Застрявший в Темном Пальце - Антон Викторович Текшин

на углях, кипятивших огромные чаны. Литров сто пятьдесят-двести навскидку. Поместилось их всего шесть штук, но ближайший настолько прохудился, что под ним не стали разводить огонь.

Трубопровод здесь отсутствовал в принципе, поэтому повсюду валялись жестяные бочонки. Некоторые даже имели крышки, претендуя на звания бидона. Сюда в них привозили воду, а отсюда…

Бульон?

Почти сразу же мы со скаутом наткнулись на заполненный котёл, где среди бурлящей воды темнело чьё-то тело. Мне понадобилось пара секунд, чтобы опознать в нём деда Хо. Беднягу обвязали цепью и кинули в кипяток, словно цыплёнка.

Я будто в оживший кошмар попал…

Вдали отчётливо загремело металлом, и мы поспешили на звук. Только на этот раз мне стрелять не пришлось. «Поварята» распростёрлись на полу без признаков жизни, знай только перешагивай через них. Некоторым так сильно свернули хлипкие шеи, что те буквально смотрели себе за спину, выпучив глаза от удивления. Другим проломили голову каким-то тупым увесистым предметом. Цепью, например.

У дальней стены сидел мастер Каям, представляя собой ещё более жуткое зрелище. Вся кожа с головы до ног покраснела и местами отекла, формируя будущие волдыри. И даже в таком состоянии монах ещё мог дать прикурить противникам. Рядышком дёргался в агонии последний из дикарей, вооружённый чем-то вроде багра. Он-то и стучал.

Поначалу я принял последователя Сохэя за мертвеца, но тот повернулся на звук наших шагов и стал подтягивать к себе обрывок цепи, подслеповато щурясь. Слава Окрану, его не стали ослеплять, хотя вряд ли купание в кипятке пошло на пользу глазам.

— Можете меня поздравить, — улыбнулся он растрескавшимися губами. — Я смог!

— Что?

— Победить саму смерть!

Судя по всему, мастер выскочил прямиком из кипящего котла, умудрившись разорвать цепь. Металл там дрянной, а нагрев ещё больше ослабил хватку звеньев. Остатками пут он и отмудохал всю поварскую бригаду из шестерых рыл. Эти, кстати, при жизни были чуть крупнее рядовых доходяг, комплекцией с обычного человека. Отожрались, падлы. Только это им особо не помогло против обваренного рукопашника. Один даже отправился в чан вместо него, отчего вода приняла грязно-бурый цвет.

— Ещё не вечер, — спустил я Восходящего с небес на землю. — Идти можешь?

— Куда? — философски поинтересовался тот.

— Мы отсюда валим, — выложил я нехитрый план. — Если скажешь, кто надоумил тебя следить за мной, можем и тебя прихватить с собой. За компанию.

— Это был настоятель, — спокойно признался монах. — Когда я поведал ему о тебе, он сутки не выходил из молельной. Потом призвал меня к себе и поручил помогать тебе во всём. Это задача всей моей жизни, именно для этого я был рождён.

— Что за бред… Зачем я нужен вашей школе?

— Настоятель сказал, ты либо достигнешь Неба, либо уронишь его прямо на нас. Сохэй единогласно решил, что не может остаться в стороне от подобных деяний. Даже великим людям нужна помощь.

Однако я нисколько не повёлся на столь приятную лесть.

— Так отправили бы сразу целый отряд, чего мелочиться!

— От начинающих толку нет, а более опытные братья мечтают сами взойти туда. Вдобавок, настоятель был уверен, что ты не примешь никого из них. Они слишком идеальны для тебя.

Будь тут с нами Двойка, она бы обязательно съязвила на счёт моей тяги к проблемным людям. Стоило вспомнить о ней, как мне разом перехотелось копаться в тонкостях учения Сохэй.

— Тогда пойдём, старший мастер Каям. А если кто-то станет оспаривать твоё звание, я его на небо сам отправлю. С дырой в башке.

Монах едва не подпрыгнул, мигом оказавшись на ногах. А вот покойного проводника пришлось оставить прямо тут, плеснув на угли водой.

Так у него и не вышло нормального супа…

К лестнице мы вернулись очень вовремя — там как раз спускалась парочка людоедов, облачённых в кирасы. С собой они волокли Хокана, который будто целый день отрабатывал в роли боксёрской груши. Я не стал уточнять, куда они направляются, и сходу всадил каждому по болту. Здрастье — до свидания! Упали все втроём, но к избитому телохранителю тут же подскочил Каям. На первую помощь времени не оставалось, поэтому монах просто потащил его на себе, невзирая на ожоги. С другой стороны, кому сейчас легко? Сумраку пока что досталось роль шипящего от собственного бессилия провожатого. Хотя он и ногами может запинать обидчика, но далеко не всякого. Людоед в нормальных доспехах только почешется, у него с болевым порогом всё более чем в порядке.

Однако мне до жути хотелось, чтобы они мучились перед смертью.

Подъём на следующий этаж дался ещё тяжеле. Я сам шагал будто в воде, преодолевая встречное течение. Тело ни хрена не успело восстановиться, а проглоченная еда растворилась без следа. Рука с глазницей никак не могли поделить пальму первенства в качестве главного болевого центра, но больше всего меня беспокоили красные надписи, выскакивающие на доли секунды, не давая их толком прочесть. Этакая рябь из предупреждений и прочего спама.

Приятно, когда о тебе беспокоится даже бездушная программа, но… Прости, операционочка, мне сейчас не до тебя. Если хочешь повысить до звания неприкасаемого сотрудника, я согласен. Но если не собираешься укладывать за меня врагов штабелями, то хотя бы не отвлекай, материнскую твою плату!

И хотя на следующем этаже никто не шлялся, опасность только нарастала. Гомон стал гораздо громче и разнообразней — мы явно приблизились к обитаемой зоне. Стоит кому-нибудь поднять тревогу, и нас просто затопчут. Поэтому я оставил ребят приглядывать за лестницей, а сам пошёл дальше, благо заблудиться тут сложновато.

Всё тот же полукруглый коридор без разветвлений и редкие двери. Как сказал Красный — типовая постройка. Только помимо этого робот ещё упомянул, что у меня мало времени. Это и дураку понятно — скоро другие бессмертные захотят узнать, как там новый подопытный поживает. В жизни не поверю, что из Биологов тут обитал один лишь Хозяин. Роль старшего рулевого ему тоже не идёт, разве что среди «оперативников», таких как брат Орно или Сау. А их аналог императора вряд ли снизойдёт до смертного.

Да и говорил упырь не от своего лица, так что проблема никуда не делась. Надо срочно валить, но сначала…

Первой мне как назло попалась собственная камера, нынче полностью пустующая. Все мои соседи так или иначе уже покинули её, поэтому задерживаться там не стал. Следующее помещение тоже меня разочаровало, а вот в третьем я наконец-то встретил живых. Причём они поначалу и не думали радоваться моему появлению, эгоисты неблагодарные. Забились кто куда, притворяясь грязной ветошью.

Лишь когда я шагнул внутрь, подсвеченный редкими