Новые проблемы - Хайдарали Мирзоевич Усманов

Линь Сюэ невольно сжала пальцы.

— Тогда почему ты позволил ему остаться у Ли Юньсюэ?

Старик чуть приподнял бровь.

— Потому что Академия Небесного Свода — это не игрушка для удовлетворения чьих-то прихотей. Даже твоих.

Слова были произнесены спокойно, но их смысл был предельно ясен. Девушка слегка опустила взгляд. Однако Великий старейшина тут же смягчился.

— Кроме того, — продолжил он, — пока что это лучший вариант. Ли Юньсюэ молода, но умна. И, что важнее, Мин-сок доверяет ей.

Он сделал короткую паузу.

— А доверие такого юноши может оказаться куда ценнее любого приказа.

Линь Сюэ задумчиво прикусила губу. Перед её мысленным взором вновь возникла фигура Мин-сока. Его ледяные глаза. Спокойное лицо. Смертоносные движения. И полное равнодушие к её приказу. Она медленно подняла взгляд на деда.

— Значит… он действительно настолько важен?

Старший родственник несколько секунд молчал. Затем его лицо стало необычайно серьёзным.

— Возможно, — тихо произнёс он, — этот юноша является одним из самых ценных приобретений Академии за последние несколько десятилетий.

После этих слов в комнате вновь повисла тишина. И Линь Сюэ окончательно поняла, что её интерес к Мин-соку — это уже не просто прихоть избалованной красавицы. Это история, способная изменить расстановку сил во всей Академии Небесного Свода.

Линь Сюэ некоторое время сидела молча, задумчиво глядя на лежащий перед дедом нефритовый футляр с древним трактатом. Но мысли её были уже далеко не здесь. Перед глазами вновь возникал образ Мин-сока. Спокойное лицо. Холодные, словно выточенные из прозрачного льда глаза. Гибкое, сильное тело, двигавшееся с той опасной грацией, которая свойственна лишь существам, рождённым для охоты. И то почти невыносимое ощущение, что этот юноша словно не принадлежит никому. Ни ей. Ни Ли Юньсюэ. Ни даже самой Академии. Эта мысль неожиданно вызвала в её душе странное раздражение. Да. Линь Сюэ привыкла получать то, чего желала. Если её взгляд останавливался на редком артефакте, через несколько дней тот уже украшал её личную сокровищницу. Если ей нравился какой-то юноша, он неизменно становился её слугой. Если кто-то пытался противиться её воле, достаточно было одного слова, чтобы все препятствия исчезали.

Но с Мин-соком всё оказалось иначе. Именно это и притягивало её всё сильнее. Она медленно подняла взгляд на деда.

— Если он настолько ценен… — тихо произнесла девушка, тщательно подбирая слова, — значит, было бы разумно сделать так, чтобы он оказался ближе к нашей семье.

На губах старейшины появилась лёгкая улыбка. Он слишком хорошо понимал, что скрывается за этой внешне рассудительной фразой.

Старик тихо усмехнулся.

— Разумеется, было бы весьма полезно, если бы столь необычный юноша оказался связан с нашей семьёй.

Линь Сюэ чуть выпрямилась. Но дед тут же, прищурившись, добавил:

— Однако для этого тебе следовало бы раньше задуматься о собственном положении.

Девушка слегка нахмурилась. А Великий старейшина неторопливо сложил руки перед собой.

— Если бы ты уже имела статус хотя бы младшей наставницы, всё было бы куда проще. — Он говорил спокойно, но каждое его слово звучало предельно ясно. — Тогда ты могла бы официально заявить о желании принять Мин-сока в личные ученики. Ли Юньсюэ получила бы достойную компенсацию. Совет старейшин рассмотрел бы этот вопрос. И, при наличии достаточных оснований, переход был бы вполне возможен.

Линь Сюэ медленно опустила взгляд. Старик был прав. Но именно это и раздражало её сильнее всего. Она никогда не стремилась стать наставницей. Зачем? Будучи личной ученицей Великого старейшины, она и без того получала всё, что только могла пожелать. Лучшие техники. Редчайшие пилюли. Доступ к сокровищнице. Поддержку самых влиятельных людей Академии. Ей не приходилось заботиться о репутации наставника, искать учеников, нести ответственность за их успехи и ошибки. До сих пор она жила легко и беззаботно, уверенная в том, что мир сам склонится перед ней. Но теперь впервые оказалось, что даже её положения недостаточно. Она не могла просто прийти и забрать понравившегося ей человека. И сама только эта мысль была для неё почти оскорбительной.

Линь Сюэ медленно провела пальцами по нефритовому подлокотнику кресла. Внутри неё боролись противоречивые чувства. С одной стороны, всё было очевидно. Если она действительно хочет приблизиться к Мин-соку, получить законное основание для общения с ним, влиять на его судьбу и, возможно, со временем сделать его союзником своей семьи, ей необходимо стать наставницей. Только тогда у неё появится официальный статус и соответствующие права. Но вместе с тем в глубине души девушка ощущала лёгкое разочарование. Потому что её первое желание было совсем иным. Когда она впервые увидела этого юношу, ей хотелось, чтобы он просто подчинился её воле. Шёл за ней. Смотрел только на неё. Выполнял её распоряжения. Оставался рядом. Как это делали её прежние слуги. Эта фантазия казалась такой естественной. И такой удобной.

Но теперь она слишком хорошо понимала, что с Мин-соком подобное не сработает. Он не был одним из тех красивых и покладистых мальчиков, которые готовы были ради её улыбки отказаться от собственной гордости. Нет. Этот юноша скорее молча развернётся и уйдёт, чем позволит кому-либо обращаться с собой как с вещью. И именно это делало его ещё более желанным. Линь Сюэ медленно подняла взгляд.

— Значит, если я хочу иметь возможность приблизиться к нему… мне нужно стать наставницей?

Главный старейшина чуть заметно кивнул.

— Это самый прямой путь.

Он сделал паузу и добавил уже мягче:

— Либо ты можешь отказаться от этой затеи и позволить событиям идти своим чередом.

Девушка ничего не ответила. В зале воцарилась тишина. Солнечный луч скользнул по полированному полу. Где-то в саду тихо зазвенел колокольчик, подвешенный под крышей.

Линь Сюэ сидела неподвижно, но в её душе происходила настоящая борьба. Отступить? Забыть о Мин-соке? Сделать вид, что всё это было лишь мимолётным капризом? Или лучше всё же рискнуть? Сдать этот сложный, и многоступенчатый экзамен наставника. Взять на себя ответственность. Изменить собственную жизнь. И всё ради возможности быть ближе к этому загадочному юноше с ледяными глазами.

Она медленно выдохнула. И в этот момент впервые за долгое время почувствовала, что стоит на пороге решения, которое действительно может изменить её судьбу.

…………

Тяжёлые резные двери кабинета Великого старейшины бесшумно закрылись за Линь Сюэ. Ещё несколько секунд старик не отводил взгляда от створок, за которыми исчезла его внучатая племянница. На его суровом, испещрённом морщинами лице медленно появилась довольная улыбка. Редкая. Тёплая. Почти отеческая. В такие моменты в