Обратный отсчет - Токацин

резко сужающимся. Сивертсеново поле было свёрнуто внутри конусом, направляющим все кванты в батарею линз, — интенсивности итогового луча было достаточно, чтобы кусок железа, попавший под него, в считанные секунды рассыпался пылью. Пока Исгельт и Хольгер собирали установку и направляли пробный луч, Гедимина так и тянуло подставить под него руку, но он лишь досадливо щурился и думал, что его мозг пострадал от перегрузки во время работы над «Прожигом» — больше ничем такие приступы идиотизма он объяснить не мог.

— Видишь? Излучатель практически не отличается от твоего, — обратился к нему Хольгер. — Все различия в станине.

Гедимин без интереса посмотрел на неё — ничего сложного там не было, разве что требовалось поддерживать высокую скорость движения излучателя и при этом не перегреваться от трения.

— Какие пульсации вы задаёте? — спросил он.

— Ты сам открыл их свойства, — отозвался Хольгер. — Всё то же самое, Гедимин. Мы нарастили интенсивность и… выяснилось, что четырёх линз достаточно. Они толще твоих, и я поднял процент естественного обсидиана. Всё-таки он чем-то отличается от искусственных аналогов.

Его глаза на секунду затуманились — отогнать мысли о так и не разгаданной загадке было нелегко. Гедимин понимающе кивнул.

— И ещё одна пульсация. Очень простая, на два такта, — дополнил слова химика Исгельт. — Для неразрывности разреза. Ну что, все готовы?

Гедимин посмотрел на установку, прикинул, где именно произойдёт прожиг, и отошёл на пару шагов. Атмосферы на Луне по-прежнему не было, нейтронностойкий фрил надёжно защищал от радиационной вспышки, — вполне можно было бы остаться на месте…

— Поле! — рявкнул на него Исгельт и прикоснулся пальцем к виску. — И пластины. Где они? У тебя что, шлем сломался?

Гедимин нехотя поднял руку к лицевому щитку. Пластины легли на место — четыре на виски, одна, затемнённая, на глаза. Сарматы отошли ещё дальше, и между ними и установкой поднялся вертикальный полупрозрачный экран. Несколько секунд спустя он зарябил под расходящимися потоками сигма-излучения.

— Heta! — снова рявкнул Исгельт, ударив Гедимина по запястью, и тот изумлённо мигнул.

— Что?

— Ты тянулся к вискам, — сармат хмуро смотрел на него. — Ты сам это отслеживаешь? Хольгер рассказывал, что ты очень неосторожен с сигмой. По-моему, он сильно преуменьшил.

Гедимин мигнул, посмотрел на свою руку. Он сам не помнил, как она поднялась, — ей полагалось расслабленно свисать вдоль тела, а не тянуться к виску.

— Всё пропустили! — Хольгер сердито ткнул Гедимина в бок. Тот, мигнув, наконец посмотрел туда, где должен был прожигать портал новый излучатель. Его работа была закончена — прямо в воздухе, на подсвеченном фоне, повисла иссиня-чёрная дыра со слабо мерцающими краями.

— Десять сантиметров! — Хольгер снова ткнул Гедимина в бок. — Видишь? Можно и больше.

— Ага, — отозвался сармат, наблюдая за смыканием портала. — Какой срок жизни вы задали?

Исгельт и Хольгер переглянулись.

— Есть одна накладка, атомщик, — смущённо сказал химик. — Чем шире портал, тем меньше срок жизни. Там нелинейная зависимость… но суть именно такова. Пульсации позволяют задать базовый срок, а уже исходя из него, можно прикинуть, что получится.

— Ага, — повторил Гедимин. Портал, за которым он пристально следил, уже уменьшился до размеров точки.

— Значит, крейсер не пролезет, — заключил сармат.

— Протолкнём, — отозвался Исгельт. — Теперь мы тебя оставим и займёмся работой. Хольгер, иди к пушке. Зонды на мне.

«Зонды?» — Гедимин огляделся в поисках ещё одного свёртка с оборудованием, который он не заметил. Исгельт сдвинул несколько пластин брони, доставая неправдоподобно маленькие дроны.

— Синская разработка, — пояснил он, заметив взгляд Гедимина. — Традиции одной давно уничтоженной страны… Впрочем, ни ты, ни я не историки. Это мобильная камера-сканер.

— Таймер! — громче, чем обычно, сказал Хольгер, быстро отходя от установки под защиту сивертсенова поля. Зонд, быстро вращаясь, поднялся с ладони Исгельта и, выровняв полёт, направился к предполагаемой точке прожига. Зелёный луч — такой яркий, что пересчитать слагающие его пучки Гедимин не мог — вспыхнул и стремительно начертил в вакууме аккуратный круг. Тусклый белесый свет зажигался вдоль его траектории, доля секунды — и Гедимин снова увидел окно в черноту. Дрон, выплюнув струйку газа, проскользнул в портал.

— Двадцать один, двадцать два… — громко отсчитывал Исгельт. Края портала задрожали, медленно сближаясь. Сармат нажал кнопку на передатчике. Дрон вылетел из прокола и опустился на подставленную ладонь.

— Межгалактический путешественник, — ухмыльнулся Исгельт, аккуратно укладывая дрон в маленький контейнер.

— Что там? — Гедимин протянул руку к устройству, но сармат хлопнул его по запястью.

— Heta! Не трогай. Записи мы просмотрим в лаборатории.

Установка замигала красными светодиодами — излучатель снова собирался включиться, и Исгельт запустил в полёт ещё один дрон.

— Очень мало времени на сбор данных, — тихо вздохнул Хольгер, обращаясь к Гедимину. — Но, похоже, мы каждый раз выходим в другую точку. Константин сейчас пытается высчитать, что это за галактика…

Гедимин мигнул.

— Вы уже собрали так много данных? Это не первое… Какое по счёту испытание сейчас проводится?

Хольгер посмотрел себе под ноги.

— Мы запускаем зонды уже третий день. На самом деле информации очень мало…

— Sata! — крикнул Исгельт, и оба сармата повернулись к установке.

Она прожгла портал, и дрон успешно его прошёл и почти было вернулся обратно — но ему не хватило доли секунды. Прокол стал слишком узким, и устройство намертво в нём застряло. Гедимин видел, как мигает тревожный сигнал — корпус зонда готов был лопнуть от давления со всех сторон. Сармат двинулся к нему, но налетел на защитное поле — и, пока собирался его обходить, услышал сдавленное шипение в наушниках и увидел, как Исгельт жмёт на кнопку. Дрон взорвался. Портал, ничего не заметив, продолжал закрываться — не быстрее и не медленнее, чем обычно.

— Его бы зажевало на ту сторону, — сказал Гедимин Исгельту. — Перегородка не слишком широкая.

— Вот именно, — буркнул тот, досадливо щурясь на портал. — А у нас приказ — не оставлять лишних следов. А что ты собирался сделать, интересно? Ещё раз сунуть туда руку?

Гедимин смутился.

— Я хотел помочь…

— Тебе точно пора на базу, — медленно проговорил Исгельт, оглядываясь на Хольгера. — Проводи его. Гедимин, завтра с утра Стивен отведёт тебя в реакторные отсеки. А полигон мы пока от тебя закроем.

— Почему⁈ —