Абиссинец 1889. Том 4 - Сергей Насоновский

Мы поползли пятясь назад. Высокая трава надежно скрывала нас. До кустов оставалось несколько шагов, когда сверху снова окликнули:

— Последний раз предупреждаю! Назовите позывные!

Мы не остановились и грохнул выстрел.

Одновременно перекатившись через край небольшой ложбины, мы съехали вниз по траве. Теперь склон прикрывал нас от стрелка.

Рыжий приподнялся на локте.

— Что за цирк, Андрюха?

— Тише.

— Сам ты тише. Я едва язык не откусил.

— Рыжий, мы не знаем, кто там.

— Часовой, кто же еще?

— Ты сам его видел?

— Нет. — Семен задрал голову.

— Вот и я не видел. Пароль мы уже назвали, а место нашли сами, по проколу на карте. Могли и промахнуться. А сюда до нас могли выйти посторонние и снять этот чертов секрет.

Семен осторожно выглянул из-за кочки и тут же втянул голову обратно.

— И то верно.

Сверху снова потребовали остановиться. Голос теперь звучал немного левее. Нас пытались обойти.

Я потянул Рыжего за рукав и указал вниз. Мы отползли еще на несколько саженей, укрылись за вывороченным корнем здоровенной лиственницы и замерли.

Стало тихо. Лишь едва слышно шелестели листья. Кто-то осторожно раздвинул кусты там, где мы лежали несколько мгновений назад.

— Двое, — прошептал Рыжий.

— Уверен?

— Один идет прямо за нами. Второй забирает правее, в обход.

Я тоже прислушался. Первый двигался короткими перебежками и часто замирал. Второго почти не было слышно, но справа время от времени шелестели кусты, пару раз хрустнула ветка.

— Уходим? — спросил я.

— Нет, Абиссинец. — Рыжий улыбнулся. — Сперва поглядим, кто там нас так увидеть желает.

Резон в этом имелся. Если впереди настоящий секрет, следовало убедиться самим. Если нет, оставлять неизвестных за спиной тем более нельзя. Я кивнул.

Рыжий пошарил возле корней и подобрал два голыша размером с кулак. Один передал мне, второй оставил себе, затем показал вниз по оврагу.

Я приподнялся и швырнул камень как можно дальше. Тот врезался в кусты и загрохотал по осыпи.

Шелест наверху стих. Мы тоже выжидали.

Семен бросил свой камень левее. Голыш упал в траву, ударился о сухой ствол и покатился вниз.

Почти сразу справа мелькнула темная фигура. Один из преследователей направился к шуму, второй остался выше, прикрывая товарища.

Рыжий коснулся моего плеча и указал в противоположную сторону.

Мы поползли вдоль склона, удаляясь от ложного следа. Семен выбирал места, где под ногами не трещали ветки. Когда неизвестные останавливались, замирали и мы. Стоило им продолжить движение, как Рыжий снова начинал тянуть меня вперед.

Объясняться не требовалось. Еще в Африке я убедился в отличной пластунской выучке Семена. Мы миновали заросли ольхи, поднялись по неглубокой промоине и оказались на фланге ищущей нас двойки. Оттуда Рыжий повел нас выше, к седловине. Сделав полукруг, мы вышли им в тыл.

Небо уже светлело. Я осторожно раздвинул папоротник и увидел первого неизвестного. Он лежал шагах в тридцати ниже нас, за поваленным стволом, и держал под прицелом дно оврага. Второй короткими перебежками приближался к месту, куда улетели камни.

Оба были одеты странно. Из-под темных плащей виднелись свободные шаровары и короткие сапоги. Лица чем-то вымазаны. На расстоянии люди почти сливались с подлеском.

Двигались они со знанием дела: вместе не сходились, открытых мест избегали, под возможный выстрел не подставлялись.

Я всмотрелся в оружие ближнего. Точно не берданка, затвор другой. Винтовка показалась знакомой. Такая имелась и у крестного: старая шестилинейная Крнка с более толстым стволом.

Подобное оружие могло оказаться у варнаков, контрабандистов или хунхузов. Ни погон, ни кокард, ни иных признаков принадлежности к войску я не заметил.

Семен вопросительно поднял два пальца, затем указал одним на меня, другим на себя: брать обоих разом.

Я выбрал того, кто лежал за стволом. Рыжему оставался второй.

Мы вытащили ножи. Если подберемся вплотную, приставим клинки к горлу и обезоружим. Потом разберемся, с кем встретились.

Рыжий первым скользнул в кусты, я двинулся следом.

Ближний стрелок лежал к нам спиной. Его товарищ успел спуститься ниже и прочесывал заросли возле осыпи. Оба сосредоточились на поиске, что позволило нам подобраться сперва шагов на двадцать, а вскоре и на десять.

Семен показал, что забирает правее. Еще немного, и мы разойдемся, каждый к своей цели.

Я перехватил нож поудобнее, готовясь быстро преодолеть оставшееся расстояние.

Возле правой ноги тихо щелкнуло, и это была не ветка.

Веревочная петля затянулась на щиколотке. Из травы взметнулась сеть, ударила снизу, сбила меня с ног и стянула по рукам и ногам. С дерева что-то ухнуло. Похоже, противовес.

Небо с землей поменялись местами. Ветки хлестнули по лицу, и через мгновение я уже раскачивался в нескольких аршинах над склоном, запутавшись в сети.

— Твою ж мать! — выдохнул я и почти сразу услышал матерный загиб Рыжего.

С ним вышло то же самое. Качнувшись, я увидел Семена, висевшего вниз головой в такой же сетке.

Удерживающая веревка уходила вверх через толстый сук. Внизу покачивался противовес из связанных здоровенных камней.

Нож остался в руке, но до каната я не доставал. Сеть сковывала движения. Я искал, за что зацепиться клинком, когда внизу послышались шаги.

Из зарослей вышел человек. Не торопился, словно выбрался на обычную прогулку.

На вид лет сорок, может, немного больше. Высокий, широкоплечий, короткая борода тронута сединой. Одет в такую же черную рубаху и шаровары, как мы с Рыжим. На поясе нож и кобура с револьвером.

Он остановился возле поваленного ствола и посмотрел на стрелков.

— Сыч, Бурый, вас обоих убили. Выходите из секрета.

Тот, что находился ближе, недовольно пробурчал:

— Они же в ловушке.

— Сейчас в ловушке. А до этого подобрались к вам незаметно на пять шагов. Будь у них винтовки, вы оба уже лежали бы замертво.

— Мы их специально вели, — возразил второй.

Незнакомец поднял голову.

— А вы двое, я так понимаю, Абиссинец и Рыжий?

Отвечать мы не спешили. Семен продолжал выворачивать руку с зажатым ножом, пытаясь дотянуться до каната. Я тоже развернул клинок и попробовал подцепить ближайшую веревку.

— Отставить. Не портите сети, еще пригодятся. Сейчас вас спустим.

Он убрал руки за спину.

— Добро пожаловать в лагерь. Ко мне обращаться: Кречет.

Затем повернулся к стрелкам:

— Опускайте.

Двое подошли к противовесу. Один взялся за удерживающую веревку, второй освободил крепление. Сеть дрогнула и медленно пошла