Такидзиро - Семён Афанасьев

— Какими судьбами⁈

— Пришла проведать, — Уэки перешла на английский.

Говорила она негромко, сидящие в другом конце комнате сотрудники слышать не должны, но пусть будет дополнительная страховка — Такидзиро понимает, а больше в отделе никто (она специально просмотрела личные дела).

— Неожиданно, — озадачился товарищ, отвечая на том же языке. — Наверное, не нужно напоминать, какие слухи поползут? — он воровато скосил глаза над её плечом. — Только что ушами в воздухе не стригут, — добавил он почти шёпотом.

— Пожалуйста, говори медленнее, — попросила айтишница. — Я беглую речь на слух не так хорошо понимаю. Почему у вас почти никого нет?

Да, формально день окончен, но обычно сразу никто не расходится.

— Соратники по снабжению почти в полном составе переместились в ДАРУМА: нервничают из-за нового стандарта документов, там будут пытаться выработать тактику, как им дальше жить. — Решетников глумливо ухмыльнулся.

— Тот проект, что четыре службы затеяли? — Ута была в курсе благодаря новому мониторингу. — Смена процедуры закупок и найма подрядчиков этим подразделением?

— А какая служба четвёртая⁈ — удивился товарищ. — Да.

— Абэ, финансы, регулярный менеджмент и безопасность. Тебя считаю за сотрудника логистики, то есть за человека Абэ.

— А-а-а, — Решетников откинулся на спинку стула и чуть отпустил галстук. — Безопасность туда позвали из вежливости, их можешь не считать. Они вроде как есть, но участвовать будут задним числом: по итогам обнаруженных сумм развернут бурную деятельность по предотвращению в будущем, если я хоть что-то в жизни понимаю.

— Я думала, они в числе инициаторов.

— Да какое там, — светловолосой пренебрежительно махнул рукой. — Мне иногда кажется, что безопасность абсолютно везде старательно спит до последнего, а реагирует лишь после того, как ткнут носом.

— Резко сказано, — Ута неодобрительно покачала головой.

В его словах была определённая правда, но всё же некоторых заявлений вслух лучше не делать. Пусть и по-английски.

— Не могу рассказывать всего, они реально плюхнулись в калошу. Упустили из-под присмотра весьма значительный, э-э-э, оборот. В список участников безопасность воткнули скорее из милости финансов и регулярного менеджмента, как одолжение, но точно не как локомотив.

— Поняла. — Ута покосилась назад. — Ладно, я всё равно не за этим пришла. — В следующую секунду она непоследовательно сменила тему и поинтересовалась. — Так если весь отдел снабжения пошёл совещаться на твою тему, этих чего оставили⁈

— За мной следить, — заржал Решетников. — Не упускать же из-под присмотра единственного аудитора, а-га-га. Хотя я и не представляю, каким образом они планируют отслеживать, что я делаю.

Он чуть довернул экран, предлагая ей взглянуть: в одном из окон Такидзиро в данный момент как раз читал мессенджер, в котором «тайно» общались его новые соседи по кабинету.

— Эх, — вздохнула Ута. — Какой кошмар. Ладно… я пришла сказать тебе, что вчера рассказала своему отцу о нашем разговоре.

— ??? — голубоглазый ничуть не впечатлился, но вопросительно изогнул бровь.

— Ты не должен иметь таких навыков в конфигурировании, — она щёлкнула ногтем по его экрану, на котором искусственный интеллект, обгоняя самого себя, с запредельной результативностью удовлетворял изощрённые запросы бывшего стажера. — Ты не должен быть в курсе фундаментальных гипотез НИОКР отрасли. Ты не должен…

— Погоди, — Такидзиро поморщился. — Ты сейчас о той прослойке? Которая в следующем поколении искусственных интеллектов будет служить шлюзом между нашей органикой, — он упёр палец в висок, — и быстро считающей электроникой?

— Да.

