Фантастика 2026-108 - Борис Владимирович Романовский

Филипп задумчиво кивнул и устремился в сторону Рюриковича. Борислав же задержался и, тонко улыбаясь, сказал:

— Похоже, тебя использовали в тёмную, Руслан, — он похлопал меня по плечу, довольно улыбаясь. — Вот и на тебя наконец-то управа нашлась.

Я хмыкнул и ответил:

— Ну, можешь так считать.

Борислав прищурился.

— Позже ты мне обязательно всё расскажешь, — утвердительно сказал он.

— Конечно, — посмеиваясь, я огляделся и полетел в сторону площадки с репортёрами.

По пути я думал, стоит ли мне рассказывать Бориславу про найденное Зеркало Межмирья. Если не брать это зеркало в расчёт, то Борислав сказал всё правильно. Меня использовали в тёмную.

Конечно, я только за, если меня и дальше будут использовать в тёмную, при этом даруя столько знаний, позволив обучаться у Высшего Мага шестого Шага двух атрибутов, проведя сложный ритуал с использованием Искры Основы. И это не считая тех благ, что я получил на других этажах Башни Испытаний. Если кто-то предложит использовать меня в тёмную за такую цену, то я с радостью соглашусь.

Но вот если учесть Зеркало Межмирья… ситуация переворачивается. Ведь получается, неосознанно, но это я использовал Академию Ордена в тёмную. Помог им восстановиться, а потом отправил в другой мир, при этом оставив у себя артефакт, через который смогу найти координаты этого другого мира.

То есть я использовал Башню Испытаний и всю Академию Ордена для того, чтобы найти новые координаты. Я тихо рассмеялся, представив, как переверну всю историю, рассказав Бориславу, будто это был изначально мой план. Разумеется, он не поверит, но всё равно — это довольно весело.

К слову, координаты других миров обладают невероятнейшей ценностью. Из библиотеки Академии Ордена я знаю, что все Империи и Королевства Гласа активно инвестировали в это направление. Ведь кому не захочется открыть портал в новый мир? Особенно если этот новый мир полон ресурсов, новых знаний, живых людей. Это ведь невероятное сокровище.

За много тысяч лет Глас смог открыть не более десяти таких миров. И за каждый из них велась большая конкуренция.

Только если в первых открытых мирах Империи-вторженцы действовали весьма грубо, захватывая новые земли и при этом часто получая по голове от защитников, то дальше власть Гласа действовала гораздо умнее. Предлагая знания и используя свою силу, Гласовцы напрямую подкупали и брали под контроль правительства стран, а затем выкачивали из них ресурсы. То же самое произошло и с Аэтерном, к слову.

Интересный факт — после открытия Мира Войн ценность новых координат заметно уменьшилась. Сильнейшие из магов, которые так щепетильно искали координаты других миров, желали новых знаний и силы. А их было гораздо проще получить в Мире Войн, в котором собирались представители огромного количества других миров.

В общем, для нашей молодой и неопытной Земли координаты целого разумного мира, полного магии — это невероятный подарок. Если бы мы развивались сами по себе, то нам бы понадобилось ещё как минимум одно тысячелетие, чтобы хотя бы открыть Междумирье и начать поиски в нём.

Когда я подлетал к площадке, увидел, как там засуетились люди. Я приземлился, и ко мне тут же подбежала девушка с микрофоном. А к ней на автоматических ножках подошла громадная камера, правая часть корпуса которой блестела самыми разными рунами.

— Господин Юсупов! — восторженно сказала девушка. — Позвольте задать вам несколько вопросов, пожалуйста!

— Конечно, — кивнул я.

— Как вы в свои семнадцать лет смогли стать Высшим Магом⁈ — с круглыми глазами смотрела она на меня. — Скажите, пожалуйста!

Я, чуть выпрямившись, надменно заявил:

— На самом деле мне не семнадцать лет. — Взглянув прямо в камеру, я продолжил: — Моё имя вам всем известно, я — Руслан Юсупов. Только вот жил я около восьмисот лет назад. А чуть меньше года назад я возродился.

Раздались сдавленные охи. Моя репортёрша чуть не уронила микрофон после моих слов.

— Но… но как вы воскресли? — с дрожанием в голосе спросила она. — Разве это возможно?

— Для магии нет ничего невозможного, — пафосно ответил я. — Существуют разные методы, с помощью которых можно продлить свою жизнь или начать новую. Я использовал свою магию древней ритуалистики. И мой способ перерождения доступен лишь мне и другим ритуалистам.

— Вы ведь были Высшим Магом третьего Шага? — спросила репортёрша. — Получается, для столь удивительной магии достаточно и третьего Шага?

— И первого достаточно, — улыбнулся я, не удивившись её осведомлённости. Последние несколько дней мой клон-дед просвещал всю страну в тонкостях магии.

Благодаря моему обширному опыту взаимодействия с другими цивилизациями, я понял, насколько вредно разделение двух миров — магов и немагов для всей цивилизации. Это даже приводит к тому, что самих магов рождается меньше, чем могло бы быть. Но это тема для довольно долгой дискуссии.

— Но почему вы не воскресли раньше? — задала другой вопрос репортёрша. — Ведь ваш некогда великий род сильно ослаб за сотни лет и был буквально на грани уничтожения.

— Я мог возродиться лишь в момент отчаяния своего рода, — торжественно заявил я. — Лишь когда Юсуповы были на грани уничтожения, когда род Кеми почти уже ворвался в замок, дабы уничтожить всех носителей моей фамилии — тогда и были выполнены все условия. Я смог возродиться, но моё могущество ушло — я был обычным подростком, который не прошёл даже инициацию. Впрочем, мне и этого хватило, чтобы без проблем разобраться со всеми вторженцами.

Я надменно смотрел в камеру, хотя на самом деле был весьма смущён тем, что пришлось соврать. Но не говорить же мне правду — что мои потомки были настолько глупыми, что не додумались повернуть мой портрет, прочитать ритуал и по инструкции провести его для моего возрождения. А те, кто додумались перевернуть портрет — не восприняли всерьёз мои инструкции.

Если бы я это сказал, то сгорел бы от стыда, а всех моих потомков нарекли бы идиотами.

А вот воскрешение в час нужды звучит гораздо эпичнее и круче. Так что пусть так и будет — народ любит героев.

Как раз когда репортёрша хотела задать следующий вопрос, я остановил её, подняв ладонь, и внимательно посмотрел в сторону Врат.

— Прошу прощения, — серьёзно сказал я. — Но мне пора.

Я взлетел и устремился в сторону Врат,