Даже известно название системы. Даже высаживались на планеты. И еле унесли ноги от патрульного крейсера. Сожги меня пучок нейтронов…» — он безнадёжно покачал головой и вернулся к чтению. Шёл второй час предполагаемого ночного сна, но спать сармат и не думал. Стоило закрыть глаза, как перед внутренним взором всплывала схема системы Вендана — и ближайшая к звезде планета под названием Ириен, серая и блестящая, пропитанная ирренцием насквозь.

16 декабря 39 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база «Геката»

Из недолгой дремоты Гедимин был вырван дребезжанием под потолком — здесь, в Ядерном блоке, поостереглись ставить вместо сигнала подъёма вой сирены, ограничились более противным звуком без нежелательных ассоциаций. Сармат выбрался из-под одеяла, недовольно щурясь, — лёг он, по ощущениям, минут пять назад, по часам — пятнадцать. Перед глазами до сих пор стоял привидевшийся «реактор» — пещера с тысячами сталактитов и сталагмитов, пропитанных ирренцием до набора критической массы. «До чего красиво светится…» — подумал Гедимин, отгоняя непрошеное видение, и, на ходу отхлебнув из контейнера с Би-плазмой, влез в скафандр. Ярусом ниже его ждало менее зрелищное свечение — но вполне реальный реактор, а из сорока девяти стержней для него был готов только один. «Глупо передоверять работу неопытной бригаде,» — подумал сармат, на время выкинув из головы Ириен и его предполагаемые красоты. «Так действительно пройдут все сроки. Надеюсь, сегодня рабочие хоть немного расшевелятся…»

Выйдя из комнаты, он едва не сбил с ног какой-то силуэт в экзоскелете, — еле успел остановиться и шагнуть в сторону. На него, сердито щурясь, смотрел Стивен Марци. Ещё двое охранников обменивались жестами со второй парой — она охраняла комнату Гедимина ночью и сейчас уходила с поста. Пересменка заняла несколько секунд. Гедимин вежливо ждал, но его взгляд был прикован к открытому люку Вертикали.

— Идём? — спросил он, увидев, что охранники запечатывают комнату и встают у него за спиной. Стивен поморщился и ткнул пальцем в наручный передатчик.

— Политинформация через пять минут. Почему ещё не там? Пойдёшь с нами.

Гедимин мигнул, ещё раз восстановил в памяти расписание работы, вывешенное в реакторном отсеке, — ни о каких политинформациях там речи не шло. Тут же ему вспомнился информаторий «Шибальбы», запись обращения Саргона и полубезумный взгляд самого правителя, пожираемого эа-мутацией изнутри… Гедимина передёрнуло, и он, аккуратно отодвинув экзоскелетчика, шагнул к люку.

— Меня ждут внизу.

Стивен вцепился в его плечо и рванул его назад, да так, что металлическая «ладонь» заскрежетала о броню.

— Делай, что сказано! Это приказ координатора Маркуса!

Гедимин, развернувшись боком к охраннику, крепко взял его «руку» и резко отвёл в сторону. Краем глаза он видел неглубокие царапины на плече — тонкие, толщиной в считанные микроны, полоски чуть более светлого цвета.

— Не трогай мой скафандр, — угрюмо проговорил он, глядя в расширенные от изумления глаза. — Я подчиняюсь непосредственно Ассархаддону. Он ничего такого не приказывал.

Что бы ни привело охранника в ярость, упоминание Ассархаддона должно было охладить его пыл, — так думал Гедимин, но в следующую секунду он понял, что просчитался. Стивен, не сказав ни слова, свободной «рукой» ударил его в лицо.

Реакция не подвела сармата — удар прошёл вскользь, немного зацепив респиратор. Гедимин ещё не успел обдумать случившееся, а тело уже действовало, — экзоскелет, крепко ухваченный за «руку», развернулся вокруг собственной оси и полетел в открытый люк. Продолжая движение, сармат повернулся к двум охранникам у двери. Они так и стояли там, не шевелясь, и смотрели на люк, из которого донёсся грохот, — кажется, приземление было неудачным.

— За мной! — скомандовал Гедимин, слегка повысив голос — на «макак» это обычно действовало, в этот раз подействовало и на сарматов — не издав ни звука, они пошли за ним. Один спустился по Вертикали одновременно с Гедимином, прикрывая его сбоку, другой прикрыл его спуск, — как будто с их командиром ничего не случилось, и он просто пошёл впереди проверять обстановку, как и было запланировано.

Стивен всё ещё сидел рядом с люком, держась одной рукой за голову. Гедимин покосился на него, не заметил серьёзных повреждений и решил не вмешиваться. Кажется, охранники остановились, чтобы помочь командиру встать, — сармат отвлёкся на группу рабочих, приехавших на дрезине, и открытый люк отсека, а через несколько секунд был уже внутри, в хранилище ирренциевых стержней, и ему окончательно стало не до охраны.

…Девятнадцатый по счёту стержень медленно погрузился в воду и занял свободную ячейку. Перегрузочная машина остановилась на несколько секунд, прежде чем убрать манипулятор и отъехать в пустой коридор. До конца смены оставалось пять минут; браться за новый стержень не имело смысла, и Гедимин спустился к бассейну и встал рядом, глядя на синевато-зелёное свечение на дне.

— Ещё два дня, и все стержни будут готовы, — сказала Хильда, догнав его у воды. — Быстро работаешь, атомщик. Ассархаддон будет доволен.

— Я бы справился быстрее, — тихо ответил Гедимин.

Непрерывный гул на грани слышимости, доносящийся издалека,