Лицо хафу вытянулось:

— Реально? Пошла об этом говорить с отцом⁈ По итогам пары фраз⁈

Признаваться так признаваться полностью. Раскаиваться — значит, до конца. Фактическая директор айти решительно тряхнула в воздухе волосами:

— Я очень много что могу сказать, но не буду сотрясать воздух. Коротко: ответ — да.

— Вот вам делать нечего, — фыркнул светловолосый, возвращаясь к экрану.

— Это всё, что ты скажешь? — она ожидала другой реакции.

— Буря в стакане воды, — пренебрежительно пробормотал метис, придвигая клавиатуру. — Ну сказала и сказала. Я, конечно, тронут и польщён подобным вниманием, но по мне оно яйца выеденного не стоит. Твой отзыв номинации был гораздо большим пи…

— Прервись. — Уэки накрыла чужую руку своей правой, не давая работать, а левой отвернула от него монитор. — Отец более чем серьёзно отнёсся к рассказу.

На лице собеседника проступили откровенная скука и снисхождение.

— Охота стукнуть, когда ты с таким лицом, — честно сообщила она.

— А-га-га, вот снабжение повеселится! — кое-кто принялся бурно веселиться первым. — Будет похоже на вполне определённую сцену, ты поняла, какую!

— Плевать. Папа серьёзно отнёсся к этому, — напомнила айтишница. — И обмолвился в разговоре, что задавать вопросы тебе будут совсем другие люди. Именно поэтому я хотела предупредить: у него есть связи среди…

— СПАСИБО! — хафу стремительно перегнулся через стол, выдернул свою руку из-под её пальцев и накрыл ладонью её рот. — Я понял!

— Точно? — она двумя пальцами отодвинула чужое запястье.

— Ко мне с вопросами от твоего родителя в недалёком будущем должны подкатить неленивые и небрезгливые ребята, которые крепость руки ценят гораздо больше, нежели изощрённость ума. Так?

— Да! И не делай такое тупое лицо! Что я весёлого сказала⁈ Ты меня что, не слышишь?!!

— Когда сдерживаешься, чтоб не заржать при ненужных свидетелях, — Решетников украдкой указал в сторону снабженцев, — живот болит точно так же, как и когда не сдерживаешься. — Его жизнерадостная физиономия заставляла усомниться в том, что он воспринял информацию всерьёз.

— Сейчас ударю, — пообещала айтишница. — Если это единственный способ привлечь твоё внимание.

— Да я услышал! Но мне что, на стол запрыгнуть и сплясать? Спасибо! Принял, понял. Кое-какие действия скорректирую с учётом этого риска.

— Честно? — она впилась подозрительным взглядом в его переносицу. — По виду похоже на то, что ты от меня стараешься отвязаться любой ценой.

— Мне очень дорога целость моего организма, — метис покачал головой и похлопал себя по животу. — В возможностях твоего папы не сомневаюсь — как говорится, положение обязывает.

В следующую секунду он скорчил заговорщицкое лицо, поднялся из-за стола и с поклоном перешёл на японский, значительно увеличивая громкость:

— Благодарю за информацию, Уэки-сан! Я обещаю, что воспользуюсь ею со всем тщанием, на которое способен! Ведь я — первое заинтересованное лицо. — Поклон в исполнении метиса выглядел скорее завуалированной насмешкой, чем жестом вежливости.

— Охота треснуть, — тихо сообщила она, поднимаясь следом. — Ладно, я предупредила — дальше твоё дело. Просьба: можешь попозже зайти ко мне?

— Могу, наверное, — брови голубоглазого задумчиво встретились на переносице. — А на какую тему?

— Можешь посмотреть мою алгоритмизацию запросов за день — подсказать, что делаю не так?

— Прям сегодня? — хафу резко озадачился.

— Желательно. Твоя эффективность в четыре раза выше, я тоже так хочу. Проблемы?

— Если только совсем поздно вечером, — он потёр затылок, становясь похожим на известного деревенского персонажа из детских сказок. — У меня