Фантастика 2026-108 - Борис Владимирович Романовский

Затем я наблюдал, как Бобэр создал волну из воды. Он использовал свой хвост в качестве доски для сёрфинга и гонял туда-сюда, периодически пуляя из пальца водяными лучами. Из-за этого совёнку приходилось постоянно уворачиваться.

Но даже если атаки попадали по Фамильяру, они не оставляли даже следа. Его толстое бочкообразное тело обладало невероятной защитой.

От лицезрения битвы меня отвлекла знакомая аура.

Подняв голову, я увидел летящего Борислава. Он мельком взглянул на Фамильяров и пристально всмотрелся в Башню Испытаний, частично слившуюся с замком. Хмыкнув, он приземлился рядом, после чего начал с интересом разглядывать мои артефакты.

Мы поприветствовали друг друга.

Усевшись напротив меня, Борислав достал бутылку вина и бокал.

— Неплохо ты приоделся, — покачал он головой. — Даже стабилизирующий артефакт где-то достал. Как ты это делаешь? — он прищурился. — Откуда у тебя столько артефактов?

— Из Аэтерна, — загадочно сказал я.

— Так и думал, — кивнул он. — Но как конкретно ты их достаёшь?

— А вот это уже мои секреты, — усмехнулся я.

Борислав пожал плечами и отпил вина.

— Слышал, что произошло на приёме, — хмыкнул он. — Думаю, Филипп доволен.

— Да, выглядел он весьма радостно, — кивнул я. — Но для него это и правда важно.

Борислав покрутил бокал, наблюдая, как слегка искрящееся вино — явно не простое — играет в его бокале.

— Он парень простой, как дубина, — задумчиво произнёс он. — С ним очень легко поладить. Только не ожидал, что он так легко сломается.

— Главное, что восстановился, — заметил я. — И на его месте, если честно, мало кто бы выдержал. Сотни лет он жил, сражаясь с Тимуром и постоянно ему проигрывая из-за его интриг. Филипп терял своих людей, своих родичей. Его собственный учитель погиб в битве, а другие знакомые Хранители тоже погибли позже.

Мне вспомнились слова Филиппа про луну. Отпив какао, я продолжил:

— А под конец, когда он создал Орден Метаморфов, их начали ловить, как скот, и пускать на эксперименты. И в финальной битве Филипп снова проиграл, превратившись в огромного непонятного монстра. В таком состоянии он прожил двести лет. Не знаю, что он при этом испытывал, но вряд ли что-то хорошее. Мало того — после своего восстановления он снова начал раз за разом проигрывать. Причём не просто Тимуру, а Шнайдеру, которого он раньше был гораздо сильнее. А затем и Кошмарам.

Если честно, мне и вправду было жалко Филиппа. Я прямо видел, как в течение сотен лет, шаг за шагом, он приходил к отчаянию.

— Ну, надо сказать, в последнем поражении он сам виноват, — заметил Борислав. — Нормально ничего не распланировал, собрал толпу и пошёл бить монстров. Думал, что хватит его пятого Шага.

— Главное, что он вернулся, — повторил я. — Когда стало известно, что монстры Австралии уничтожены, а межмировой портал Гипно-Титанов взорван, он вернулся в Империю. А потом, когда я рассказал ему, что Тимур не вышел с седьмого этажа, он и вовсе воспрял духом. Конечно, вряд ли Филипп до конца восстановился. А может, и вовсе никогда не восстановится. Но последние события идут ему на пользу, и это хорошо. Человечеству нужен такой воин, как он.

Борислав задумался, затем хмыкнул.

— Ты ему сказал, что Тимур не вышел с седьмого этажа? — уточнил он.

— Ага, — кивнул я.

— То есть Филипп не знает, что сейчас Тимур вполне жив, только в другом мире?

— Не знает, — покачал я головой.

Взяв парочку маршмеллоу, я закинул их в рот и отпил какао. Битва Бобэра и совёнка продолжалась, и мы с Бориславом некоторое время следили за ними.

— Давай перейдём теперь к теме того самого другого мира, где застрял Тимур, — вздохнул Борислав. — Покажешь мне Врата?

— Да, — я допил какао и поднялся. — Пойдём за мной.

Я махнул рукой и открыл портал, ведущий прямо на третий этаж дубликата Башни Испытаний. Мы с Бориславом вошли внутрь.

Сейчас третий этаж был почти пустым — Зеркало Межмирья находилось в Зале Реликвий, а там, где раньше стояла Печать Башни, виднелся квадратный неровный след разбитого камня. Борислав не обратил на это внимания — он сразу увидел арку портала и подошёл к ней.

Принявшись ощупывать поверхность, он жадно вчитывался во все символы. Я не мешал ему — может, он правда сможет что-то понять?

Около двадцати минут Борислав изучал каждый миллиметр арки, а затем, отшагнув, покачал головой.

— Я не понимаю, — разочарованно произнёс он. — Без активации я ничего не смогу сделать.

— Жаль, — поморщился я. — Продолжим нашу беседу?

Борислав подавленно кивнул.

Мы вернулись на вершину башни, за наш столик. Уже близилась ночь, а Фамильяров не было видно — видимо, они утомились сражаться и ушли. Зато вместо них в воздух поднялись всадники на грифонах. Сейчас они во главе с Эльвирой кружились вокруг замка, тренируясь в темноте и отрабатывая воздушные манёвры.

— Что если вынести портал в Аэтерн? — предложил Борислав.

— Я тоже об этом думал, — кивнул я. — Это единственный вариант, который я вижу. Но тут есть много нюансов.

Сделал паузу.

— Если мы активируем портал в Аэтерне, Мир Войн, скорее всего, сразу поймёт, что это сигнал из заражённого мира. И, как в случае с Гласом, просто разрушит портал.

— Вторая опасность — в Кошмарах, — продолжил я. — Их в Аэтерне всё ещё полно. И вдобавок к этому там ещё есть Мёртвые Апостолы. Если мы случайно нарвёмся на одного из них, то потеряем и портал, и свои жизни.

Борислав ещё сильнее помрачнел.

— И последнее, самое серьёзное, — я посмотрел на Алхимика. — Маги из Мира Войн могут вторгнуться в Аэтерн и уже из него выйти на нашу планету. Тогда у нас начнутся большие неприятности.

— Согласен, — кивнул Борислав. — Не планируешь заняться закрытием Врат? Учитывая Мёртвых Апостолов, лучше как можно скорее избавиться от связи с Аэтерном. Слишком уж велики риски.

— Конечно, я думал об этом. Более того, я отправил Гавриилу всю информацию по Мёртвым Апостолам, и он должен предупредить о них другие страны. Осталось теперь дождаться, когда власть имущие дозреют.

Пару минут мы молчали,