Дорога к магии без легких шагов - Андрей Викторович Стрелок

— Защищает от ударов мечом, стрел, частично от направленных заклинаний. Не абсолютная защита, но надежный слой.

Вихри медленно рассеялись, и давление в комнате ослабло. Олег скрестил руки на груди, изображая сдержанное равнодушие.

— Зачем мне это? -спросил он. — Я цуань. Магия по мне плохо работает.

— Именно поэтому тебе это и нужно. Один слой защиты — это хорошо. Два — лучше. Твои открытые каналы, позволяющие формировать заклинания, делают тебя более уязвимым для высокоуровневой магии, чем обычных цуаней. Ты сам еще не до конца понимаешь, насколько.

Он сделал паузу, затем добавил уже более жестко:

— Хватит театра! Я вижу, что ты понимаешь больше, чем показываешь. Вставай в круг и начинай повторять.

Олег тяжело выдохнул, словно смиряясь с неизбежным.

— Покажите еще, Три… нет, лучше четыре раза. Медленно.

В уголках губ Цзи мелькнула почти незаметная усмешка.

— Наконец-то разумное предложение, -произнес мастер и вновь занял исходную стойку. — Смотри…

Следующие полчаса прошли в монотонной работе. Олег раз за разом вставал в центр круга, повторял движения Цзи, подстраивал дыхание, пытался уловить момент, когда поток ци должен не просто течь, а начинать вращаться. Первые попытки были откровенно неудачными: энергия срывалась, расползалась в стороны, оставляя после себя лишь ощущение внутренней пустоты и легкое жжение в каналах. На третьей попытке ци вообще ушла вниз, к ногам, и Олегу пришлось остановиться, чтобы не потерять контроль.

Цзи не вмешивался, он стоял у стены, наблюдал молча, лишь изредка коротким жестом поправляя стойку или указывая на ошибку в движении плеча или повороте запястья.

К пятидесятой или около того попытке что-то наконец сложилось. Олег сделал вдох, провел связку жестов чуть медленнее, чем раньше, и позволил ци не толкаться наружу, а закручиваться вдоль поверхности тела. Воздух вокруг него едва заметно дрогнул, и над плечами и грудью проступила слабая голубоватая дымка. местами рвущаяся, но вполне различимая. Цзи выпрямился так резко, будто его окатили холодной водой.

— Невероятно! -произнес он, не скрывая изумления. — Даже ученики с хорошей предрасположенностью тратят недели, прежде чем у них появляется хоть намек на оболочку. Я никогда не видел, чтобы кто-то осваивал заклинания так быстро.

Олег позволил дымке рассеяться и пожал плечами.

— Первое заклинание я больше месяца мучил. Тогда я вообще не понимал, что делаю, а потом постепенно уловил принципы построения. После этого каждое новое давалось легче. Не сразу, но быстрее.

Цзи внимательно посмотрел на него, словно пытаясь сложить в голове очередной фрагмент мозаики.

— Тогда ответь прямо, кто тебя учил? Ягуаи?

Олег не ответил сразу.

— Нет. Человек. Тот, кто сам учился у ягуаев.

— Кем он был?

— Отшельник, навещавший нашу деревню, -слова не были совсем уж ложью. — По его рассказам ягуаи не такие уж плохие парни и с ними можно найти общий язык.

— Ну да, еще бы они не похищали человеческих детей, не употребляли человечину на обед.

Глава 25

Три месяца пролетели незаметно, сливаясь в ровный, почти монотонный ритм. Днем Олег нес службу в городской страже: патрули, проверки, редкие стычки с мелким отребьем, которое предпочитало не связываться с цуанями. Свободными ночами спускался в подземелья Шанду, но уже без прежнего азарта, скорее по привычке и для поддержания формы, успел уничтожить пару-тройку диких вампиров.

Два раза в неделю приходил к мастеру Цзи. Никаких пышных речей и философских притч, только практика, разбор ошибок и бесконечное повторение. Старик оказался хорошим учителем. Он не давил, не требовал слепого подчинения, а помогал научиться новым методикам контроля над потоками ци. За это время Кан освоил десяток новых заклинаний: защитных, бытовых и боевых. Цзи часто повторял, что магия не должна быть красивой, она должна работать.

Никто не приходил с лишними вопросами. Как объяснил Цзи, в Империи мастера ци имели право на личные секреты. Пока ты приносишь пользу, служишь, выполняешь приказы, не расшатываешь устои, государство предпочитало не лезть тебе в голову.

Власть здесь не только требовала, но и платила за лояльность, пусть и по своим, весьма специфическим меркам.

Олег слушал это с иронией. Иногда, сидя на циновке с чашкой травяного чая, он вспоминал Землю со всеми ее проблемами, лицемерием и бюрократией. По сравнению с Империей Дракона она казалась раем, местом, где человеческая жизнь имела хотя бы относительную ценность, а массовые казни считались дурным тоном. Но сравнения были бессмысленны. Он был здесь, в этом мире, и пока успешно вписывался в его систему, а значит, шансы умереть раньше времени оставались минимальными…

Вызов к Ли Бану не стал для Олега неожиданностью. Начальник стражи, как всегда, принял его в своем кабинете без лишних свидетелей, с плотно закрытыми дверями. Он некоторое время рассматривал Кана, словно прикидывая, с какой стороны лучше начать разговор.

— Говорят, ты не терял времени зря. Мастер Цзи отзывается о тебе уважительно. А это, поверь, уже немало.

— Я старался выполнять все, что от меня требовали, -спокойно ответил Олег.

— И, насколько мне известно, небезуспешно. — Ли Бан слегка улыбнулся. — Освоенные техники, контроль ци, уверенность в применении. Сколько, говоришь, новых заклинаний?

— Десять, -ответил Олег. — «„Воздушный доспех“„, “„создание воды“„, “„огненный поток“»…

— Достаточно, -перебил начальник стражи, подняв ладонь. — Перечни оставим для отчетов. Важно другое — ты оправдал ожидания. И, что немаловажно, подтвердил простую истину: в этом мире ничего не происходит просто так.

Олег едва заметно кивнул.

— Я с самого начала это понимал.

Ли Бан встал из-за стола и медленно прошелся по кабинету, заложив руки за спину.

— Видишь ли, Кан, Империя Дракона — это не только законы, указы и печати. Это сложная конструкция, где власть держится на равновесии. Чиновники, армия, суды — лишь кости скелета. Но плоть и кровь государства — это знатные семьи. Те, кто поколениями проливал кровь за Империю, участвуя в войнах, управляя огромными массами людей и поддерживая порядок… получал за это определенные вольности.

Он остановился у окна, глядя куда-то поверх крыш.

— Проблема в том, что со временем некоторые из них начинают путать дарованное с дозволенным. Они забывают, что их влияние — не собственная заслуга, а временное доверие. Гармония нарушается. А когда в ухоженном саду появляется сорняк, его нельзя уговаривать или подрезать наполовину. Он снова прорастет. В последние годы таким сорняком стало семейство Фянь. Их корни слишком глубоко ушли в дела управляющего Шанду хоу, их побеги переплелись