Тробблинсы. Шкатулка с секретами - Наталья Сергеевна Филимонова

– Ты привыкнешь! – оптимистично пообещала девушка. – Ну… или не привыкнешь. Это тоже очень вероятно, да. До сих пор еще никому не удавалось.

Глава третья. Семейный совет

Запись в бортовом журнале космического судна “Пандора”

Полтора года назад

“Вообще-то, думаю, чужим с нами непросто. Мы и сами-то друг с другом не всегда легко уживаемся.

Вот, к примеру, этот наш новый доктор – он, конечно, зануда, но совершенно, кажется, нормальный человек. Слишком нормальный для этой семьи. Подозреваю, именно поэтому он никому не нравится. Может, разве что кроме тетушки Кло. Но тете Кло вообще легко понравиться, если ты – молодой симпатичный парень. Собственно, этого достаточно. Просто не забывай закрывать дверь в каюту и проверяй углы, прежде чем принять душ. Никогда нельзя исключать, что за полотенцами сидит невидимая Кло. Вполне возможно, даже с попкорном. Или стаканчиком виски.

Вот опять я отвлекаюсь. Я же рассказывала о нашем самом первом семейном рейсе на дедулин юбилей полтора года назад…

Честно говоря, в том рейсе мы все переругались насмерть. Тете Лиспет еще повезло, что она не взяла с собой Роба, не то, глядишь, доигралась бы до очередного развода, память-то стирать она тогда еще не умела.

Мама с тетей Лиспет всегда не особенно ладила, просто нам этого было не очень заметно, пока они жили в разных концах галактики. А тут Лиспет еще и нервничала вдали от своего благоверного и переживала из-за беременности.

Зато между мамой и папой всегда была идиллия… или это мне так казалось? Ну серьезно, они поженились еще студентами, нарожали троих детей, всегда были такой идеальной и безупречной парой, что аж бесили.

Ну, меня-то выбесить вообще раз плюнуть. И мы с Максом цапались еще с детства. И даже дрались. Теперь-то с ним не особенно подерешься. Сколько бы я там ни тренировалась, он запросто поднимает меня одной рукой и отжимает, как чертову штангу, и этому трудно что-то противопоставить.

Ну, просто невозможно не цапаться, когда вы такие разные, а надо работать в паре, и вечно приходится делить все на свете – начиная еще с места в мамином животе! Я практически уверена, что он еще там начал меня выпинывать.

А еще все всегда верили в Макса и гордились им. Ну как же, он же сын, надежда и опора семьи и все такое. А я какое-то мелкое недоразумение! К Макси на сдачу дали. И вечно все делаю не так. Слишком импульсивная, недостаточно усидчивая и еще примерно миллион недостатков, которые есть у меня и которых совершенно лишен мой идеальный братец.

…Вообще-то мы друг за друга кого хочешь порвем. Но все равно, нельзя же быть таким безупречным! Бесит.

У Шона тогда случился очередной виток “собаку мне никогда не купят”. По этому поводу братишка регулярно закатывал истерики, а Люси ему подвывала из солидарности.

У Пейдж вообще как раз начался подростковый кризис. Как будто кто-то щелкнул тумблером и сказал: “А теперь наша милая деточка превращается в злобного агрессивного подростка, ненавидящего всех и вся”. И деточка реально превратилась!

…В общем, переругаться мы успели еще в начале круиза. Как будто какая-то такая черная кошка-истеричка между нами не то что пробежала, а металась всю дорогу во всех направлениях.

Или не совсем так? Да, пожалуй, какое-то время все это тлело, все были друг с другом милыми и любезными и проглатывали все то, что давно хотелось сказать. Мы даже высаживались на парочке курортных планет, где-то загорали, где-то смотрели на достопримечательности, летели дальше. Иногда случались мелкие ссоры и споры. Как всегда, мама, наш вечный всеобщий миротворец, гасила любые конфликты и всех утешала, а папа был такой надежной скалой, за которой никому ничего не страшно.

Просто все это незаметно и понемногу нарастало, как снежный ком.

…А потом случился этот сбой прыжка…”

Записано Карен Тробблинс.

***

– Еще вот здесь, пожалуйста, – капитан снова придвинул планшет к Андрею, и тот послушно приложил палец к окошку. – Должен предупредить, вам придется непросто… впрочем, это вы, думаю, уже поняли. Рекомендую ничему не удивляться.

– О да, – хмыкнул молодой доктор. – У меня сложилось впечатление, что большинство членов экипажа принципиально не следит за здоровьем и побаивается врачей.

– Не то чтобы побаивается…

– А вот чего мне понять так и не удалось, – тут Андрей слегка нахмурился, – это чем вы все занимаетесь? Ну, то есть экипаж “Пандоры”. Для грузоперевозок у вас слишком маленький грузовой отсек, а для пассажирского транспорта – маловато свободных кают. Но судно зарегистрировано как коммерческое. Так что вы делаете?

– Хм, – капитан как будто слегка смутился. – Ну, знаете… решаем разные проблемы.

– Проблемы? – доктор вскинул брови. – Какие проблемы?

– М-м-м… разные. Вы разберетесь. Я верю в вас! – Стивен ободряюще похлопал своего нового сотрудника по плечу, и тот еще больше напрягся. – А почему, собственно, вы заинтересовались этим только сейчас?

На этот раз пришел черед Андрея смущаться.

– Ну-у, учитывая состав экипажа и официальную регистрацию, вы вряд ли занимаетесь чем-то незаконным… к тому же вам нужен доктор, а мне – работа. Мы идеально подходим друг другу, не так ли?

– Несомненно, друг мой. Несомненно!

*

– Завтра можем стартовать, – доложил бортинженер Вилс, и капитан кивнул.

В перерывах между большими рейсами “Пандора” обычно задерживалась на какой-нибудь уютной планете на недельку-другую. Кораблю нужен был регулярный техосмотр и плановая поверка систем (а то и починка всего того, что успело сломаться), а экипаж и пассажиры нуждались в смене обстановки. Даже самым дружным семьям и командам надо иногда отдыхать друг от друга.

Но Оазис не мог предложить своим гостям ни особо красивых видов, ни больших торговых центров, ни сколько-нибудь интересной культурной программы. Даже удивительно, как эта скучная заштатная планетка получила такое высокопарное название. Впрочем, космолетчикам после долгого изматывающего перелета порой может показаться раем любая земля, где есть солнце и можно дышать без скафандра.

Но Тробблинсам это унылое местечко наскучило уже на третий день, и оставаться здесь дольше необходимого никто не собирался.

Стивен Тробблинс окинул взглядом свое семейство, собравшееся в кают-компании. Элис, Лиспет и Кло устроились в креслах. Как и Шон – просто ему нужно было чуть больше места, чем кому бы то ни было. Джинджер постоянно возилась и время от времени перебиралась с его колен то на один из подлокотников, то вообще