Луна в тумане - Генри Лайон Олди

Лицо его налилось кровью, побагровело. Я даже стал опасаться, что к моему помощнику вернулись былые качества тэнгу, включая вспыльчивость и раздражительность.

— Когда? — настаивал Широно.

— Господин Сэки сказал: лет восемьдесят назад. Точнее он не помнил.

— Уже при законе будды Амиды?

— Да.

— И как же, извиняюсь, мы завоевали этот остров? Палками и плетями?

— Выходит, что так.

— Впору гордиться нашими воинами, — мой помощник немного успокоился, прослышав о доблести соотечественников. — Разбить местную армию, не прибегая к убийствам? Воистину история, достойная остаться в летописях.

— Окинава — мирный остров, — охладил я его пыл. — Их удел — торговля. Господин Сэки сказал, что там очень давно не велось никаких войн, ещё до прихода солдат Сацума. Полагаю, долгий мир сказался на состоянии их армии.

— Два имени, — Широно вызывающе плюнул за борт. — Два подданства. Посольства в обе стороны; выплаты дани и тем, и этим. Поклон туда, поклон сюда. Торгаши! Если такой остров смоет цунами, я не огорчусь ни на миг. И что, в этом корыте с дерьмом не нашлось дознавателя, способного выполнить самую простую работу? Надо было посылать за нами?!

— Не знаю, что и ответить, — вздохнул я. — Господин Сэки велел нам плыть, вот мы и плывём. И на вашем месте, Широно-сан, я бы не спрашивал, почему мы плывём. Я бы спросил, почему плывём именно мы.

Широно замолчал.

Над головой кричали чайки. Тяжело хлопали паруса. Ветер пытался растрепать наши волосы. Капитан отдавал команды, которых я не понимал; к счастью, его понимали матросы. Компания гребцов на корме играла в кости, наслаждаясь отдыхом.

— И почему же, — нарушил паузу Широно, — на этот дрянной остров плывём именно мы?

— Сообщение о фуккацу отправили лично Симадзу Цунатаки, главе клана. Также копия сообщения попала в руки первому министру Танидзаки. Господин Сэки полагает, что в ведомстве на Окинаве есть инспектор тайного надзора, но он не знает, кто это. Думаю, в ведомстве этого тоже не знают.

— Сообщения? И что же?

— Младший сын господина Сэки служит князю Сацума. Он посоветовал главе клана призвать для разбирательства службу Карпа-и-Дракона с ближайшего к Окинаве острова. И напомнил о своём отце в Акаяме. В то же время мысли о службе Карпа-и-Дракона посетили и первого министра. Поскольку он знает нас с господином Сэки, знает и доверяет…

Я умолк, не желая посвящать Широно в обстоятельства знакомства с первым министром и в подробности доверия, какое он испытывал к нам.

— У дураков мысли сходятся, — проворчал мой помощник.

— В целом, да, — я хотел укорить Широно за непочтительность, но передумал. — В итоге, нам велели… Нет, нас попросили оказать услугу сразу и князю, и первому министру, и отправиться на Окинаву.

— Оказать услугу?!

— Так сказал господин Сэки. И повторяю, у меня нет причин не верить ему.

Широно хлопнул себя по ляжкам:

— Нас, значит, попросили! И мы могли отказаться?

Я не ответил. Да он и не ждал ответа. Вместо этого я полез за пазуху и достал тонкую книжицу в матерчатом переплёте.

— Что это? — без особого интереса спросил Широно.

— Подарок господина Сэки. «Пятнадцать правил», установленных властями Сацума для вассального королевства Рюкю. Итак, — я раскрыл книгу, — правило первое: «Ввоз товаров из Тюгоку и других стран без разрешения Сацума запрещён». Правило второе: «Управление землями и имуществом лицами, которые не состоят на государственной службе, запрещено». Правило третье: «Также управление землями и имуществом запрещено женщинам…»

— Разумно, — согласился Широно.

— Ну, не знаю, — усомнился я. — По-моему, из Ран вышел бы неплохой начальник тюрьмы. Опять же, мой отец: кем считать его, если не брать во внимание грамоту о перерождении? Правило четвёртое: «Запрещается иметь личных слуг…»

— Неразумно! — возмутился Широно. — Как же без слуг?

— «Запрет на строительство большого количества храмов», — читал я дальше. — «Запрет купцам без соответствующего разрешения заниматься внешней торговой деятельностью». «Запрещено продавать местных жителей в Чистую Землю в качестве рабов…»

— Очень нам нужны такие рабы! Своих хватает.

— «Обязательство для местных жителей по согласованию с должностными лицами платить ежегодную дань и преподносить иные дары…»

— А мы? Нам преподнесут дары?

— «Запрещено, — я не стал отвечать, — занимать руководящие посты всем жителям острова, кроме высших чиновников». «Запрещается осуществлять продажи и покупки под принуждением…»

— Вот это правильно! — обрадовался Широно.

— «Запрещены ссоры и драки…»

— А это неправильно! Отчего бы мужчине и не подраться в своё удовольствие? Без ссор и драк закиснешь, утратишь пыл…

— «Запрещены, — пару-тройку скучных правил я пропустил, перейдя сразу к последнему, — азартные и другие безнравственные игры». Что скажешь?

— И это правило соблюдается? — с насмешкой осведомился Широно.

— Не думаю, — вздохнул я. — Как и правило про драки.

Дальше мы плыли молча.

Кажется, «Пятнадцать правил» частично примирили моего помощника с таким двуликим островом, как Утина-Окинава.

Глава вторая

Ни карпа, ни дракона, одни журавли

1

Ничего я не знаю

Небесный художник трудился над «парчовой картиной».

Лёгкие розовые мазки добавились к белым росчеркам облаков. Облака засветились, будто в каждом пряталась лампадка. Над горизонтом возникло перламутровое сияние — я видел подобное на изображении будды Амиды. Стало ясно, чем вдохновлялся земной художник. Чем ещё вдохновляться, рисуя будду, как не красотой утреннего неба?

Задумавшись, я едва не пропустил момент, когда облака вспыхнули, объятые алым пламенем. Сияние расползлось на пол-горизонта, в его ореоле из моря восстал краешек солнца. По мере восхода морскую гладь охватывал пожар — пурпур и золото. Казалось, когда он доберётся до нашего корабля, мы вспыхнем и сгорим, вознесясь к небесам невесомым пеплом.

У меня заслезились глаза. Я отвернулся, не в силах более созерцать полыхающее великолепие. Проморгавшись, я стал смотреть на приближающийся остров. Окинава проступала из редеющего тумана: самый большой остров архипелага Рюкю, цель нашего путешествия.

Туман рассеивался. Остров надвинулся, вырос, открылся вид на портовую гавань: великое множество кораблей, корабликов и лодок. Часть судов выглядела привычно — такие я много раз видел в порту Акаямы. Попадались и незнакомые — узкие, с низкой осадкой и тремя мачтами. Их паруса походили на раскрытые