Новые проблемы - Хайдарали Мирзоевич Усманов

нём было трудно узнать того самого Верховного старейшину Академии Небесного Свода — человека, чьё имя с уважением и опаской произносили правители царств, наставники других великих академий и даже многие древние мастера, прожившие не одну сотню лет. Сейчас он выглядел просто стариком, который с нескрываемой нежностью думает о своей любимой внучке.

— Упрямая девчонка… — тихо пробормотал он, покачав головой.

Линь Сюэ не была его родной внучкой. Она происходила из боковой ветви семьи Линь и являлась потомком его давно погибшего младшего брата. Когда тот умер, старик сам взял детей этой родственной линии под свою опеку. С тех пор он относился к девочке так, словно она была его собственной кровью. Баловал. Потакал её прихотям. Защищал. Прощал ей многое из того, за что других учеников давно бы сурово наказали. И именно поэтому Линь Сюэ выросла такой. Яркой. Красивой. Гордой. Самоуверенной. Привыкшей к тому, что весь мир просто обязан уступать её желаниям. Старик прекрасно понимал, что немалая часть вины за это лежит именно на нём. Слишком уж сильно он любил эту девочку. Слишком редко отказывал ей. Слишком часто использовал своё влияние, чтобы сглаживать последствия её выходок. А выходок было немало. То конфликт с ученицами, завидовавшими её положению… То ссора с молодыми наставниками, не пожелавшими исполнять её прихоти… То очередной «слуга», которого она сначала осыпала вниманием, а спустя год теряла к нему всякий интерес…

Вспомнив всё это старейшина Линь устало вздохнул. Если бы не её талант и природные способности, то многие в Академии уже давно начали бы открыто роптать.

Но Линь Сюэ действительно была исключительной. Уже достигла первой звезды Да Доу Ши в столь юном возрасте. Превосходное владение техниками. Острый ум. Прекрасное понимание силы и человеческой природы. Её потенциал был настолько велик, что даже самые строгие старейшины не могли этого отрицать. И всё же Великий старейшина давно понимал, что если не дать этой девушке настоящую ответственность, она так и останется избалованной красавицей, привыкшей жить исключительно ради собственных удовольствий. И именно поэтому он уже несколько лет размышлял о том, чтобы перевести её из статуса ученицы в статус наставницы.

Звание наставника в Академии Небесного Свода было не просто красивым титулом. Оно означало обязанности. Ответственность за воспитанников. Необходимость принимать решения. Отвечать за последствия. Заботиться не только о себе. Старик был убеждён, что именно это способно изменить Линь Сюэ к лучшему. Сделать её взрослее. Мудрее. Сдержаннее. Однако существовала одна проблема. По правилам Академии никто не имел права принуждать ученика становиться наставником. Это решение должно было быть добровольным. А сама Линь Сюэ ранее никогда не проявляла к этому ни малейшего интереса. Зачем ей лишние заботы? Зачем ответственность? Зачем бессонные ночи, связанные с обучением кого-то другого? Куда проще ей было бы оставаться любимой ученицей Великого старейшины и получать всё, что только пожелает душа. Сколько раз он пытался мягко подтолкнуть её к этой мысли. Сколько раз заводил разговор. Сколько раз намекал. И всякий раз девушка ловко ускользала от темы. Но теперь…

Старик снова улыбнулся. Теперь в Академии появился Мин-сок. Тот самый юноша с ледяными глазами. С странным стилем боя. Необычайным потенциалом. И, что особенно важно, человек, сумевший вызвать у Линь Сюэ подлинный интерес. Не мимолётную прихоть. Не очередное желание развлечься. А настоящее, глубокое любопытство. Смешанное с восхищением. Раздражением. Соперничеством. И чем-то куда более личным. Великий старейшина Линь прожил слишком долгую жизнь, чтобы не распознавать подобные вещи. Он видел, как менялось лицо внучки, когда она рассказывала о Мин-соке. Как вспыхивали её глаза. Как она старалась скрыть смущение. Как невольно возвращалась мыслями к этому юноше. И именно поэтому старик сейчас испытывал почти детское удовлетворение. Наконец-то судьба сама принесла ему тот самый рычаг, который был способен сдвинуть с места эту упрямую девчонку.

Мин-сок стал для неё приманкой. Тем самым желанным призом, ради которого Линь Сюэ впервые всерьёз задумается о звании наставницы. Старик тихо рассмеялся.

— Кто бы мог подумать, — пробормотал он, — что мальчишка из захолустной школы окажется способен сделать то, что не удалось даже мне.

Он поднялся из-за стола и медленно подошёл к окну. Внизу, среди садов и павильонов, уже кипела жизнь Академии. Ученики спешили на занятия. Наставники направлялись на тренировочные площадки. Служанки несли подносы с чаем. А где-то среди этих многочисленных дорожек шёл юноша, который даже не подозревал, какие перемены уже вызвал одним своим появлением.

Думая обо всём этом, старейшина резко прищурился. Мин-сок был ценен сам по себе. Но если вдобавок этот юноша сумеет заставить Линь Сюэ повзрослеть… То его появление в Академии можно будет считать поистине бесценным подарком судьбы.

Старик сцепил руки за спиной. На его губах вновь появилась тонкая, довольная улыбка.

— Что ж, мальчик, — тихо произнёс он, глядя вдаль, — сам того не ведая, ты уже начал менять судьбы людей вокруг себя. И, судя по всему, это только начало.

Оставшись в кабинете один, Верховный старейшина Линь ещё некоторое время неподвижно стоял у высокого окна, сложив руки за спиной. Утренний свет медленно заливал вершины гор. Тонкие облака, словно струйки белого шёлка, лениво скользили между каменных пиков, на которых веками возвышались павильоны, башни и тренировочные площадки Академии Небесного Свода. Отсюда, с высоты его резиденции, вся Академия лежала перед ним как на ладони. Сотни зданий с изогнутыми крышами. Мосты, перекинутые над бездонными ущельями. Водопады, срывающиеся вниз серебряными нитями. Парящие в воздухе каменные платформы. Потоки духовной энергии, медленно струящиеся между формациями, будто невидимые реки. И среди всего этого великолепия старик видел не просто архитектуру. Он видел живой организм. Огромный. Сложный. Полный внутренних противоречий. Организм, которым он управлял уже много десятилетий. Но даже ему, человеку, чья власть здесь казалась почти абсолютной, приходилось постоянно учитывать амбиции других старейшин, соперничество между семьями, интересы наставников и бесконечные интриги учеников.

А теперь в этот тонко сбалансированный мир вошёл новый фактор. Мин-сок. Старик медленно вернулся к столу и опустился в массивное кресло, вырезанное из цельного куска чёрного духовного дерева. Поверхность стола была почти полностью скрыта под древними свитками, нефритовыми табличками и докладами, которые ежедневно приносили ему ученики и доверенные помощники.

Но сейчас мысли старика были далеки от текущих дел. Он вновь и вновь прокручивал в памяти всё, что ему уже было известно о юноше. Парень появился будто из ниоткуда. Выходец из практически забытой школы «Кленового листа». Без громкого происхождения. Без поддержки влиятельного рода. Без явных покровителей. И при