Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

предосторожности я не стану называть тех, кто это сделал, а то ещё натворишь глупостей. Случилось это около тридцати лет назад, кажется, во время правления моего отца, надо уточнить. И с тех пор ни об одном выжившем не было слышно.

– Но тогда получается, что я могу быть прямым наследником этого клана?!

– Можешь. У кого-нибудь из твоих родителей были зелёные глаза?

Я задумался.

– Вроде бы нет… У отца голубые, у мамыжёлтые. У неё вроде бы вообще с ними какая-то проблема была, – я нахмурился. – Она носила очки и постоянно пользовалась какими-то каплями…

– А название случаем не помнишь? – встрепенулась учёная.

– Э… – я сосредоточился, вспоминая пузырёк с пипеткой и повязанной вокруг горлышка бумажной ленточкой-этикеткой. – Х… Хри… Хриома…

– «Chrysó máti»! – уверенно произнесла Ольга Васильевна, хлопнув кулаком по ладони. – «Золотой глаз»! А волосы у неё были русые, чуть темнее моих?

– Да…

– Ну надо же… – женщина задумчиво потёрла подбородок. – Выжившая чистокровная «Зеленоглазая Бестия»… Золотой глаз – это не лекарство, как ты думал, ну, или как тебе говорили, а кудесничья краска для радужки. Один из маскировочных препаратов для чародеев, к сожалению, при регулярном использовании вызывающая близорукость.

– Но… Но она не была чародейкой! – воскликнул я. – Простая учительница…

– А ты уверен? – скептически посмотрела на меня Ольга Васильевна. – Что ты, мелочь пузатая, в те годы вообще понимал? Настоящий чародей на миссии с длительной инфильтрацией в чужой полис десятилетиями может прикидываться обычным жителем, маскируя ядро и энергосистему. Впрочем, вполне возможно, что она действительно была просто-напросто не обучена, но ядро… Хотя если она глаза прятала… Ничего не понимаю! Сколько ей было лет?

– Тридцать должно было исполниться, – резко взгрустнулось, – если бы не авария.

– Да… Ещё эта странная авария, после которой ты оказался в приюте на самом дне, – поджав губы произнесла учёная. – В любом случае на момент уничтожения клана она была очень маленькой, но тогда не щадили никого: ни детей, ни женщин, – так что, скорее всего, ей кто-то помог…

– И… Что нам это даёт? – спросил я после минутного молчания. – Я могу претендовать на…

– А ничего пока не даёт, – отмахнулась моя опекунша, – за исключением того, что корни Карбасовых, похоже, стоит искать у твоего отца. А по поводу «претендовать», бывают, конечно, кланы и из одного человека, но конкретно в твоём случае одного ядра, красивых глазок и наших измышлений мало. Пусть даже геном у тебя родственен Бажовым почти на шестьдесят три процента. Нужно подтверждение Советом факта твоего родства, а они его тебе не дадут! Зато ты сразу станешь мишенью для всех, кто участвовал в уничтожении «Зеленоглазых Бестий». Вплоть до Князя, с молчаливого позволения предшественника которого всё это было проделано в обмен на несколько редких артефактов из сокровищницы твоей возможной родни. Ты готов к этому?

– Сейчас нет… но когда-нибудь…

– Вот тогда и будешь во всеуслышание кричать про наследие Зелёного Пламени, тем более что продемонстрировать его ты не в состоянии. А пока стоит спрятать его в тени Ледяной воды. Всему своё время.

– Вы так спокойно говорите мне о том, что ваш отец, по сути, причастен к уничтожению моей родни… – прошептал я, но учёная услышала и, грустно усмехнувшись, ответила:

– Родню, знаешь ли, не выбирают, – она отвела глаза. – К тому же я никогда не была близка с этим человеком.

Я только кивнул, принимая сказанное. В конце-то концов, если бы не Ольга Васильевна, я так и остался бы в неведении.

– Скажите хоть, какое эго и отличительная черта была у Бажовых? – вздохнул я. – А то что-то я в себе ничего такого больше не замечал. Разве что глаза…

– Они и есть. Прозвище «Зеленоглазые Бестии» ни о чём не говорит? Клан был относительно молодой, он начал консолидироваться примерно во времена Святогора, и внешний «klironomiá aímatos» у него выражался слабо…

«Угу… молодой! – подумалось мне. – Всего-то около тысячи лет…»

– Улучшенный контроль пламени и глаза, они могли подсвечивать их живицей, отчего видели даже в самой кромешной тьме или тумане. Обычно чародеи усиливают чувствительность к свету, а там где нет естественных источников, вынуждены пользоваться подручными средствами. Но только не «Зеленоглазые Бестии». Кстати, именно зачистка древних шахт, катакомб и руин позволила им стать кланом. Будь у тебя контроль получше, можно было бы проверить, унаследовал ли ты эту черту. Ну и, да, собственно, ещё и «зелёное пламя», что вовсе не метафора.

– Понятно… Кстати, по поводу этого Заболотского… – начал было я, поймав какую-то «умную» мысль за хвост, вот только Ольга Васильевна тут же меня с неё сбила.

– Да, да, кстати, по поводу Заболотского! Антон, то, что ты фактически позволил ему себя лапать, меня ну очень огорчило!

Упс… как-то мне не нравится резко похолодевший голос Ольги Васильевны, да и вообще!

– Не было такого! – возмутился я. – Я не такой!

– Ану, цыц! – рыкнула на меня женщина. – Разве Эльдара Сильверовна не потратила целый урок, чтобы рассказать вам о возникновении ритуала рукопожатия?

Я покопался в памяти, да, было такое, но я запомнил только, что это не будут спрашивать на зачёте, и благополучно пропустил всё мимо ушей. И так голова пухла от того, что следовало выучить, вызубрить и понять, как работает, так что расшаркиваниями голову забивать ну совсем не хотелось.

– Естественно! Ты решил, что у тебя есть дела поважнее, – учёная, словно читая мои мысли, всплеснула руками. – И не обратил внимания на то, что раньше это был ритуал признания старшинства. Младший, подавая голую руку, отдавал себя во власть старшему. Признак наивысшего доверия среди чародеев…

«Э… – я посмотрел на Ольгу Васильевну. – А мне кажется, что там что-то говорили про демонстрацию мирных намерений, и что в руке нет ни ножа, ни метательных игл… Или я что-то путаю?»

– А всё почему? – опекунша положила мне руку на плечо. – Потому что таким образом можно, например, легко навесить резидентные чары или по-научному «Анафему», в простонародье называемую «Сглазом» или «Проклятием».

Я почувствовал, как кожу слегка защипало, но больше никаких неприятных ощущений не было, и я решил, что мне это только показалось. Скорее всего, фантазия разыгралась. Просто слишком много слухов ходило про