Чудеса на зеленом холме - Нина Колыбельникова

Все травы уже были собраны, и я пошла в сторону дома, про себя решив, что если этот маньяк приблизится, то я ударю его кустом по лицу. Будет знать, как меня преследовать.

Несколько раз на обратном пути я вновь слышала шорох и испуганно оборачивалась, однако мужчина не приближался. Просто наблюдал за мной, изучал. Небось, все сведется к тому, что он, как хищник, который подкарауливает свою жертву, нападет в самый неожиданный момент.

Эта слежка мне не понравилась, из-за нее я чувствовала себя нервно и испытала облегчение только тогда, когда вернулась в дом ведьмы. Как бы странно это ни звучало, но именно здесь я чувствовала себя в безопасности, потому что знала — Асания никому меня не отдаст. Ее уважали, ее боялись, с ее мнением считались, так как она единственная в этой деревне, кто действительно мог помочь при недуге.

Сейчас Асания варила в подсобном помещении мази, и я не стала ей мешать. По обычаю, поставила корзину со сбором возле дверей и пару раз постучала, обозначая, что я пришла. Как только ей понадобятся травы, она откроет дверь и сама их возьмет.

Дальше я стала прибираться в доме, подготовила заготовки к обеду, а затем пошли покупатели. Кто-то приходил за настойкой, которая помогала при гастрите, кто-то за взваром от кашля, а кто-то за мазями от ожогов. Чаще других эту мазь заказывал местный кузнец, работы у него получались отменными, но обжигался он практически каждую неделю.

Всем, кто приходил за товарами, я выносила заказ, а у тех, кто пришел с хворью, спрашивала жалобы и записывала на листок, с которого потом читала Асании, если недуг был не срочным. Местных букв я не знала, читать и писать не умела, но вести записи на своем родном языке, чтобы ничего не забыть, — могла.

Однако таких клиентов сегодня было мало, привели восемнадцатилетнюю девушку, которую беспокоили тревожные сны, да приходили люди с головной болью, но им я сразу вручала простенький настой. Только девушку записала отдельно на консультацию к Асании. Как по мне, ей можно было дать обычное успокоительное, но будет лучше, если с ней еще поговорит ведьма.

Когда посетители разошлись, я приготовила обед и позвала хозяйку к столу. Выглядела она уставшей, но довольной. Но это и так понятно, заказов стало больше, так как она быстрее их готовила, и если раньше с головной болью могли переждать, то сейчас свободно покупали настойки и приносили деньги Асании.

Местной валюте меня обучили, потому что именно я принимала от покупателей оплату, когда Асания была занята. Деньги в этом мире существовали в виде монет. Каждая монета имела уникальные форму и размер, отражающие ее ценность. Мелкие деньги были маленького размера, на них были нарисованы разные животные и растения, номинал от этого не зависел. Крупные деньги размером были побольше. Цвет таких монет был менее ярким, чтобы не привлекать внимание, и единственное, что было на них нарисовано, — это цифры: от одного до двадцати. По ним я и научилась разбираться в местной арифметике. На каждой монете стоял оттиск банка, его я внимательно проверяла, чтобы не принесли подделку. Глядя на это, жители недовольно фыркали и воротили носы, будто я их оскорбила. Но пусть себе обижаются, мне главное — хорошо выполнить свою работу. Поди потом найди того, кто именно дал пустышку. Доказательств, кроме моего слова, не будет никаких.

— Сложный сегодня день, — довольно заявила Асания, уплетая за обе щеки мой луковый суп. — Заказов стало больше. Слухи быстро разносятся, из других деревень чаще приезжают.

— Это же хорошо, — пожала я плечами.

— Хорошо, — кивнула Асания. — Если так и дальше дела пойдут, то через три месяца накопим тебе на документы. Может быть, ты мне удачу приносишь?

От таких сроков я воодушевилась. Сейчас я жила словно на пороховой бочке, которая могла в любой момент взорваться, а теперь для меня забрезжил свет в конце тоннеля.

Жаль только, насладиться этим мгновением я не смогла, так как к нам снова прибежал Харибей.

— Асания! — крикнул мальчик еще во дворе. — Тебя папа срочно зовет, говорит, не терпит отлагательств!

— Неужели Сецилия стала кровоточить, — цокнула языком Асания и обратилась ко мне. — Я сама справлюсь. Еще не все за заказами пришли, так что примешь их и заберешь плату, хорошо?

Я согласно кивнула и проводила Асанию взглядом. Чувствовала я, что ничего хорошего не случится. И не зря.

Глава 7

Ожидание — это сложный и многогранный процесс, который может вызывать целый спектр эмоций. Когда человек долго ждет чего-то важного, его внутренний мир наполняется тревогой, надеждой и иногда даже отчаянием. Время растягивается, и каждая минута может казаться вечностью. Мы начинаем прокручивать в голове различные сценарии: что произойдет, если ожидание оправдается или, наоборот, если оно обернется разочарованием.

Вот и для меня следующие минуты тянулись как резина. Я уже не помню, как встречала покупателей и как принимала оплату, перед глазами все расплывалось, а голова раскалывалась от напряжения.

Почему Асании так долго нет? Ушла больше часа назад, неужели с женой старшего все настолько плохо?

— Астра, ты меня слышишь? — недовольно проворчал наш лесник, который занимался охотой. — Мне нужна мазь от воспаления, ты чего в облаках летаешь?

— Да, сейчас, — ответила отстраненно и пошла забирать из подсобки товар.

Лесник внимательно его осмотрел, а затем протянул мне тушку бельчонка.

— Денег сейчас нет, но я могу оплатить своей добычей, — сконфуженно произнес он, а я только безразлично кивнула и приняла его оплату.

Только после его ухода поняла, что натворила. В таких вопросах нужно было консультироваться с Асанией, надеюсь, разозлится она не сильно.

Благо посетителей больше не было. В очередной раз заскрипела калитка, оповещающая о приходе нового человека, и в дом вошла хмурая Асания.

— Ну как? — я тут же подбежала к ней. — С Сецилией случилось что-то серьезное?

— Нет, — ведьма отрицательно покачала головой. — С ней все в порядке, хотя еще и лежит. Дочка спихнула ей все-таки ребенка и умчалась хвостом крутить перед парнями, хоть бы по дому помогла. Дура.

— Но если все хорошо, тогда зачем вас звали?

Ведьма замялась, медленно стянула с себя теплую шаль и положила ее на кресло, а затем ушла в кухню ставить чайник.

Это молчание создало в доме такое напряжение, что сердце заколотилось от страха. Неужели интуиция меня не подвела?

— Ты садись, — кивнула головой на стул Асания, — разговор будет не из легких.

После этих