Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

— Потому и говорю, что дурное дело не хитрое, — парировал Даграль, потрясая в воздухе узловатым указательным пальцем, нисколько не отрицая озвученных фактов. — И вообще, Нона, три столетия прошло, а пива так и нет! Непотребство!

Нона снова звонко рассмеялась, глядя на возмущенного дварфа. Она легко поднялась из-за стола, поправив подол платья.

— Ешь овсянку, Даграль. В твоем возрасте клетчатка полезна для желудка, — с иронией посоветовала она.

Затем Лесная Матерь повернула голову и посмотрела прямо на меня.

— А вы, молодые, если свободны, можем поговорить?

Ну наконец-то дело сдвинулось с мертвой точки. Я кивнул, поднялся из-за стола, Шая встала следом. Мы оставили Даграля наедине с его клетчаткой и пошли за Ноной.

Она провела нас мимо освещенных полян в более уединенную часть рощи. Здесь стоял большой шатер, сплетенный из живых лоз и широких листьев, образующих плотный купол.

Внутри шатра было просторно. На полу лежали плетеные циновки, посередине находился низкий деревянный столик. Нона плавным жестом предложила нам присесть на мягкие подушки, набитые сухой травой.

Дождавшись, пока мы с эльфийкой устроимся, Лесная Матерь опустилась напротив.

Она сложила руки на коленях, посмотрела мне прямо в глаза и произнесла:

— И так, Виктор. Скажи мне, кто еще знает?

Вопрос прозвучал в пустоту, не имея никакой предыстории или контекста.

Я нахмурился, озадаченно посмотрев на дриаду.

— Что знает, Лесная Матерь?

Нона не отвела взгляда.

— Про твою вторую суть.

Глава 9

Сохранить спокойное выражение лица с легким оттенком непонимания было крайне сложно, поскольку, когда подобный вопрос задают в лоб — очень часто это становится неожиданностью. Вегетативная нервная система сработала быстрее осознанного контроля: пульс участился, дыхание на долю секунды застопорилось в груди.

Что сказать? Что я не понимаю, о чем речь? Сделать вид, будто ослышался, и перевести тему на предстоящий поиск скрижали? Подобные уловки могли сработать с простыми людьми, но раз Лесная Матерь спрашивает об этом прямо, не мигая, значит, она что-то знает. И не просто «что-то», а нечто очень конкретное. Факт того, что разум взрослого мужчины из другого мира занял тело опального провинциального аристократа, был самой охраняемой тайной. Тайной, из-за которой закрутилась вся последующая цепь событий.

— Не мнись, Виктор, — миролюбиво сказала она. Тон ее голоса оставался ровным и успокаивающим, лишенным давления или угрозы. — Я прекрасно знаю эльфийское предание про Выброс Тьмы и знаю даже куда больше, чем ты можешь себе представить.

Я посмотрел прямо в глаза верховной дриаде. Изумрудная радужка ее глаз казалась абсолютно бездонной. Поняв, что отпираться бессмысленно, я набрал воздуха в легкие, словно собирался признаться в чем-то ужасном, чего не совершал.

— Только Шаянин, — ответил я, коротко скосив взгляд на сидящую рядом эльфийку, а затем задумался, вспоминая детали. — Ну, еще пара говорящих букварей, но их кроме меня никто не слышит, если об этом не позаботиться.

Нона медленно моргнула.

— Гримуары, значит, — она покивала головой, принимая полученную информацию как нечто совершенно обыденное. — Сколько ты нашел?

— Два.

— Каких? — учтиво уточнила она, слегка наклонив голову набок.

— Я не знаю их имен, — я пожал плечами. Общение с древними книгами сводилось к саркастичным перепалкам и извлечению практической пользы, а не к изучению их биографий. — Один написан полукровкой…

— Азерактом, мгм… — она едва заметно улыбнулась. — Продолжай.

Ого. Вот это познания. Дриада с ходу, по одному лишь упоминанию расовой принадлежности автора, назвала имя создателя моего первого гримуара, которого я нашел в особняке и который помог мне освоить азы контроля над душами.

— … а второй написан тем эльфом, что занимался исследованием энергии души в самой ее сути и чуть ли не на заре времен, — закончил я мысль, внимательно наблюдая за реакцией собеседницы.

— Ясно, — Нона сложила руки на коленях, расправив складки шелкового платья. — Тебе достались достойные… не скажу учителя, но уж источники знаний точно. Иезикиль действительно был великим ученым и смог постигнуть суть души, но не смог полностью описать и объяснить все, что сумел выяснить.

Лесная Матерь чуть подалась вперед.

— Не потому, что глуп или не смог подобрать слов, — продолжила она, поясняя причину ограничений печатного текста. — А потому, что некоторые вещи нельзя просто объяснить словами. Их надо чувствовать.

Она плавно подняла правую руку. Нона выставила указательный палец, после чего коснулась им прямо по центру моего лба.

— Здесь, — произнесла дриада, и затем ее рука опустилась, ткнув пальцем в район солнечного сплетения. — И здесь.

— Откуда вы знаете? — спросил я, сглотнув вязкую слюну.

Подобные вещи знать просто так невозможно и от этого осознания, от всего услышанного меня пробрало. Периферические сосуды резко сузились, ладони похолодели, а на спине между лопаток выступил пот.

— Я знаю многое, Виктор, — Нона опустила руку обратно на колени. — Но еще большего я, увы, не знаю. Знаю, что история циклична и выброс тьмы повторяется по одной и той же причине. Знаю эльфийское предание, наверное, лучше, чем сами эльфы, и знаю, как остановить выброс тьмы.

— Если вы знаете, то почему не сделали этого раньше? — задал я резонный вопрос.

Наличие готового решения подразумевает его немедленное применение в условиях критической угрозы. Выжидать, пока одна часть населения сидит по норам, а вторая медленно тупеет так себе решение.

— Потому что остановить его можно только убрав первопричину возникновения, — ответила верховная дриада.

— И что является причиной? — уточнил я.

— Вот этого я и не знаю, лишь догадываюсь, — Лесная Матерь слегка качнула головой. — А разбрасываться ничем не подкрепленными догадками я не люблю.

Жуткая теория практически сама выстроилась в голове, сопоставляя факты. Эльфийское пророчество активировалось именно в моем присутствии. События запустились сразу после разговора с Дмитрием. Катастрофа началась синхронно с разрешением моего личного конфликта.

— Но ведь не я же стал причиной катастрофы? — спросил я, чувствуя, как напрягаются мышцы челюсти.

Перспектива оказаться ходячим источником глобального катаклизма из-за самого факта своего существования в чужом теле совершенно не радовала. Одно дело — разгребать последствия чужих ошибок, и совсем другое — быть триггером конца света.

Верховная дриада по-матерински улыбнулась, прикрыв глаза, будто утешая меня после глупого детского вопроса.

— Нет, Виктор. Ты и тебе подобные становятся катализаторами многих событий. Так уж повелось