Папа, кажется, я влюбился. Нет, мама, жениться мне ещё рано! - Ник Вотчер

рядом с Вороном, сжимая в руке свою дубину. Его лицо было напряженным, а в глазах читалась злость. Он явно был не в настроении выслушивать приказы. Как, впрочем, и большинство остальных выдернутых сюда Игроков.

— А что за задание? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Может сперва выслушаем, а потом уже будем бросаться упрёками?

Сиволапов посмотрел на меня, и в его взгляде мелькнуло что-то похожее на одобрение. Он шагнул вперед и указал рукой на горизонт, где виднелись столбы дыма.

— В двадцати километрах отсюда группа Игроков противника захватила ТЭС. Они вооружены системными артефактами и огнестрельным оружием. Взяли в плен охрану и сотрудников и угрожают взорвать станцию вместе с работниками.

— Игроки? — переспросил Валера. — С каких пор в военных действиях участвуют Игроки? Это же вроде не одобряется Лигой? И при чём тут вообще мы?

— Не одобряется, если это фиксируется. Но наши зарубежные партнёры, как обычно, закрывают глаза, когда им это выгодно, — твердо сказал Сиволапов. — Что касается тех, кто засел на ТЭС, то они нарушили все мыслимые правила. Они используют системные навыки для убийства мирных жителей и военных. Это неприемлемо.

— И вы хотите, чтобы мы их убили? — спросил Ворон, и его голос звучал мрачно.

— Я хочу, чтобы вы их остановили, — поправил его Сиволапов. — Любыми способами. Если они взорвут ТЭС, то погибнут сотни людей. У нас нет времени ждать подкрепления из центра. Здесь и сейчас, вы — единственная группа, которая может справиться с этой задачей.

Я посмотрел на Игроков, стоящих вокруг Сиволапова. Было видно, что мало кому понравились слова нашего Главы. Никто не хотел лезть под пули и убивать людей, пускай и врагов. Это совсем не то же самое, что сражаться с монстрами и закрывать Разломы, что я и решил озвучить.

— Мы не солдаты, — сказал я, обращаясь к Сиволапову. — Мы Игроки. Мы закрываем Разломы и сражаемся с монстрами. У нас нет опыта в войнах с людьми.

— Война с людьми ничем не отличается от войны с монстрами, — ответил тот. — Считайте, что ТЭС — это Разлом, а захватчики –монстры. Вам нужно просто зачистить Разлом от всех монстров.

— Я на такое не подписывался, — возразил кто-то из Игроков. — Я не собираюсь бежать под пули непонятно ради чего. Как вообще мы здесь очутились? И почему именно мы?

— Призыв притягивает 50 сильнейших человек Гильдии, — сказал Сиволапов. — Я не могу заставить вас идти туда силой. Если вы не хотите воевать, вы можете остаться в стороне. Но я прошу вас помочь. Эта… операция очень важна для нашей Гильдии. Я же не просто так торчу здесь уже столько времени! — он повысил голос. — Вы думаете, мы одни такие? Да в каждом городе есть своя Гильдия, а в некоторых и по несколько. Знали бы вы, как нас постоянно пытаются подмять под себя! Правительство считает, что должно полностью контролировать Игроков. Мы же, с другими главами, боремся за то, чтобы отстоять свою независимость. Хотя бы частичную. Если у нас получится, то для вас почти ничего не изменится. Если нет — будьте готовы к тому, что тот, кого поставят над нами, начнёт закручивать гайки.

— И как же? — мрачно спросил Бармалей.

— Увеличит количество обязательных рейдов, повысит налог на добычу, полностью заберёт себе все ресурсы с закрытых Разломов. Мне продолжить, или ход мысли и так понятен? — с раздражением спросил Сиволапов, перестав загибать пальцы.

Он замолчал, давая нам время переварить сказанное.

Я смотрел на него, пытаясь понять, что можно выжать из этой ситуации. Он явно был в отчаянном положении, раз решился на такой шаг. И что-то мне подсказывает, что если ему сейчас помочь, то это поможет получить определённые преференции в будущем.

— Я согласна, — неожиданно сказала Ира. — Я не позволю убивать мирных жителей! Мы должны показать всем, чего стоит наша Гильдия.

— Я тоже, — поддержал ее Валера. — В конце концов, это наша работа — защищать людей.

Я посмотрел на Ворона. Он тяжело вздохнул и кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Мы поможем. Но на наших условиях.

— Каких? — спросил Сиволапов.

— Мы не будем убивать, если можно обойтись без этого. Мы попытаемся их обезвредить. И если они сдадутся, мы не будем их добивать.

— Разумеется, — сказал Сиволапов. — У вас есть время до темноты на подготовку. Затем мы выдвигаемся.

— Это ещё не всё, Толя, — произнёс Бармалей. — Двойной тариф за операцию, вся трофейная снаряга наша, налоговое послабление для всех участников…

— Не части, — перебил его Сиволапов. — Выберите троих представителей, с которыми мы обсудим детали. Остальные пусть готовятся.

Ворон тут же подошёл к Бармалею, застолбив второе место. Глядя на него, к ним двинулось ещё четверо. После короткого обсуждения, трое из них ушли с недовольными лицами.

— А мне нравится этот Бармалей, — одобрительно покивал Валера. — Знает, чего хочет и не стесняется об этом говорить.

— Ещё бы, он вообще-то топ-1 Гильдии на данный момент, — усмехнулась Ира.

— Ого! — присвистнул Валера. — Интересно, какого он уровня и что у него по статам и навыкам?

— Подойди да спроси, — ответил я.

— Ага, так он мне всё про себя и рассказал. Но познакомиться точно будет не лишним. Надо будет попросить Ворона нас представить друг другу.

— Ир, а ты действительно веришь в то, что говорила, или это было для того, чтобы набить себе очки в глазах Сиволапова?

— И то, и то, — пожала она плечами. — Я же тебе говорила, Коля, у меня есть цель, и я к ней иду. Мы же вроде бы об этом с тобой уже говорили?

Я промолчал. С одной стороны, я понимаю её и даже местами восхищаюсь её целеустремлённостью. Но, с другой стороны, она меня иногда этим пугает и, надо быть честным с самим собой, вызывает зависть. У меня же тоже есть цель, но я, по сравнению с ней, еле плетусь, пока она бежит.

* * *

— Не так я представлял себе будущее, — сказал Валера, присаживаясь рядом.

— Понимаю, — кивнул я. — Только что вышли из одного ада, и нас уже закидывают в другой.

— Такая работа, Колян, —