Маньчжурский гамбит. Том 4 - Павел Барчук

Я направился к экипажу. И почти уже дошел. Внезапно мой взгляд зацепился за силуэт в толпе. Невысокий рост, ватник, малахай, надвинутый на лоб…

Человека можно было бы принять за китайца, которых тут отираются сотни. Но… Руку даю на отсечение, это — женщина. Более того, женщина, которую хорошо знаю. Неуловимый поворот головы, вздернутый подбородок и привычка машинально поправлять правой рукой волосы, хотя сейчас они спрятан под шапку. Видел такие замашки много раз только у одной особы.

Попытка слиться с местной беднотой неплохая, но я девчонку раскусил моментально. Это была Манью.

Какого хрена⁈ Почему она тут? И кто выпустил ее с лесопилки⁈

Эта идиотка должна безвылазно сидеть там, где велено. Внучка Шэня официально числится мертвой. Ради этой легенды я связался с Триадой. Если кто-то узнает, что Манью жива, вся комбинация полетит к чертям. Бао быстро донесут, как некрасиво его поимели.

— Соломон Маркович, в экипаж. Ждите там, — бросил я Блауну, не оборачиваясь. Мой взгляд буквально прикипел к тоненькой фигурке в ватнике, которая переходила дорогу, направляясь в противоположную от «Модерна» сторону. — Тимофей, ты тоже. Мне надо решить кое-какой вопрос. Очень быстро.

Информация для читателей: Уважаемые читатели, я вчера из-за пропуска проды пообещал две главы и искренне собирался их написать. К сожалению, совершенно вылетело из головы, что 20 мая у моей супругу день рождения) Я не то, чтобы забыл, не совсем идиот, просто запутался в числах и датах. Утром, конечно, все это прилетело обратно. Вместе с обещанием супруги предать меня анафеме, если я в ее день рождения буду работать с двойной силой) Приношу глубокие извинения, что ввел вас в заблуждение по поводу количества сегодняшних глав, наверстаю до конца недели.

Глава 4

Я рванул прямо в толпу, а толпа на улице Харбина — это не десяток прохожих. Она похожа на вязкое, бурлящее болото. Кто-то возмущенно крикнул вслед, тяжелая корзина зеленщика больно ударила по бедру. Плевать. Мой взгляд лихорадочно выискивал ту самую фигуру в синем ватнике.

Девчонка двигалась как чертова ртуть. Нырнула за спину рикши, плавно обтекла лоток с горячими пирожками, скользнула между русской семейной парой. Расстояние между нами сокращалось. Можно было бы крикнуть, позвать ее, но тогда, боюсь, Манью очень постарается нашей встречи избежать. Даже уверен в этом. смоется моментально. А я хотел поймать ее на «месте преступления». Чтобы не могла отбрехаться.

Вот она, метрах в десяти. Резко сворачивает в узкий проулок между галантереей и глухой кирпичной стеной какого-то магазина.

Рванул следом, едва не поскользнувшись на раскатанном до блеска льду. И тут мне наперерез из-за угла буквально выскочила тяжелая ломовая телега, груженная дровами. Лошадь испуганно всхрапнула, возница дико заорал, натягивая вожжи. Пришлось резко затормозить и отпрыгнуть назад. Иначе сто процентов попал бы прямо под колеса. Чертыхнулся, пропуская эту громыхающую махину.

Минутная заминка вышла мне боком. Как только путь освободился, рванул в нужный проулок, но Манью там уже не было. Только стайка чумазых пацанов увлеченно делила ворованную добычу у мусорного бака да облезлая кошка метнулась в подвальное окно. Девчонка испарилась. Будто ее тут и не было.

Оперся рукой о холодный кирпич стены, втянул холодный воздух сквозь зубы.

Дрянь упрямая! Я из-за нее в смертельные игры играю, серебром швыряюсь, оружие японцев направо-налево раздаю. Еще, между прочим, несуществующее оружие. Пока его у меня нет. А она разгуливает по центру Харбина, как по Бродвею!

— Твою ж мать!

Рявкнул вслух так громко, что пацаны испуганно оглянулись и бросились врассыпную. Подумали, это по их душу явился злой тип в бобровой шубе.

Затем развернулся и двинул обратно к пролетке. Попутно пытался понять, какого черта китаянке вообще понадобилось лезть в город. Ну и еще, конечно, по-прежнему волновал вопрос: как она это сделала? Если выпустил кто-то из охраны, накажу всю смену. Если ухитрилась выбраться сама… Вообще всех тряхну за шиворот. Особенно Корфа с Осеевым. Получается, в нашей «крепости» еще остались дыры.

Тимофей стоял возле пролетки, широко расставив ноги, и напряженно смотрел в ту сторону, куда я убежал. Взгляд у вахмистра был мрачный. Он явно не одобрял моего решения шляться по улице в одно лицо. Глаза пластуна сканировали толпу с фанатизмом телохранителя, который видит угрозу своему подопечному даже в маленькой девочке с воздушным шариком. Впрочем, если верить ужастикам и триллерам двадцать первого века, такие девочки как раз часто бывают самыми опасными.

Соломон Маркович сидел в экипаже, но тоже казался слегка заведенным. Старого лиса, похоже, сильно взволновали мои слова насчет Дин Сяна.

— Павел Саныч! — заметив меня, Тимоха выдохнул с явным облегчением. Шагнул навстречу. — Что случилось? Вы за кем-то гнались? Давайте я?

Казак подался вперед, готовый сорваться с места.

— Отбой, Тимоха, — процедил я, забираясь в пролетку. Сел рядом с Соломоном Марковичем, откинулся на спинку. — Обознался.

Ростовщик покосился на меня с подозрением.

— Обознались? Ой, князь… — протянул Блаун. — Чтобы человек вашего склада ума так сорвался с места, он должен увидеть либо своего кровного врага, либо женщину, которая украла его сердце. И что-то мне подсказывает, ваши враги по Китайской улице пешком без охраны не ходят.

Я бросил на еврея суровый взгляд. Это было конкретный намек не совать нос не в свое дело.

— Соломон Маркович, говорю же — обознался.

Блаун тихонько хмыкнул, но развивать тему не стал. Благоразумно решил придержать язык за зубами. Из ситуации в «Модерне» он сделал верные выводы.

Тимоха еще раз внимательно посмотрел на меня, но в итоге поступил как и ростовщик — очень фальшиво изобразил, будто поверил в версию с «обознался».

Казак залез на облучок к Еремею, чтобы мы не жались друг к другу на сиденье, и велел тому ехать к зданию Управления КВЖД.

— Администрация губернатора там? — спросил я Соломона, потому как направление Тимоха мог узнать только у ростовщика, пока «его сиятельство» гонялся за придурошной девкой по улицам.

— Конечно, — кивнул Соломон Маркович, — Павел Александрович, в этом городе все серьезные дела, все важные люди, так или иначе связаны с КВЖД. Харбин начался со строительства железной дороги, всегда от нее зависел. Кто контролирует Управление, являлся подлинным хозяином всей Маньчжурии. Это работает и в обратную сторону. Чтобы быть хозяином Маньчжурии, надо контролировать КВЖД. Вы еще не поняли?

Я молча пожал плечами и прикрыл глаза. Старался унять переполнявшую меня злость. По возвращении на лесопилку устрою такой разбор полётов, что всем чертям станет тошно. А чертихам особенно.

Минут через двадцать Маруся